Случайная невеста командора (СИ)

— Конечно, я согласна, Валэйрд, — выдохнула я.
Он взял мою руку, надел кольцо, сжал мою руку, погладив его большим пальцем.
— Здесь зашифрована легенда изначальных, об обретённой среди звёзд, — тихо сказал Валэйрд. — Я всегда считал это сказкой. Не верил. Благодарен тебе. Пойдёшь на обряд сейчас?
— Если ты считаешь, что я готова…
— Ты выглядишь и воспринимаешься так, будто обряд уже проведён, — убеждённо сказал Валэйрд. — Внешний контур только не замкнут, но его только у корней возможно замкнуть. Нам не нужен никто. Пойдём вдвоём.
— Пойдём, — кивнула я.
 Глава 44. Обряд 
Валэйрд переместил нас с помощью вспыхнувшего на полу тёмно-серого круга внутрь огромной сферы, разделённой прозрачным полом посередине. Мы будто ходили в воздухе, но под ногами была опора.
Я вцепилась в Валэйрда, он с усмешкой поддержал меня.
— Я буду рядом с тобой, — сказал он. — Вместе с тобой.
Улыбнувшись, я потянулась к нему за поцелуем.
Когда Валэйрд оторвался от меня, я пожалела, что согласилась на обряд прямо сейчас, надо было остаться и узнать, как именно мой командор собирался познавать меня медленно.
Судя по его горящему взгляду исподлобья, он думал так же.
— Нет, Валэйрд, — я широко ему улыбнулась, — познавать меня медленно ты меня будешь после обряда.
На его лице мелькнула тень, он поджал губы и сузил глаза. До меня дошло, как он мог воспринять эту мою фразу. Я тут же обеспокоенно положила ладонь на его щёку.
— Вард, это шутка же, — торопливо заговорила я, — мне хочется скорее пройти его, чтобы ты уже успокоился и перестал думать, что я передумаю. Я не передумаю.
Что-то видимо у них не всё просто с этим, у лирарийцев. Мне, конечно, льстило, что Валэйрд, такой решительный и бескомпромиссный, даёт мне пространство в личных отношениях, оставляет выбор за мной.
Так-то я его понимала. Надо быстрее заканчивать с этим и жить уже спокойно.
— Начни, пожалуйста, обряд, — тихо попросила я. — И, Вард…
Я встретила его острый взгляд и порывисто шагнула к нему, обняла крепко-крепко.
— Люблю тебя. Очень. Я хочу быстрее пройти это, чтобы ты меня познавал… — я покраснела, но всё же договорила, — точно зная, что я вся твоя и никуда от тебя не денусь.
Подняла взгляд, в его глазах промелькнуло облегчение.
— По своей воле, во всяком случае, — улыбнувшись, добавила я.
— В таком случае, — сдержанно улыбнулся он, — я не позволю никакому случаю. Один, главный случай, уже со мной случился, — добавил он, погладив меня по щеке.
Валэйрд вытянул руку в сторону, шевельнул пальцами. Внизу, под нами, появилась вода.
Я прижалась к нему крепче.
— Снова вдыхать воду? — скривилась я.
— Что тебя в том беспокоит? — поинтересовался он, продолжая выводить руками и пальцами странные символы. — Это сложная жидкость, кроме всего прочего, универсальный нейро-проводник, к тому же это защита, гасит энергетические пики, не даёт навредить живой ткани. Здесь, в семейном хранилище, большой объём, интенсивность высокая.
— Просто… — я пыталась подобрать слова, а потом сообразила. — На моей планете, если вдохнуть воду, значит умереть. Лёгкие не предназначены дышать жидкостью.
— Понял тебя, — Валэйрд поднял руку выше, уровень воды увеличился рывком, дойдя до наших колен, стремительно пополз вверх. — Тебе нечего опасаться. Вдохнуть эту воду значит жить.
Чувствуя, как жидкость стремительно прибывает, я шагнула к нему, положила руки на его грудь и заглянула в глаза.
— Доверяю тебе, — улыбнулась я.
Его глаза вспыхнули такой радостью, что я сначала удивилась, а затем… жидкость накрыла меня с головой. Чувствуя сильные руки моего командора на талии, я решительно вдохнула.
И… растворилась, распалась на фотоны, перестала существовать.
