Хулиганка для Маньяка (СИ)

Да никогда!
Поэтому только вздыхаю, глядя сквозь лобовое, как Верочка бодро шагает к дому, накручивая аппетитными булками.
– Эх и дурак ты, Андрюха. Дурак, – сокрушенно качаю головой и паркую машину на заасфальтированном пятачке. Тут уже стоит тачка Славы, нива Нива Ольги Алексеевны и маленький синий спарк Ани из отдела продаж. Или Тани. Хрен их разберешь. Остальные еще в пути.
Прихватив сумку, неспешно шагаю к крыльцу. Где-то позади дома громко играет музыка и раздается дикий хохот. Народ уже отдыхает, и мне не терпится присоединиться к ним, но сначала надо застолбить комнату. А будет как в прошлый раз. Несмотря, что я вроде как начальник, но именно мне пришлось дрыхнуть на небольшом диване на террасе. Как назло, было жарко, но при этом столько комаров, что не раскутаешь. В итоге утром я проснулся весь в красных бляшках, которые опухли и дико чесались. Особенно на левом бубенце. Сразу видно, что комариха покусала. Сука злая.
Оторвавшись от мыслей о злых комарихах, я взлетел на второй этаж и начал ломиться во все комнаты подряд. В первой уже стояли чьи-то чемоданы, во второй – на кровати валялась смятая в комок одежда. В третьей….
В третьей переодевалась Вера.
Меня пот ледяной волной прошиб, когда увидел обнажённую спину с родинкой под лопаткой. Просто окатило с ног до головы.
Надо уходить, а ноги приросли к полу и напрочь отказываются подчиняться. Верка тем временем начинает оборачиваться ко мне. Идиот блин. Сейчас увидит, что я таращусь на нее и возникнут вопросы.
Опережаю ее на долю секунды и первым выбиваю дробь по косяку, обозначая свое присутствие.
Она оборачивается и бодро так чеканит;
– Занято, Андрей Валентинович, я первая.
К счастью, когда она полностью ко мне разворачивается, вижу, что она уже в купальнике, просто завязок на спине нет, а те, что на шее спрятались под темными локонами.
Не голая.
Слава богу.
Испытываю дикое облегчение, смешанное с не менее диким разочарованием. Почему она не голая?!
– Я хотел узнать, как устроилась.
– Прекрасно. Пока ты там внизу топтался, я уже переодеться успела.
– Шустрая какая, – криво усмехаюсь, наблюдая, как она склоняется над раскрытым рюкзаком. При этом ткань шорт натягивается на круглой крепкой заднице.
– Там вроде еще есть свободная комната…но на твоем месте, я бы поторопилась.
– Да, пожалуй, пойду.
…Подобру-поздорову.
Последняя свободная комната моя. Ура.
Бросаю спортивную сумку на кресло, прохожусь по своим новым владениям, заглядывая во все уголы. Чисто, никаких забытых презиков по углам, пустых бутылок и прочих атрибутов, которые могут попасться в таких местах. Потом раздвигаю шторы и выхожу на длинный, широкий балкон. Походу мне повезло, урвал самую крутую комнату.
Вид прямо на бассейн. Там уже дурачатся парни из IT и девочки из отдела продаж. На них, сурово стреляя поверх очков, смотрит Ольга Алексеевна, попутно натирая свое внушительное тело солнцезащитным кремом. Вся такая строгая и неприступная. Интересно, надолго ли? В прошлый раз, помнится ее сорвало в крутой вираж ближе к вечеру. Как будет сегодня – посмотрим.
– Андрей Валентинович, – Таня замечает меня и призывно машет рукой, подпрыгивая в воде. Грудь прикрытая двумя крохотными треугольничками плавно подскакивает, привлекая к себе внимание, – идите к нам!
– Мы вам ждем! – вторит ей Аня, неспешно нарезая круги на воде. Она лежит на матрасе, задницей кверху и узкие стринги совершенно не оставляют места для фантазии.
Задница, кстати, хорошая, титьки тоже, но мне неинтересно. Я просто хочу искупаться и смыть с себя липкую жиру.
– Скоро спущусь, – киваю и возвращаюсь в комнату.
Прежде чем отправляться к бассейну мне нужно хорошенько прикрыть свою метку. Поэтому взяв пластырь встаю перед зеркалом и тщательно заклеиваю татуировку, следя за тем, чтобы нигде ничего не выглядывало.
Результатом я доволен и, натянув вместо трусов плавки, а поверх них шорты и в рубаху а-ля Гаваи, отправляюсь вниз, туда, где веселье идет полным ходом.
