История "не"мощной графини (СИ)

– Прошу прощения, что потревожили, – буквально на секунду мужчина склонил голову, а затем продолжил. – На осмотре дома настаивать мы не будем…
– Что? – взвыл Бельмон. – Но как же так? Как же так?! – продолжая стоять на коленях, он раскачивался из стороны в сторону, словно душевнобольной.
– Но настоятельно рекомендую предъявить акт о назначении опекуна, чтобы избежать недоразумений.
«Вот же дерьмо!» – выругалась я, ведь никакого акта у нас не было.
– Если все хорошо и такой документ действительно имеется, то мы принесем свои извинения за беспокойство и покинем ваше имение, – продолжил стражник.
«А если нет, – стиснула зубы до ломоты в деснах, – то дела плохи. Я права?»
Мысли хаотично крутились в голове, а секунды неумолимо бежали. И только я хотела сказать хоть что-то, лишь бы потянуть время, как взгляд уловил вдалеке движущийся экипаж, направляющийся в сторону поместья.
Неотрывно смотрела за приближением визитера, как и стражники, заметившие мой интерес.
С каждым пробежавшим мгновением надежда, что это лекарь, росла все больше. И, когда я увидела его белую бороду, так как городская карета была без верха, едва удалось сдержать улыбку.
– Вы просили акт о назначении опекуна? – вскинула я бровь, находясь в предвкушении от дальнейшего. – Что ж, будет вам акт, а еще занимательный рассказ о том, как сестра вот этого господина намерено травила мою бабушку, чтобы занять ее место…
  
29. Вы ее определенно заслужили
 
Ролана 
– Этого не может быть! Не может быть!
Визг излишне взволнованного Бельмона неприятно резал по ушам. Он пребывал в растерянности и неверии, смотря то на лекаря, спокойно стоявшего рядом со мной, то на стражника, что вертел в руках акт о назначении опекуна, в котором числилась бабуля.
– Вы хотите сказать, уважаемый, – недовольно нахмурил брови мужчина с белой бородой, являющийся нашим спасителем, – что мое заключение ложное?
– Нет! Просто… – задыхался толстопуз. – Просто этого не может быть!
– Вот, здесь сказано, из-за чего пошатнулось здоровье старой госпожи, – целитель устремил свое внимание на стражника, передав ему еще один документ.
– Получается, лепестки крапивника, – неодобрительно хмыкнул он, бросая беглый взгляд на подвывающего Бельмона, который, что от меня не укрылось, уже не в первый раз поглядывал на дорогу, ведущую к воротам поместья.
«Что, учуял, как запахло жаренным? Бежать собрался? Ну давай, беги! Все равно далеко не получится, пузо между ног запутается!»
– Выходит, вас травили… – вновь хмыкнул стражник, устремляя свое внимание на бабулю.
– Именно так, господин, – сдержанно кивнула она, смотря в ответ. – Если бы не моя внучка и ее камеристка… – женщина гневно поджала губы, а ее черты лица ожесточились, – я бы до сих пор находилась в неадекватном состоянии. Оленсия и ее дочь приходили ко мне ночами, пока никто не видел, и силой вливали горькую настойку, оставляя следы на моем теле.
Бабуля, не церемонясь, задрала рукав платья, демонстрируя разноцветные синяки от хватки двух тварюг.
Стражник слушал внимательно, не перебивая, а вот Бельмон нервничал все сильнее, жадно глотая ртом воздух, отчего его омерзительный подбородок, не прекращая, трясся.
– Два дня назад сон не желал приходить ко мне и я решила проверить, как там бабушка. Именно в этот момент и увидела, – врала я без зазрения совести, – как тетя с Дионой выходят из ее комнаты. Было хорошо слышно, о чем они говорят, поэтому мне не составило труда сделать соответствующие выводы, – каждое слово я подбирала с осторожностью, чтобы не ляпнуть лишнего. – Понимаю, мои действия можно назвать неправильными, но нам пришлось обманным путем запереть тетю в доме, как и ее дочь…
– А я говорил! – взревел Бельмон, широко распахнув глаза. – Говорил, что они что-то сделали с моей сестрой и племянницей! Где?! Где Оленсия и Диона?!
– Там, где им самое место, – с угрозой в глазах ответила бабушка. – Хотите к ним? Вы ведь тоже не без греха. Действовали по указке своей сестры, которая решила выдать Ролану за вас, чтобы прибрать к рукам не только ее фамилию с титулом, но еще и все имение. Не поверю, что вы не знали о ее планах.
 
