Жена брата (СИ)

Матвей чувствовал кайф, но не от полета, а от близости ее тела. Он слишком увлекся. Совместное времяпровождения давало о себе знать. А,может, причина в другом? Мужчина не хотел себе признаваться, что влюбился в жену своего брата.
Прямо как в песне: "Любовь нечаянно нагрянет. Когда ее совсем не ждешь".
Нет, нет. Ему ни в коем случае нельзя влюбляеться. Лиза очень неподходящая для этого кандидатура.
В субботу он вернётся к своей привычной жизни, уедет прочь из родного города. Подальше от этих эмоциональных качель, от семьи, от нее….
Жаль, что он сейчас не видит глаз Лизы. В них страх? Восхищение? Паника? Любопытно было бы посмотреть, как расширяются от адреналина зрачки ее бездонных глаз.
С них сняли снаряжение и усадили в лодку, накинув на плечи теплые пледы.
— Сколько здесь работаю, впервые прыгуны не издали ни звука, — улыбнулся он, отталкиваясь веслом от места прыжка.
— А, может, мы глухонемые, — ответил Матвей.
Он ближе придвинулся к Лизе, которая задумчиво смотрела на водную гладь. Невестка не поднимала взгляд на него, размышляя о чем-то своем.
— Обычно кричат мужчины, — поделился напарник инструктора, — а у вас оба молчали.
— Это мы от зрелища. Ни каждый день прощаешься с жизнью в поисках экстрима.
Он пришвартовал лодку к берегу и помог выбраться своим пассажирам. Пожелав удачи, мужчина отплыл за следующим смельчаком.
— Ты испугалась? — спросил он, поворачивая Лизу лицом к себе.
— Немного, — ответила девушка, поднимая взгляд на мужчину.
Нельзя так смотреть! Столько наивности и легковерия в ее взгляде. Он не понимал, что сейчас творится в душе Лизы, но знал — нельзя быть такой доверчивой и наивной.
— Повторим?
Она улыбнулась и отрицательно покачала головой.
— Второй раз я на такой подвиг не решусь.
— Тогда поехали домой.
Глава 56
Матвей уехал с водителем, не заходя в квартиру. Я задумчиво смотрела вслед удаляющемуся автомобилю. Почему этому человеку доверяю безоговорочно? Доверяю свою жизнь, работу и, кажется, сердце. По- моему, мы заигрались, или только я. Не вернусь к Диме, но и с ним быть не смогу. Наши реальности параллельны. Мне бы прекратить игру, но я не хотела. Еще несколько дней с ним, а там — настоящая жизнь. С Улей, поиском работы и квартиры. Стоит уйти от семьи Литвиновых, стать отдельным звеном.
Приняла душ и, сама не знаю почему, зашла в ту комнату, где спал Матвей. На полу были разбросаны его вещи, постель неубрана. Здесь пахло им. Я присела на кровать и провела рукой по смятым простыням. Зачем-то взяла подушку, на которой он спал, и прижала к себе.
Всего лишь на минуту прилегла на постель. Время проведенное с ним было удивительным. Я никогда бы не осмелилась прыгнуть с тарзанкой, а с ним готова была хоть в огонь, хоть в воду. Когда это произошло? Неужели за одну ночь можно разлюбить кого-то и влюбиться в другого?
В этом полете я осознала, как кратковременна жизнь. Сегодня мы есть, а завтра нас не станет. Так зачем же жить не так, как хочешь? Хотя, как я хочу жить?
Там, высоко над землёй, мы были едины, наши сердца бились в унисон. В его объятиях я чувствовала себя счастливее всех на свете. Он, как этот прыжок, ворвался в мою жизнь, неся с собой бурю эмоций и чувств.
Что же мне делать дальше? Я прикрыла глаза. Чувствовала себя глупой и счастливой. С улыбкой на устах уснула. Мне показалось, что всего лишь на мгновение прикрыла глаза. Разбудил меня шум открывающейся двери.
Черт! Я осмотрела себя. Влажное полотенце валялось на полу. Я была голой. Быстро схватила футболку Матвея и натянула на себя. Пусть лучше в своей одежде меня увидит, чем в мокром полотенце или нагой.
Послышался звук падающих вещей. Что происходит?
Направилась в коридор, но не успела выйти, дверь в комнату открыл Дима. Вот это было неожиданно. Я изумленно смотрела на своего бывшего мужа.
Он окинул комнату изучающим взглядом и хмыкнул. Я обернулась. Мда. Вещи Матвея разбросаны, постель смята, и я здесь в его футболке. К гадалке не ходи, Дима нарисовал в своей голове бурные картины нашего времяпровождения.
 
