Отыгрывать эльфа непросто (сборник) (СИ)
Тут уж я не выдержал:
— Да когда ж этот дурдом кончится! То Леший бегает, то магия какая-то появляется. А теперь и Лиса Патрикеевна, точнее, ее дочка объявилась!
Вскочил, а чувствую, что у меня настоящая истерика случилась. Как схватил меня смех, скрючило, разогнуться не могу. Хохочу как умалишенный. Меня даже окружающие держать бросились. А ведь всего лишь представил вот такую Лису Патрикеевну в тех сказках, которые мне дед в детстве рассказывал. Значица, у нас теперь только Царевны-лягушки не хватает, Царевна-лисица уже есть. А где у нас дуб с котом? Хочу на цепь эту глянуть.
Меня кое-как минут через пять отпустило. Смотрю, а девчонку уже в командирский плащ завернули, Ссешес ее поудобнее у себя на коленях устроил. Вот ведь нелюдь, как он ноги-то сгибает, чтобы так сидеть? Я один раз попробовал — чуть не взвыл.
Сидят, значит, а командир Лешему пистон вставляет: мол, кто говорил, что сюда немцы не пройдут? Кто клялся да божился, что все под замком да надежно? А тот в ответ на девчонку кивает и отбрехивается:
— Глава, так кто ж знал, что она после пробуждения к немцам-то попрется, да еще их сюда на хвосте приведет? Да по дурости охранные круги-то сломает. Я после ее художеств как пчелка вокруг порхал, иллюзии да круги защитные восстанавливал. Всех остальных завернул, а этот отряд прям за ней сюда притопал. Видимо, в хвосте ее магического следа, вот я и не почуял.
Командир на него посмотрел, по-серьезному так, потом глаза на девчонку перевел и по голове аккуратно погладил. И говорит:
— Значит, нас можно поздравить с пополнением команды. Как хоть этого оборотня зовут-то?
— Ва Сю. А насчет немцев ты, Глава, не беспокойся, границы уже восстановлены, пусть теперь до ледникового периода это место ищут — не найдут. Лишь бы только некоторые личности защиту не ломали.
Старшина, тот тоже рядом с командиром присел и девчушку по голове погладил:
— Ва Сю? Опять какое-то нерусское имя. Эх, откормить тебя, девонька, надо. Худюща ведь до невозможности.
Глава 6
ПОДРОБНОСТИ
Удивительное рядом… Рядом, я сказал!!!
25.07.1941 г. Примерно двадцать часов назад. Нора. Кто-то…
Темно… Темно-темно-темно. Больно. Не больно. Холодно. Холодно и темно. Скользко. Когти скользят. Запах? Земля. Нет, песок. Песок скользкий. Стоп. Свет. Там. Туда. Луна! Фу-у-у-у-у-у-у-ух. Свет сверху. Пахнет! Гнилая трава, горелый мох, вода. Еда. Еда!!! Теплый мех, горячая кровь, вкусно… Заяц… нет, далеко… Люди. Люди?! Сколько?.. Тихо… спят… тепло… тепло… Запах! Еда! Сильнее… ближе-ближе-ближе… тряпка… еще тряпка!!!!!!!! МЯСО!!! Да!! Еще… и тут тоже… мясо-мясо-мясо… еда… тепло… Не спать! Не спать, искать. Туда… нет! Туда… Еще люди. Много. Много, ходят. Железо!.. ЧТО ЭТО?! КТО?! Зверь?! Мех, дыхание-злость… Чует меня!!! Заметили!.. Ко мне!!! Нет!.. Бегут ко мне!.. Бежать… Бежать-бежать-бежать… НЕТ! Горячо… горячо-горячо-горячо… больно… БОЛЬНО… Бежа-а-а-а-а-ать… назад… назад, там спят, тихо… Ещё… чуть-чуть ещё… Вперёд… Ай!!!..
26.07.1941 г. Все та же поляна. Ссешес Риллинтар
Вот и случилось у нас неожиданное пополнение. Блин! Только вот оборотня нам не хватало для полного дурдома. Особенно девчонки. Хотя положительная сторона в ее появлении есть — производительность работы личного состава возросла многократно. Пока это рыжее чудо у меня на руках в обмороке валялось, ребята буквально как электровеники носились. Мало того что под чутким руководством старшины привели в божеский вид место стоянки, так еще и все тела снесли куда-то за потирающим руки Лешим.