– Гнусная ложь! – захлебнулся воздухом мужчина. – Я… Это клевета! – сумел собраться он в последний момент. – А за нее, как всем известно, можно и языка лишиться!
– Вот именно! – холодно ответила ему бабушка. – А еще всем известно, что бывает с теми, кто умышленно наносит кому-то вред, желая завладеть его имуществом!
– Что?! Да как вы смеете?! Я уважаемый человек в своем районе! Я… Я и не хотел быть ее мужем! Просто не стал отказывать сестре!
Бельмон плевался возмущениями, пытаясь снять с себя подозрения. Вот только главный страж не поверил ему, подав знак своим двум подчиненным. Они за два шага настигли мерзкого, побелевшего лицом лгуна, встав рядом с ним.
– Прошу, продолжайте, – обратился ко мне стражник.
– Она приехала в поместье, когда погиб отец, с целью выразить соболезнования… – испытывала нешуточное волнение, боясь ошибиться. – Я не была против ее нахождения в доме, все-таки тетя приходится мне родственницей, пусть и дальней. Вот только мое гостеприимство сыграло со мной злую шутку…
Мой рассказ не занял много времени. Я говорила по делу, без рассусоливания. Рассказала, как тетка измывалась над Роланой, как морила ее голодом, била и забирала монеты, которые присылал король. Объяснила, как мы с Инессой нашли порошок, поспешив показать его лекарю.
– Именно так, – кивнул белобородый мужчина. – Я подтверждаю, что им и был нанесен вред здоровью старой госпоже.
– Подождите! – взмолился Бельмон, опасливо поглядывая на стражей, стоявших рядом с ним. – Вдруг это сама графиня травила? Вдруг это она подкинула моей сестре порошок, чтобы…
– Чтобы что?! – перебила я недоумка. – Лишиться единственного родного человека, который воспитывал меня с самого рождения, заменяя мать?
– В экипаж его, – качнул головой страж.
Двое мужчин ловко заломили руки взвизгнувшему толстопузу, уводя его в указанном направлении.
– Где вы заперли преступницу? – спросил стражник.
– В подвале, – кашлянула я, испытывая нервозность. – Она на всех комнатах сорвала замки, чтобы без труда входить, куда ей вздумается. И… чтобы я не смогла от нее спрятаться. Это единственное место, где можно было удержать тетю.
Мужчина, которого явно тронуло услышанное, едва заметно поджал губы.
– Мы заберем ее, – нахмурился он. – А вам требуется в самое ближайшее время подъехать в распределительный центр задержания, – обратился страж к целителю, – чтобы письменно подтвердить, выданное заключение о лепестках крапивника.
– Конечно! Могу прямо сейчас, – закивал лекарь. – Дело в том, что я сам планировал обратиться в королевское бюро расследований, но переоформление акта о назначении опекуна заняло много времени. Получив его, я принял решение сначала отвезти документы леди Мэй Лин, а уже потом заняться всем остальным.
– Хорошо, – ответил ему стражник. – Значит, вы отправитесь с нами сейчас.
Спустя некоторое время мы с бабулей и Инессой наблюдали поистине потрясающую картину, как тетка, проявляя себя во всей красе, истерично визжит, пытаясь вырваться из цепкой хватки стража. Она драла горло, заверяя блюстителя закона, что ее морили голодом и окатили ледяной водой, оставляя в подвале, не дав сменной одежды. Тварь. Хотя сама шла в том платье, которое мы ей принесли, чтобы эта гадость могла переодеться.
Стражник если и слушал ее, то виду не подавал, не реагируя на подвывания и заверения в невиновности. Она рыдала, пыталась падать на колени и жалобно скулила, доставляя мне незабываемое наслаждение. Моя душа радовалась, ведь теперь эта мерзавка, как и ее дочь, которая уже сидела в экипаже, испуганно дрожа, словно осиновый лист на ветру, больше не причинят вреда моей семье.
– Леди Мэй Лин, – обратился ко мне напоследок стражник, – в ближайшее время к вам приедет урядник, чтобы взять письменное подтверждение произошедшего.