Калифорния (СИ)
— Я пойду спать, наверно. — выдавив жалкое подобие улыбки, поднялась с дивана. — Поговорим завтра, ладно? Спокойной ночи.
— И тебе! — Сэм улыбнулся ободряюще. — Всё рассосётся, увидишь, птичка!
Сон отрубил меня сразу, точно рубильником отрезав от сознания волны тревожного беспокойства. Однако счастливое облегчение длилось недолго. В ощущениях — прошло не больше пары минут, как взорвавшийся песней Беонси мобильный смахнул сон, враз слетевший лёгким покрывалом. Какого чёрта надо Сьюзен в это время?! Её взвинченное «Кхуши?!!!» в трубке в момент прогнало остатки сонливости.
— Что случилось?
— Кхуши, объясни мне! Я ничего не понимаю!
— Сьюзен…
— Я поговорила с Арнавом! Приехала к нему домой, а он… — истерические ноты в её голосе слышались слишком отчётливо, чтобы ожидать хорошего от продолжения. — Он… Он сказал, что между нами ничего нет! — Она захлёбывалась словами. — И ничего не было! НЕ было!
— Сьюз, постой…
— Ты понимаешь — НЕ БЫЛО!!! Он сказал — мы просто развлекались! Развлекались!! Кхуши! Слышишь?!
— Слышу, Сью…
— Нет, ты подумай! Этот мерзавец, просто… Просто сказал: «Всё закончено.». Словно это… Я спросила «Почему?!!», и знаешь, что он ответил?! «Спроси у Кхуши». Спроси у Кхуши! Что это значит, Кхуши?! Ты знаешь? Я не понимаю! Что ты…
— Сьюзен, я не… Прости, я не хотела…
Это была катастрофа. Не те, это были не те слова! Поняла это по резко оборвавшимся в трубке всхлипам,
— Не хотела, что?! Что — НЕ хотела, Кхуши?! Переспать с ним?! Да?! Так это ТЫ?! Ты всё разрушила?!
Хватая ртом воздух, я пыталась найти объяснения, чтобы всё исправить. Их не было. В оглушённой катастрофой голове словно лопнул шарик, оставив вместо мыслей звенящую пустоту. Между тем Сью неистовствовала, накручивая себя,
— О Боже, так это ты! А я то — дура! Поэтому он и сказал про тебя! Всё из-за тебя! Все эти ваши нелепые стычки… лишь завеса. А на деле… Ты просто хотела его! Боже, ты просто хотела! А я-то думала, ты на моей стороне…
— Сьюзи, послушай, ну пожалуйста, всё не так! Мы с Арнавом давно…
— О, так давно?! — взорвалось желчью на другом конце провода. — Так вы давно трахаетесь?! Когда?! Неделю? Больше?! С острова? А может ещё с яхты? Ну да, конечно, я должна была догадаться! Вся эта нелепая история с падением за борт. Вы просто надурили нас всех!
— Нет, Сьюз! Это не специально… Послушай, мы не были тогда вместе! Поверь…
Мои оправдания бессмысленно разбивались об безумие её отчаяния. Она не слышала, не хотела слышать, одержимо ухватившись за свою идею, в которой, надо признать, было зерно правды.
— Да как же ты могла! Не могу поверить! Предательница! Я ведь доверяла… Думала, ты с Фернандо, а ты…Ты и его дурила! Просто использовала. Ты всех нас использовала! Тварь! — Рыдания в трубке сменились быстрым, отрывистым дыханием, — Но не думай, что это сойдет тебе с рук! Неа! Ты сломала мне жизнь и получишь … Ха, ха, ты получишь в ответ! Узнаешь, как это больно! Да, ты тоже всё почувствуешь, Кхуши…
— Сюзен, ну пожалуйста, успокойся! Давай погово…
Бессмысленно. Она бросила трубку.
Сердце дрожало в нервном ритме, распространявшемся на всё тело. Подрагивающие пальцы судорожно сжимали телефон, пока мозг пытался оценить размер катастрофы. Моя лучшая подруга… Она, как и Арнав, в это мгновение пылает ненавистью, чувствуя себя несчастной по моей вине. Опять по моей вине! О Богиня, как же я снова всё испортила! Нужно попробовать, попытаться всё исправить!
Попытка перезвонить Сьюзен наткнулась на короткие гудки, повторная — на сообщение, что абонент недоступен. В смятении отмеряя шаги вдоль кровати понимала — всё бесполезно! Порыв поехать к Сьюзен домой, показался удачным лишь на первый взгляд, тут же отметённый соображением, что сейчас она не в том, состоянии, чтобы понять мои объяснения. Вероятнее всего, прямой выстрел мне в голову показался бы ей сейчас лучшим приветствием. «Ночные монстры растворяются при свете солнца. Так же и плохими мыслями…» — напомнила себе я, пытаясь сохранять спокойствие и вернулась в постель.
