Замуж за эльфа, или Всё очень сложно…

– Ваш сарказм не уместен, – небрежно бросает мне эльф. – Кхм. Но вот что меня в вас… скажем так, «цепляет» – ваше спокойствие и ваши «зубки». Быть может, это даже хорошо для дела.
Эльф смотрит на своих коллег и говорит:
– Вспомните, уважаемые арданы, все двенадцать предыдущих невест были девами нежными, трепетными и пугливыми. Одна как изначально мы считали, имела характер, но всё оказалось мишурой, истинное состояние её – избалованность и неприспособленность к суровой действительности. Быть может, сама судьба направила нам эту… кхм, своеобразную женщину?
– Но эл! Она кошмарна! – чуть ли не кричит и тут же кривится брюнет номер два. – Только посмотрите на неё: с каким оправданием мы представим элу Вальгару сию отвратительную особу?
Мои брови удивлённо поднимаются, и я не могу не сделать замечания:
– Очень «интересная» характеристика моей особы. Что-то ещё скажете?
Конечно, я не красавица и до подруги мне как до Юпитера, но всё же не уродина.
Эльф вздыхает и говорит:
– Извините, что мы столь грубы, но истина такова, что вы излишне полны. Внешность у вас… усталая. А ваши волосы…
Он неопределённо взмахивает изящными руками и выдыхает, скривив губы:
– …острижены, будто вы преступница или дева-воительница. Ни на ту, ни на другую вы не тянете. Одеты хуже самых нищих особ. Мне продолжать?
– Не стоит, в любом случае громкость ваших фраз меня не впечатляет, – хмыкаю я. – Тем более, мне неинтересно, для чего или кого меня «призвал» ваш артефакт. Я отказываюсь принимать участие в ваших сомнительных аферах. Я прошу вас вернуть меня домой.
Мужчины переглядываются.
Брюнет номер два берёт слово и довольно жёстко произносит:
– Вернуться не выйдет. Предвосхищая все ваши вопросы и требования, сразу скажу, не существует способа и возможностей вернуться в немагический мир. Прийти оттуда можно, вернуться – нет. Это первое. И второе, активировав артефакт, вы тем самым подписали магический контракт. Вы оставили на нём своё согласие в виде отпечатка крови. Теперь вы обязаны выполнить все условия контракта. Пальчик у вас чёрный?
Поджимаю губы и раскрываю ладонь. Все видят подушечку моего указательного пальца. Чернее не бывает.
Теперь у меня волосы на всём теле начинают шевелиться.
Я медленно и со всем достоинством, на которое способна поднимаюсь с кресла. Награждаю каждого мужчину тяжёлым взглядом и произношу твёрдым тоном, каким всегда заявляю пациентам, отказывающимся ехать в больницу:
– Господа, думаю, будет лучше, если мы все сделаем вид, будто никогда не встречались и ничего этого не происходило. Вы просто возьмёте и вернёте меня домой. Готова вам даже свой «чёрный палец» простить. И ваши возражения не принимаются. Спасибо за понимание.
* * *
Эльф качает головой.
Брюнеты раздражённо вздыхают.
– Согласно контракту у вас есть ровно сутки, чтобы приступить к своим обязательствам, иначе вы просто умрёте, – с довольно гадкой улыбкой говорит один из брюнетов. – Для нас это был бы даже наилучший вариант, но есть нюанс – проклятие хоть и не получит свободу, но окрепнет. Последствия нам неизвестны. И нам этого не нужно.
Я обратно сажусь в кресло и сжимаю пальцами виски. Встряхиваю головой и переспрашиваю:
– Проклятие? Умру? Вы рехнулись?
– Нет, – отвечает эльф. И вдруг спрашивает меня: – Сколько вам лет?
Вздыхаю и устало произношу:
– Вам не кажется, что ваш вопрос бестактен? А сколько вам лет?
Я не жду, что эльф ответит, но он вдруг отвечает:
– Мне девяносто три. Я не хотел вас обидеть, эрла.
У меня глаза округляются. Сколько?! Но я вовремя прикусываю язык и произношу:
– Мне тридцать пять. И если вам интересно, то зовут меня Славская Валерия Александровна.
– Немагические миры истощают всё живое, – задумчиво произносит эльф.
– Меня всё устаивало, – заявляю твёрдо и добавляю: – А теперь подробно и по делу объясните, что там за проклятие и почему у меня только сутки? И что за контракт? Я его в глаза не видела и желаю ознакомиться с содержимым.