Когда наша добыча проснулась, то первое, что меня поразило, это выражение ее глаз. Такую степень потерянности и отчаяния, какие сквозили в них, просто невозможно представить. Глазами хлопает, лопочет что-то непонятное. Сперва вообще встать порывалась. Кое-как с помощью Духа Чащи наметился хоть какой-то прорыв в общении. Девчушка мало того что на русском или иллитири ни бум-бум, так она еще, оказалось, ничего не помнит. Вцепилась в меня и только извинения бормочет.
Правда, в переводе Лешего. Ну и вдобавок магию буквально ведрами потребляет. Энергоструктура тела бледненькая, практически вся в разрывах, перекореженная. Как вообще эта Ва Сю или, как метко высказался Серега, Василиска выжила — непонятно! Правда, эта тайна перестала быть тайной буквально через мгновение, когда я перевел взгляд на свою ауру. Ять! Сплошная устаревшая буква русского алфавита! Сплошная Ять! И Ва Сю эта, и ее методы оставаться в живых! Нет, на ее месте я бы поступил точно так же. Если собственной энергетики не хватает, а рядом есть тушка с довольно мощными структурированными энергоканалами, то почему бы и не откусить? От большого немножко — не грабеж, а дележка. Но зачем зверствовать-то? Откусила бы кусок энергоканалов, высосала бы чуток энергии, так какого дварфа структуры замыкать? Мол, дяденька, поработайте батарейкой, пока я счета за электричество не проплачу? Это ты, девочка, зря! К пиявкам у меня отношение отвратное. Ну ты пока говори, девонька, говори. Вешай окружающим лапшу на уши, а я соседского «козла» от своего счетчика откручивать буду. Должен признать, что голосок оченно даже приятный, щебечущий какой-то. Конечно, в переводе голосом Лешего не звучит:
— Недостойная просит прошения у преждерожденных. Но не подскажут ли яшмовые владыки, где недостойная находится? — Голосок жалкий, саму трясет. Я ж ее на руках держу — так от нее и мне дрожь передается. Благо плащ более-менее теплый. Что ж, как имеющий самую большую наглость, буду отвечать:
— Домен Дома Риллинтар. Непосредственно сейчас ты говоришь с Главой Дома, которого очень интересуют твои имя и особенности биографии до того времени, как ты проснулась в резиденции Дома.
Эх, как играет! Как играет! Хоть саму шатает, но с ложа из моих рук и колен буквально испарилась. Смирненько так на пятки уселась, закутавшись в плащ чуть ли не до глаз, поклонилась и с выражением полнейшего отчаяния и растерянности выдала в синхронном переводе Лешего следующую информацию:
— Недостойная просит прощения, но все, что она помнит, это какая-то темная нора, в которой проснулась, и голод. Страшный голод, из-за которого недостойная была вынуждена похитить пищу. Придя в сознание и поняв степень своего падения, недостойная устыдилась и, снедаемая стыдом, удалилась. Но в лесу она натолкнулась на каких-то ужасных людей, со страшным громом бросающих острые кусочки железа. Испугавшись, недостойная устремилась к единственному знакомому укрытию и, к своему большому сожалению, привела за собой погоню. Потом последовал очень громкий удар грома, и это последнее, что недостойная помнит. К сожалению, ни своего имени, ни имени рода, опозоренного моими недостойными поступками, сообщить преждерожденному владыке Дома Риллинтар не имею возможности. — Как раз в этот момент ее пространной речи мне практически удалось отцепить кусок своей ауры и перенаправить энергопотоки на благо своей тушки. Что не замедлило сказаться на состоянии Ва Сю. Буквально теряя сознание, она прощебетала утихающим голосом какую-то фразу и начала заваливаться в мою сторону.
Блин, что ж я делаю, она же сейчас… точно! Лишенная подпитки моей энергоструктурой, аура лисицы меркла буквально на глазах, подергиваясь разрывами и фонтанируя искорками отбрасываемой в окружающую пустоту жизненной энергии. А дальше были подернутые пеленой приближающейся смерти зрачки, в последней надежде устремившие взгляд мне в лицо, и закадровый речитатив перевода, безжизненного перевода последних слов, вырывающихся из сведенных конвульсией губ:
— Недостойная ничего не помнит… Простите меня… больно…
26.07.1941 г. Старшина Валерий Сергеевич Дроконов
Ну мы и перепугались! Командир тот так вообще посерел! Нашел ведь когда девку-то опрашивать. У нее душа в теле неизвестно на чем держится, а тот с вопросами полез. Да и она тоже хороша, если так хреново, не хрен дергаться.