Проведя несколько часов в лихорадочном сне, открыла глаза с первыми проблесками рассвета, проснувшись с тяжелой головой и тянущей болью в висках. Перевернувшись на другой бок, забралась с головой под подушку, надеясь укрыться там от проблем предстоящего дня. Иллюзия безопасности была настолько эфемерной, что не продлилась и несколько мгновений. Новый день напомнил о себе сообщением на ватсап: «С добрым утром, ми амор! Буду у тебя к десяти. Надень что-нибудь лёгкое, сегодня обещают пекло… Люблю! Целую!» и с десяток романтично-сладких смайликов. «О Господи, обед с родственниками Фернандо!» — схватившись за голову я откинулась навзничь, — «Да уж, день обещается просто офигительный!».
Когда без пяти минут десять я опустилась на сиденье ярко-красного кабриолета Фернандо, он быстро чмокнул меня в щёку и восхищенно присвистнул,
— Выглядишь восхитительно, ми амор! Ты затмеваешь солнечный свет этого дня!
Это не было правдой. Чувствовала я себя отвратительно. Ни две чашки кофе, ни погожий день, ни «Желтая подводная лодка», пропетая самым жутким образом Сэмом за дверью ванной, не смогли поднять настроение. Несколько раз за утро я набирала номер Сьюзен, но в телефоне снова повторяли, что её мобильный выключен. Краем глаза заметив, как я нервно кручу в руках мобильный, вновь и вновь возвращая взгляд на экран, Фернандо нежно коснулся мой руки,
— Что-то случилось, дорогая? Ты вся на нервах…
Вздохнув, я сунула мобильный в сумочку,
— Нет, всё нормально. — но тепло ненавязчивой поддержки его руки, внезапно заставило расколоться. — Ах нет, не нормально! Мы поссорились с Сьюзен и теперь я переживаю. Она не берёт трубку…
Фернандо слегка нахмурился, но не отвел взгляд от дороги,
— Не стоит волноваться, радость моя! Твоя подруга слишком эмоциональна и часто совершает необдуманные поступки. Она успокоится и всё наладится, вот увидишь. — его пальцы крепко сжали мою ладонь. — Помни, главное — я рядом! Всегда! Чтобы ни случилось — я люблю тебя! Мы всегда будем вместе и справимся с любыми проблемами.
Немного удивившись этому внезапному спичу, я внимательно посмотрела на него, но лицо Фернандо словно окаменело, а неподвижный взгляд не отрывался от летящей под колёса дороги. Фернандо казался поглощенным своими мыслями, прочитать которые я не смогла под этой застывшей маской. «Всё будет хорошо…» — повторил он, словно убеждая себя и словно внезапно очувшись, всем телом дёрнулся на звонок своего айфона.
— Да? — ответил Фернандо слишком резко, едва взглянув на входящий номер, и тут же сердито сжал зубы, плотнее прижав телефон к уху. — Какого чёрта вы творите?! Совсем охренели! — рявкнул он через несколько мгновений, добавив к фразе несколько яростных «Фак!» — Я же сказал — без этого! — Красивое лицо превратилось в гримасу бешенства. — Буду у вас через пятнадцать минут! НИЧЕГО не делайте! Слышишь — ничего! Я сам разберусь…
Сжав кулаки, он со свей силы ударил рукой по рулю. Плотнее сомкнув губы, с трудом сдержала вопрос «Что случилось?», но через пару минут Фернандо сам обернулся ко мне, уже взяв себя в руки,
— Нам придется заехать по дороге в одно место. Срочное дело. Извини, любимая. Это ненадолго. Я смогла лишь кивнуть, потрясённая внезапной переменой в обычно безупречно держащем себя в руках поклоннике. В молчании мы проехали весь остальной путь, пока машина не зарулила на территорию грузового порта. Миновав высокие башни контейнеров, остановились возле большого металлического ангара, в передней части котором располагался один из рабочих офисов фирмы Фернандо. Я как-то была здесь уже, несколько месяцев назад. В тот раз торговый порт произвёл на меня сильное впечатление, когда, направляясь на пляж, мы ненадолго заехали сюда всей компанией: Фернандо, Сьюзен и парень, с которым она на тот момент встречалась. В этот раз всё было так же и при этом воспринималось иначе. Горы контейнеров, медленно двигающиеся портовые краны, перекрикивающиеся рабочие в одинаково — безликой одежде… Всё это слилось в хаотично-слаженный огромный механизм живущий какой-то своей, абсолютно безразличной к моему присутствию, жизнью. Продвигаясь по этому странному замкнутому в себе металлическому миру, поймала себя на мысли, что отвечаю на его холодное безразличие таким же безразличием. Живое любопытство, сопровождавшее меня в прошлую поездку сюда, полностью угасло, оставив после себя единственное желание — провести в этом железном муравейнике как можно меньше времени.