— Вижу, вы зря время не теряли, — проговорил он, облокотившись о дверной косяк.
Я растерялась и не знала, что ответить. Оправдываться? Не хотела. Я, вообще, не желала его видеть. Уже не желала. Все- таки мы женщины очень переменчивый народ. Еще несколько дней назад хотела вернуть Диму в семью, а сейчас не хотела его лицезреть.
— Что ты здесь делаешь? И откуда у тебя ключ? — спросила, направляясь в свою комнату, чтобы накинуть халат.
— Не рада мне? — присаживаясь прямо на пол, спросил Дима.
Я быстро схватила лежащий на стуле халат и, надев его, вернулась в коридор. Мужчина пытливо смотрел на меня снизу вверх.
— Ты пьян? — догадалась я.
— И что?
— Зачем ты пришел? — устало спросила я, потирая лоб. — Иди домой.
— А где мой дом, Лизонька? — насмешливо спросил он, слегка заплетающимся языком.
— Там, где сам решил. Не стоило тебе сюда приходить.
Я смотрела на человека, который был моим мужем. Неужели правда его любила? Он по-прежнему красив, молод, вот только мое сердце не бьётся быстрее в его присутствии. Для меня Дима стал просто отцом моего ребенка. Ненависти не было. Простила его? Нет. Просто мне вдруг стало все равно. Выбор сделан, и я не хочу, чтобы он его менял. В моей жизни, как и в сердце, не стало места для него,
— Я хочу вернуть нашу семью.
Вот только я не хочу. Хотелось смеяться и реветь одновременно. Я попрощалась с ним этой ночью. Для себя решила: "все кончено", а сейчас слышу эти слова. Ты опоздал, Дима. Опоздал!
— Не думаю, что это хорошая идея, — старалась говорить спокойно.
— Я хочу бросить Диану и вернуться к тебе. К нашей дочке. Я прощу тебе брата, а ты мне Диану, — произнес Дима.
Он смотрел на меня, как ребенок, ждущий поощрения и конфетку. Мол, прости меня за все, я больше так не буду. Кн иг о ед . нет
Я понимала, что эти слова даются ему нелегко. Почему Дима принял такое решение, мне было неизвестно, но он его принял. Или нет? Фраза: "Я хочу бросить…"
Хотя мне все равно.
— Дима, ты сейчас немного не в себе. Давай проспишься, а потом поговорим?
Он сделал попытку встать и покачнулся. Я подхватила его за локоть, помогая удержать равновесие. Дима поднялся, держась за меня. Его руки лежали на моей талии, и он не спешил их убирать.
— Дай мне шанс все исправить, — молил он, всматриваясь в мое лицо. — У нас ведь семья. Позволь сделать тебя и дочь счастливыми.
Я опешила и растерянно хлопала глазами. Дождалась. Не успела дать ответ, как Дима притянул меня к себе и поцеловал. Не было трепета от касания его губ и истомы внизу живота. Не пробуждалась уснувшая любовь.
Его хмык, как раскат грома. Горький вздох. Матвей! Это он. Отстранила от себя бывшего мужа поворачиваясь ко входу, где была открыта настежь дверь. Я не видела его лица, лишь спину. Он ушел.
Вот это было больно. Хотелось бежать вслед и кричать, что он все не так понял! Не так, черт возьми! Почему со мной? Оборвалась нитка надежды на наше совместное будущее, я ее оборвала.
Стало так горько. Я убрала руки Димы со своей талии.
— Уйди пожалуйста, — отворачиваясь от него, произнесла я.
— Лиза.
— Прошу тебя, уйди.
И бывший муж ушел, а я дала волю слезам. Почему ревела? От дурацкой своей судьбы и глупых стечений обстоятельств.
Глава 57
Я взяла себя в руки только к вечеру. Хотела позвонить Матвею, но вспомнила, что у меня нет его номера телефона. Позвонила Роману Матвеевичу, расспросила о закатке и, как бы невзначай, спросила за старшего сына. Он его не видел. Грустно вздохнула.
 
Пыталась рассуждать здраво. Днем позже, днем раньше, но я с ним расстанусь. Матвей уезжает, мне нечего ему предложить взамен.
Зачем ему женщина с прицепчиком? Пусть и таким милым, как Уля.