Отыгрывать эльфа непросто (сборник) (СИ)
Вытащив из своей каморки запасы ингредиентов и разместив их на столе, принялся за изготовление зелья, особо ехидно улыбаясь про себя. Все просто — сперва знания по алхимии, образовавшиеся в моей голове, вступили в такой конфликт со школьным куском химии, что по получении первоначальных результатов в сотворении алхимзелий я вообще ходил как моргенштерном ударенный. Теперь настала пора посмотреть на реакцию профессионального химика.
— Итак, Роман, приступим. Во-первых, мне нужна ступка, да, вот именно такая подойдет. Измельчая компоненты, мы достигаем увеличения площади контакта и таким образом уменьшения времени проведения алхимической реакции. Вот передо мной разложены компоненты, из которых мы и будем творить наше зелье. Что ты говоришь? Да, конечно, бери образцы. Они для этого в таком количестве и лежат. С учетом того, что под рукой сложных компонентов нет и нормальной алхимлаборатории со стационарным конвертором веществ тоже нет, готовим из того, что есть. Первое и самое важное при приготовлении алхимзелья — это правильно приготовить маточный раствор. То есть исходные компоненты должны находиться в как можно более реактоспособном состоянии. Лучше всего, конечно, пользоваться уже готовыми экстрактами, но уж чего у нас сейчас нет, так это армии подмастерьев или студиозусов, которые возьмут все подготовительные этапы на себя. Второе, и не менее важное, правило, о котором очень часто забывают неопытные алхимики, хотя подогрев маточного раствора и важен для ускорения алхимреакции и повышения выхода конечного продукта: нельзя забывать о том немаловажном факте, что у каждого действующего вещества есть порог температурного нагрева, после которого происходит его разрушение или изменение полезных свойств. Поэтому самые сложные многоступенчатые реакции обычно проводят без подогрева маточного раствора или даже при принудительном охлаждении его заклинаниями.
Вот если бы меня так студенты слушали. Роман, по-моему, даже в некоторых местах дышать переставал. Да и Иванов тоже слушал не отрываясь. Ингредиенты перетрогали все и по образчику аккуратненько так запаковали. Плюс химик еще и конспектировать умудрялся налету. Ну и любопытная мордочка Ва Сю периодически появлялась в поле зрения. Но она по-культурному подходила, нюхала образец, иногда кусочек между пальцами разминала, один раз даже лизнула, листик белладонны по-моему. С вопросами не лезла. Надо, кстати, вечерком, как Леший появится, спросить у нее о той технике, с помощью которой она старшину от информационной перегрузки спасала. Так, между прочим, не каждый маг-менталист умеет с кластерными сознаниями работать. А она без подготовки, считай, на лету четыре сознания засинхронизировала. Так что Сергеич ей как минимум разум должен. И не только свой, если бы ядро сознания распалось, то и драконы бы недолго протянули. Так что, судя по всему, у Ва Сю начинает потихоньку просыпаться память. Ну не об этом сейчас моя печаль. Продолжим нашу лекцию.
— Большое спасибо за горелку, но она не пригодится, пока что с магией у меня проблем нет, да и нагрев более равномерный, и контроль лучше. Термометр? А, это измеритель температуры. Понятно. И что показывает? Тридцать восемь и одна десятая градуса Цельсия. Что это еще означает? Градус? Что это? Одна сотая интервала между кипением и замерзанием воды? Странная система, я запомню, спасибо. Ну да ладно. Так вот. Перед нами подготовленный маточный раствор оптимальной температуры. Если она будет больше, полезные вещества начнут изменять свои свойства, а если меньше, реакция пойдет медленнее и потребует больших затрат… Да, Николай, сын Антона? Каких затрат? Ну это же очевидно. Сам посуди — зная известную структуру активного вещества, которую нам необходимо получить на выходе, и подготовив маточный раствор, мы сделаем следующее — сформируем в объеме маточного раствора глиф преобразования, встраивая в него формулу конечного продукта, и насытим его магией, запуская при этом алхимреакцию. И поддержим постоянный приток энергии до полного завершения преобразования или скачкообразного повышения затрат. Последнее означает, что какого-то из ингредиентов недостает, и заклинание, используя оставшиеся компоненты, пытается преобразовать их в недостающий для продолжения основной реакции элемент. В принципе, используя наработанные узкоспециализированные глифы алхимпреобразования и имея под рукой неограниченный источник магической энергии, это зелье можно вообще сварганить из родниковой воды и горсти сосновых иголок. Так что весь вопрос состоит в уменьшении затрат магической энергии — ее тут и так мало, нечего ею разбрасываться.
