Случайная невеста командора (СИ)

Шарики двигались всё быстрее. Валэйрд запрокинул голову, сжимая кулаки, его волосы взметнулись, будто их раздул порыв ветра.
И всё стихло. Шарики спрятались в ящик, броня втянулась сначала в пластины на спине и браслеты, и вскоре снова исчезла.
Валэйрд захлопнул крышку и быстрым шагом, рваными движениями прошёл мимо меня в комнату, где я мылась.
Даже не взглянул на меня.
Я помедлила и… не смогла оставаться одна. Пошла за ним.
Валэйрд стоял посередине этой круглой белой комнаты в круге воды, с голым торсом и черных штанах, спиной ко мне.
Мокрый, он только что окунулся. Вода стекала по могучим мышцам, подрагивающим от напряжения.
— Алья, зачем ты пошла за мной? — наклонив голову и чуть повернув её ко мне, спросил Валэйрд.
— Я… — растерявшись от вопроса, я замешкалась, но всё же ответила: — Не могу быть одна. Хочу быть рядом с тобой.
Он сжал кулаки.
— Алья. Я только что починил броню. У лирарийцев это часть организма. Ремонт сильно обесточивает. Тебе лучше ко мне не подходить. Там есть вход в спальню. Отдохни. Поспи. Я восстановлюсь и приду к тебе позже.
Я перевела дыхание, пытаясь осознать. Часть организма… Значит… Если это как кожа, и броня была потрескавшейся, может, ему больно? Обесточен?
И тут же накатила обида. Почему он меня прогоняет? Значит, как спасать меня, так… А когда ему самому помощь нужна…
Стало так обидно, что он меня прогоняет, что у меня аж слёзы потекли.
Не удержалась. Всхлипнула. Он резко обернулся.
— Почему плачешь? — нахмурился.
— Мне обидно из-за того, что ты меня прогоняешь, — призналась я. — Если тебе нужна энергия, я…
— Алья, — Валэйрд смотрел на меня с непонятной мне злостью, — у тебя пробуждаются чувства. Я сейчас не…
Он осёкся, закрыл глаза плотно. Через силу произнёс:
— Я не хочу причинить тебе вред.
Не знаю, почему я до сих пор не ушла. Он и правда выглядел опасным, но я… я просто не могла оставить его одного. Я чувствовала, что нужна ему. Даже больше, чем он был нужен мне.
— Ты не сможешь причинить мне вред, — вытерев слёзы, убеждённо сказала я. — Кто угодно может, но не ты.
— Алья. Уйди.
Я сделала ещё шаг к нему.
— Почему ты прогоняешь меня, Вард? Я ведь чувствую, я ведь нужна тебе сейчас. Объясни. Почему?
Валэйрд запрокинул голову, глубоко вздохнул и посмотрел на меня исподлобья.
— Ты права. Ты мне очень нужна. Но у тебя пробуждаются чувства. Робость. Смущение. Я не собираюсь пользоваться тобой как андроидом. Потому что сдержаться точно не смогу. Ты…
Он зажмурился, по его мощному телу пробежали спазмы, но он тут же снова посмотрел на меня непреклонным взглядом. Через силу улыбнулся.
— Ты даже не представляешь, какая ты. Нежная. Хрупкая. Невыносимо красивая. Нестерпимо желанная. Знать, что… Через что ты прошла. Не позволю себе… Хочу уберечь тебя. От всего. Даже от себя. Не прощу себе, если наврежу. Уйди.
У меня перехватило дыхание от того, как он говорил.
— Если я тебя коснусь, тебе будет больно? — тихо спросила я.
Вард шумно перевёл дыхание.
— Нет, Алья, боли у меня больше нет и не будет. Что непонятного в моей просьбе уйти и лечь спать?
Его слова обожгли грубостью, но… теперь я понимала, прочему прогоняет.
Меня разрывало между робостью и смущением, и… твёрдой убеждённостью, что я необходима ему сейчас как никогда. Именно сейчас. Что это очень-очень важно.
И я… кажется, я нашла те самые слова…
Я шагнула к нему ещё. И ещё. Видя, как он искривил лицо и явно приготовился меня выгнать, я вскинула руку ладонью к нему, останавливая.
Шагнула в воду, она оказалась глубокой, пошатнулась, и упала бы, но Валэйрд неуловимо быстрым движением подхватил меня, и… я оказалась стиснута в его огромных объятиях.
Моё запрокинутое лицо, и его — так рядом — глаза в глаза.
— Алья, что ты творишь? — прошептал он, не отрывая взгляда от моих губ.