– Андрей Валентинович! – наперебой пищат мои сотрудницы, – мы вас заждались!
 
Обе выпрыгивают из воды, локтями опираясь на бортик и старательно демонстрируя свою женскую красоту.
Я же старательно делаю вид, что не замечаю этого. Потому что, во-первых, не приемлю романов на работе, а во-вторых, меня больше беспокоит Вера, расслабленно провалившаяся задом в надувной круг в центре бассейна. И рядом с ней, прилипнув как банный лист, крутится Славка.
* * *
– Ой, а что это у вас? – Аня-Таня дружно интересуются заклеенным боком.
– Боевая рана.
– Вы бы предупредили, мы бы с собой взяли все необходимое для лечения. Мигом бы на ноги поставили.
– Я и так на ногах, – ворчу в ответ на их плоское заигрывание. Вот никогда бы не думал, что это будет так раздражать.
Казалось бы, расслабленная атмосфера, все просто дурачатся, флирт без возможности развития и продолжения, но сейчас бесит. Особенно когда перехватываю Верин взгляд сначала на меня, потом на сотрудниц.
Она криво хмыкает и, ударив ладонями по воде, плавно разворачивается спиной. Славка следом. Болтается перед ней, как говно в проруби, смеется, а я чувствую себя так, будто накосячил от души. Мне на фиг не сдалось, чтобы она думала, будто у меня есть или может что-то быть с кем-то из здесь присутствующих, но кажется, уже поздно. И что делать в этой ситуации, я не понимаю, потому что у меня руки связаны.
Не подойдешь же к ней и не скажешь: ты все не так поняла. Она посмотрит, как на идиота, типа мальчик, а с чего ты вообще взял, что мне есть до тебя какие-то дело? Ты хоть со столбом телеграфным совокупляйся, а мне все равно, я за твоего брата замуж выхожу.
Я не должен перед ней оправдываться, а она не нуждается в этих оправданиях.
И это самый лютый треш в моей жизни. Мозги закипают.
Я ныряю и под водой плыву на другой конец бассейна. В первое мгновение перехватывает дыхание, но потом настоящий кайф. Легкие распирает от нехватки кислорода, в ушах звон, но это помогает справиться с ненужными мыслями, поэтому дотягиваю до самого дальнего угла и только там выныриваю.
Жадный вдох жаром проходит по венам. Я пока ничего не слышу, трясу головой, фыркаю. Одной рукой держусь за бортик, второй протираю глаза. Сердце тарабанит, разгоняя адреналин.
Вроде становится немного легче, но стоит мне обернуться, как снова напарываюсь на Веру. Теперь у нее солнцезащитные очки, но я чувствую, что наблюдает за мной, сканирует пристальным взглядом, от которого волосы дыбом на руках встают.
Что, дорогая моя Верочка, пытаешь понять, насколько испорченным будет твой новый родственник? Кем я тебе буду? Деверем? Слово-то какое дурацкое.
С другого конца ко мне старательно гребут Аня-Таня. И куда мне деваться? Не бегать же от них по всему участку?
У меня зубы сводит от досады, а они стараются, пыхтят, головы держат, как цапли, чтобы не намочить волосы и не размочить макияж.
Походу все, накупался я на сегодня. Надо куда-то сваливать, иначе так и будут рядом крутиться. Я уже с интересом посматриваю на Ольгу Алексеевну, и на свободный шезлонг рядом с ней. Она тетка боевая, мигом всех разгонит…
– Аааа, – дикий писк возвращает меня обратно.
Я оборачиваюсь и вижу, как Аня неуклюже барахтается, отплевываясь от воды, а Таня так вообще отбивается от надувного круга, который внезапно оказался у нее на голове.
Между ними выныривает Вера:
– Ты чего творишь, – кашляет Аня.
– Простите, я такая неловкая, – и улыбка в тридцать два зуба, – свалилась.
Разводит руками и, пока они там продолжают нелепо молотить конечностями по воде, плывет в мою сторону. Хорошо плывет, красиво, уверенным кролем. На миг останавливается рядом, бросает язвительное:
– Не благодари, – и дальше по периметру.
Славка, как поплавок за ней, но нещадно отстает. Вера не из тех самочек, которые подыгрывают и думают «а не слишком ли быстро я бегу». И мне это охренеть, как нравится. Я бы с удовольствием погонял с ней наперегонки, но кажется она не настроена на игры, потому что, добравшись до лестницы вылезает из бассейна. Я старательно стараюсь стараться не смотреть на то, как из воды выныривает ее пятая точка, как по коже бегут прозрачные капли. Как под мокрой тканью четко проступают острые вишенки сосков.