Глава 10
СЛОВЕСНЫЕ ТАНЦЫ С САБЛЯМИ
Светлоэльфийским дипломатам до специалистов НКВД плыть и плыть.
4.08.1941 г. Вторая половина дня. Подземелье партизанского отряда «Башня»
Шаровые молнии дроу погасил, и всего света осталось — коптилка, спроворенная старшиной из консервной банки. Но даже такой свет беловолосому, видимо, неприятен — он щурился и старался смотреть чуть в сторону, посверкивая угольками глаз. Длинная белоснежная коса, темное пятно лица — поди, пойми что по красноглазой маске…
Иванов хмыкнул, сгреб со стола никелированную немецкую зажигалку, получасом ранее выданную «для научных нужд», и качнул головой:
— Ссешес Сабраевич, может, выйдем на воздух? Дышать тяжковато от этой химии.
— Хм! Сс вентиляцией вссе отлично… — Суховатый, чуть хрипящий голос. Расовая особенность? — Но почему бы и нет? Тем более солнце все равно сскоро уберется. — Подхватив плащ, дроу вопросительно оглянулся. Ва Сю с готовностью вскочила, сверкнула улыбкой и засеменила к выходу, слегка мазнув эльфа копной распущенных черных, отливающих легчайшей красниной волос с шаловливо торчащими из них рыжими кисточками ушей. Странная девочка…
«Московский гость и не думает вставать, разглядывает меня с добродушным ехидством. Это вам не химик, у которого вместо глаз одна сплошная Нобелевка, этот опасен. И спину ему подставлять ой не хочется… Ладно. Nindyn vel'uss kyorl nind ratha thalra elghinn dal lul alus…»
Заходящее солнце вовсю издевалось над бедным дроу — и капюшон не очень помогал. Еще разговор этот…
Уже на поверхности, привычно отворачиваясь от заходящего солнца, Ссешес огляделся. «Да-а, старшину мне не иначе сама Ллос послала — так наладить лагерь! Корчагина с Геной вон за кашей присматривать назначил, радист железки свои тетешкает да на московского коллегу ревниво косится, Юра с кем-то из прилетевших недоломанный МГ реанимируют, а сам старшина за хулиганами своими присматривает. И правильно — шкоды за сегодня они натворить успели. Глау, после того как встал на крыло, пристрастился к снаряженным патронам, так что за боеприпасами приходится смотреть в оба. Сергеич ему каждый вечер сам штучку скармливает. За хорошее поведение.
Нет, этот сын Антона явно издевается! Сколько можно…»
Шорох, шелест… москвич выбрался наружу.
Солнечные лучи высветили обильно подернутый сединой ежик, выглядывающий из-под пилотки, Иванов прищурился и чуть закинул голову, улыбаясь:
— Хорошо здесь. Словно и войны нет…
То, что серьезного разговора не избежать, было ясно с самого начала. Зря ли таких людей с парашютами сбрасывают? И вечером, пока гуляли, и похмельным утром, и весь день, покуда Корнеев возился с опытами, прозрачно-серые глаза наблюдали, взвешивали, отмечали.
— От нее все равно не спрятаться. Заберись хоть в темнейшие места Подземья — найдет. Рано или поздно.
— А некоторые сбежать думают… Да только война — баба ревнивая, вцепится — не отпустит.
— Jalil Elgril не любит тех, кто не решается присоединиться к ее танцу. Несчастные… Ну да что с них взять… — Отвечая, дроу медленно переместился к краю поляны, стараясь не выпускать из поля зрения идущего следом человека. Такой себе причудливый вальс…
Шагнув в тень, беловолосый неуловимо изменился — чуть экономней стали движения, чуть внимательней взгляд, чуть по-другому повернулась голова… Небольшая расхляпистость, резанувшая глаз на поляне, исчезла. Впереди шла смерть. Зубасто-улыбчивая и красноглазая.