— Ты не сможешь причинить мне вред, Вард, — тихо, но твёрдо сказала я. — А ещё я знаю, что сейчас очень тебе нужна.
— Нужна, — подтвердил он, разглядывая мои губы, удерживая меня надёжно и оставаясь совершенно неподвижным.
 
— Ты и не будешь пользоваться мной, как андроидом, — прошептала я. — Потому что я твоя найорика. Пользуйся мной, как найорикой. Твоей найорикой.
Валэйрд поднял взгляд от моих губ, всмотрелся в глаза.
— Найорикой не пользуются, Алья, — улыбнулся он. — Это найорика выбирает того, кто способен её полюбить.
— Тогда я выбираю тебя, — улыбнулась я.
Валэйрда будто молнией поразило от моих слов — он расширил глаза, всматриваясь недоверчиво, он выглядел совершенно ошеломлённым.
А потом улыбнулся и кивнул.
— Я принимаю твой выбор, моя Алья, — как-то торжественно сказал он.
Пока я пыталась понять, что такого я особенного сказала, Валэйрд медленно наклонился и овладел моими губами, надавливая, раскрывая, погружаясь языком, когда я раскрылась и податливо потянулась ему навстречу.
Он подхватил меня на руки, пронзительно глядя на меня. Вынес из воды и понёс в спальню.
Кажется, за всё время его стремительного пути я успела десять раз испугаться, передумать, снова решиться, согласиться на всё, и опять засмущаться напрочь.
Спальня оказалась тёмным, круглым помещением с белой подсветкой у пола, освещающей квадратную кровать без спинки, без подушек — просто поверхность, поднимающаяся над полом, укрытая тёмной матовой тканью.
Вард поставил меня рядом с кроватью, стянул ткань с моих плеч, сначала накидку, потом лямки платья. Я задрожала, попыталась отстраниться, но твёрдые губы вдруг оказались на моей груди, втягивая сосок, в то время как его решительные руки неумолимо стягивали с меня всю ткань.
— Вард, я…
— Поздно, Алья, — оторвавшись от моей груди хрипло сказал он, — ты сделала выбор. Не отпущу.
Снова требовательный поцелуй в губы. На этот раз жёсче, настойчивее.
Полностью обнажённая я обнаружила себя на кровати, под его горячим телом.
— Вард…
— Не бойся, — хриплый шёпот и шквал поцелуев на шее, груди, животе, ещё ниже, на бёдрах.
Его решительность прогоняла мою робость. Его уверенность побеждала мой стыд.
Каждое прикосновение его властных губ убеждало — я выбрала его, этого мужчину сама.
Выгнулась от поцелуя на моих нижних губах.
— Вард! — вцепилась в его волосы, выгибаясь всем телом, отчаянно краснея.
Он лишь раздвинул шире мои бёдра, обвёл клитор языком и втянул складки ртом, лаская, растягивая, вынуждая меня стонать всё громче и громче.
Валэйрд прервался резко, выпрямился и накрыл меня собой, раздвигая коленом бёдра, уверенно раздвигая головкой члена половые губы.
— Моя Алья, — глядя в глаза, сказал он, и наполнил меня резко, до конца, до самого дна.
Крупный, горячий, жёсткий… Я вцепилась в его спину, мой стон погас под поцелуем со вкусом и запахом моего желания.
Размашисто качнулся и снова — на всю длину, в глубину, так, что по всему моему телу жаркая волна.
— Вард… — зашептала я, едва он разорвал поцелуй, чтобы посмотреть на меня, — не сдерживайся. Пожалуйста. Хочу быть твоей.
Он замер и… задвигался внутри меня предельно медленно, так что, я начала извиваться под ним, требуя большего, сильнее, глубже.
— Вард! Ну же! — торопила я его.
— Обязательно, — улыбался он, легко целуя мои губы, согревая их шёпотом, — куда нам торопиться? Ты ведь уже моя.
Я осмелела от желания, нетерпения, сама двинула бёдрами. Затем ещё и ещё.
Кажется, именно этого не хватало моему командору, чтобы всё же начинать терять контроль.
Валэйрд глухо рыкнул, стал проникать в меня всё быстрее, размашистее, резче.
Овладевал мною, присваивал меня. Целовал губы, щёки, шеи, снова возращался к губам.
Его то и дело срывало — и тогда его толчки больше напоминали удары, но он тут же одёргивал себя, останавливался и целовал, целовал, целовал…
Снова скользил внутри меня. Неутомимо. Долго. Заставляя меня извиваться от желания, просить его, сама не понимая о чём.