Мой разум увеличился до размеров Вселенной и схлопнулся до мельчайшего кварка. Электрон вокруг ядра, как моя планета Земля вокруг Солнца. Улыбки родителей как вода на корни растения. Горячая близость мужчины и женщины как вспышка квазара.
Меня накрыло голосами, счастьем, болью, надеждами, миллиардов людей, рассеянных по планетам галактик.
 
Меня затопило знаниями.
Теперь я знала, что эта жидкость была изобретена для путешествий среди звёзд, сохраняя биологические тела и не давая клеткам разрушиться от перегрузок.
Знала то, что пытались мне объяснить словами про энергии, а их невозможно объяснить и понять, можно только познать, постичь…
Да и не надо понимать.
Это как солнечный свет: выходишь на улицу, чувствуешь тепло, выставляешь рассаду помидоров на балконе или ловишь бледными замёршими щеками первые лучи после длинной полярной ночи.
Это как освещение межзвёздного корабля: заходишь в оранжерею, ощущаешь паркую жару, укореняешь нитки растений в гирдропонической массе или улыбаешься первому восходу на новой планете после долгого перелёта.
Я теперь знала, как изменили мою энергосистему: пользуясь биоэнергией клеток, разрушения и созидания, через меня прокачивали всё большие и большие объёмы внешней энергии, по сути, я теперь клон самой себя, потому что все клетки моего тела трансформировались и переродились в нечто новое.
Со мной поступили варварски, чудо, что я выжила, я не могла выжить в принципе. Айролд зря рассчитывал на то, что он бы меня спас с той станции, сейчас мне было очевидно, я бы не выжила, если бы не почувствовала Валэйрда, а он не почувствовал меня.
Мы обрели друг друга среди звёзд, и сейчас, в этой глубине понимания, обретали то, чего были лишены, становились единым целом, замыкая контуры, выполняя своё предназначение идеально подходящих друг другу мужчины и женщины, в совершенном единении, в счастье быть друг с другом, в счастье оставаться при этом самими собой.
И Лийроа играла со своим Эррайордом, когда прикидывалась виноватой, точно знала, как это на него действует, что он будет ещё утешать. И он знал, что она играет, поддаваясь, позволяя жене шалости, оставаясь при этом идеальной парой.
Мимолётно удивилась, как много у них детей, и как долго они уже вместе. Что ждали, когда Валэйрд встретит свою найорику, улыбнулась. Уж он-то знает, как разбираться со своей жизнью, и сейчас, я чувствовала, знала, осознавала всей своей очищенной от шелухи сутью — наши жизни неразрывно сплетены.
Теперь я знала, почему отец проверял сына: цивилизация, выжившая среди звёзд, в жестоком космосе, должна быть всегда готова отстоять себя. Поэтому броня — часть организма, а доверие — одно из величайших ценностей.
Было много ещё всего. Я знала, что это сейчас я всё знаю и понимаю, в таком режиме, как сейчас, находиться постоянно невозможно, лишь специальная жидкость защищает нас от колоссальных потоков, пронзающих нервные клетки, от могущественных электрических разрядов, текущих по нервным цепям.
Да и не нужно этого всего. Достаточно внутреннего знания — я теперь часть семьи Валэйрда. Обожаемая и бережно хранимая найо — женщина, способная в соединении со своим мужчиной — дайо, дать новую ветвь семейному древу.
Жидкость схлынула разом. Я покачнулась, и тут же меня подхватил на руки Валэйрд.
Он с тревогой рассматривал меня. Я улыбнулась, и он облегчённо выдохнул:
— Будешь моей, моя найо?
— Да, мой дайо, — ответила я. — Конечно, да. Всегда.
 Эпилог 
Сорок земных лет спустя.
.
Я не знаю, как мой Вард это сделал.
Он снова это сделал.
То, что я считала невозможным.
Впрочем, для главы Совета Конфедерации в лице Валэйрда из Тригройлийцев, как мне кажется, в принципе не существовало слово «невозможно».
Сначала я думала, что невозможно запомнить имена всех братьев и сестёр Варда, а потом вообще каждого из Тригройлийцев.
Как же. Не с таким требовательным командором, как мой Вард.
После обряда, он со всей своей властной основательностью взялся за моё обучение. Когда уставала — давал отдыхать. Когда скучала — находил возможность заинтересовать.