 
Может, есть возможность его расторгнуть и вернуться домой? Пока я ни на йоту не верю этим типам.
Мужчины не в первый раз удивлённо переглядываются, и брюнеты в один голос говорят:
– Эл, а быть может, вы правы…
– Хватка есть, – произносит эльф и говорит: – Предлагаю перейти в другое помещение, выпить чаю и мы всё вам расскажем, эрла.
– Меня не Эрла зовут, а Ва…
– Эрла – это вежливое обращение к незамужней женщине, не имеющей титула, – обрывает меня брюнет таким тоном, будто уже он сто тысяч пятьсот раз объясняет мне одну и ту же истину.
– Кхм… Благодарю за пояснение, – говорю угрюмо. – Кстати, неплохо бы узнать ваши имена.
А ещё предъявите паспорт и полис ОМС! А ещё лучше верните меня домой!
– Извините ещё раз, – произносит эльф, – мы были озадачены вашим появлением и позабыли все правила приличия. Позвольте представиться и представить моих коллег. Моё имя Лорендорф Колльбрейн. Я отношусь к расе эльфов. Мои коллеги – люди, но они не совсем как вы, эрла. Они, маги. Арданы Ялмар и Ронан Орвароны, братья.
– Угу, извините, конечно, но я не скажу, что мне приятно с вами познакомиться, – отвечаю честно. Хочется добавить, что их имена с первого раза тоже не запомнила, но думается мне, будет лучше промолчать.
– Вам не стоит настолько отчаиваться, эрла, – усмехается один из братьев. – Судя по вашим внешним данным, ваша жизнь была ужасной…
Я внутренне ощетиниваюсь и с ядовитой улыбкой произношу:
– Извольте, но моя жизнь была прекрасна, пока я не встретила вас.
– Ронан, – одёргивает брюнета эльф. – Следуйте за мной, эрла.
Мы покидаем библиотеку и проходим по короткому и узкому коридору и передо мной даже открывают двери в другое помещение.
Вхожу и осматриваюсь. Это что-то вроде чайной. Тут можно действительно выпить кофе, чай и обсудить дела.
Прохожу к ближайшему креслу и опускаюсь в него.
Напротив меня стоит невысокий круглый столик и три кресла. Они расставлены вокруг стола.
На столике серебряный поднос. На нём красивый сервиз: чайник, сахарница, полоскательная чаша для рук и ваза с воздушным десертом белого цвета. Безе? Зефир?
Мужчины занимают кресла.
Смотрю глазами ребёнка, как чайник сам поднимается с подноса, зависает в воздухе, наклоняется и дымящаяся тёмно-янтарная жидкость наполняет чашки, а затем чайник возвращается на поднос.
– Угощайтесь, – произносит эльф и подаёт пример, берёт чашечку и делает маленький глоток.
А я не пью сомнительные напитки, о которых ничего не знаю. Откуда мне знать, что их местный чай не приправлен какими-то веществами, от которых я стану безвольной и покорной? Тем более, магия… О ней я в принципе ничего не знаю. Так что, увольте.
– Благодарю, но пока не хочется, – отказываюсь с вежливой и холодной улыбкой. – Лучше сразу к делу. Так что у вас случилось?
Поправляю на шее цепочку с «булыжником-переводчиком», демонстративно складываю руки на груди и делаю покерфейс.
Эльф хмыкает, но рассказывает:
– Мы трое – маги, хранители и смотрители города Эйхаргард. Наш город расположен на острове. Собственно весь остров и является городом. Прикоснувшись к книге, вы подписали магический контракт сроком на один год. Контракт гласит, что вы, эрла Валерия отныне невеста градоправителя, тело которого проклято, находится и хранится в его имении, древнем особняке вот уже сто тридцать один год. По условиям контракта до окончания года, который начнёт отсчитываться с завтрашнего дня, вы должны получить от эльфа предложение руки и сердца. Тогда проклятие падёт, градоправитель пробудится от проклятого сна, быть может, и не пробудится, а по-настоящему умрёт. В любом случае вы станете свободной гражданкой нашей прекрасной страны Рейналы. Возможно, вдобавок будете ещё и богатой вдовой.
Сто тридцать один год находится в состоянии сна? Серьёзно?
– Та-а-ак… То есть, кто-то умер и теперь портит жизнь всему населению города? Он что, привидение? И каким это способом я должна получить у покойника предложение руки и сердца?