Отыгрывать эльфа непросто (сборник) (СИ)

— Я лучше их гостям подарю, пусть разбираются. Ладно, пошли посмотрим обновки.
15.08.1941 г. Лагерь. Рядовой Сергей Корчагин
А прохладненько. И туман утренний приятных ощущений не добавляет. Эх, костерок бы сейчас. Но за костерок можно и от Ссешеса на орехи получить. Поэтому не буду мечтать о несбыточном. Да и осталось-то тут караулить — раз-два и обчелся. Тем более что спать-то и не особо хочется. Голова все равно забита событиями вчерашнего дня, поэтому сна ни в одном глазу. Ведь вчера тут такое светопреставление творилось, что чуть не оглох и не ослеп.
Хоть в прошлый раз и видел, как красноглазый наш подземелья свои творит, но в этот раз он явно перед москвичами решил хвост распушить. Мало того что все вокруг ливнем залило, вон до сих пор под ногами хлюпает. С деревьев тоже капать продолжает, отошел недавно по-маленькому, так капля, крупная такая сволочь, точно за шиворот попала. И туман этот — такое ощущение, что по колено в молоке шагаешь. Ну на хрена он такую грозу устраивал? Часа два в его круг с машинерией этой странной молнии долбили. Да такие, каких я за всю свою жизнь и не видывал. Ярчайшего, мертвенно-синего, василькового цвета. И ветвистые, сволочи. Чуть ли не со всего неба пучок собирался и долбал в уже расплавленный пригорок. Его, считай, и не видно было. Только клубы дыма и белоснежное свечение, сквозь них проглядывающее.
Юрка вон рядом стоял, так у него от этого светопреставления волосы дыбом поднялись и на кончиках мелкие искорки заплясали. А ведь всего на пару шагов оказался ближе к фигне этой светящейся. А в целом красиво было. Хоть и страшно до жути. Никогда еще себя такой мелкой букашкой не ощущал. За каждой молнией практически сразу удар грома, да такой, что кажется, будто небо уже не просто упало на тебя, а еще и попрыгало. Даже в желудке эхо отдавалось. А уж когда свист этот начался и земля под ногами зашевелилась, так вообще как я не оконфузился — до сих пор не понимаю. Наверное, от сильного испуга. Было бы всего этого чуток помене — точно портки пришлось бы менять. Да немудрено, когда перед глазами сосны плясать начинают и в стороны как спички нагибаются. Ощущение осталось, как будто из земли всплывает что-то, причем такое громадное, что и не передать.
И долгонько всплывало. Уж и молнии закончились, и ливень как из десятка ведер припустил, а оно все корежило землю и деревья гнуло. Мы бы с радостью это время в подземелье или в шалашах просидели — так нет. Из подземелья нас Ссешес сам выгнал, сказал: мол, небезопасно там. А палатки гостей, как землю шевелить начало, считай, сразу и завалились. Вот и стояли всей толпой — кто брезентом накрывался, кто под натянутой на руках палаткой ховался. Развлечение, в общем, было еще то.
А в самом конце так даже Иванова пробрало. Во всяком случае, загиб он выдал хороший. Впрочем, я его понимаю — ливень тогда почти спал, да и земля затихла. Так, небольшое шевеление — и блямба эта светящаяся мерцает. И тут эта фигня резким броском вынырнула из земли и раскрылась. Это сейчас в ней стоять удобно, козырек от дождя прикрывает, а тогда чуть черта поминать не начал. Брр. В кошмарах буду, наверное, долгонько видеть эту каменную пасть, с легким чмоканьем распахнувшуюся зевом уходящего в глубь земли коридора, светящегося угасающим малиновым светом.
Ссешес — шутник чертов. Да нас чуть не сварило. Так жаром дыхнуло, думал, все — отбегался.
Ладно, хватит воспоминаний — караулим дальше…
Нет, денек сегодня с самого утра не задался. Солнце стало припекать, поэтому намокшая земля так парить начала, что только веничка и кваску не хватало.
Сергеич Гену с утреца кашеварить припряг, ну а мы с Юркой начальственной волей были направлены на земляные работы повышенной вонючести. Так что, пока старый нужник закопали, пока новый отрыли, завтрак и поспел. Только вот поесть нормально не удалось.
К тому, что Ссешес иногда на завтрак опаздывает, мы уже давно привыкли. Поэтому на вынырнувшее из зарослей зеленое расплывчатое пятно никто не дернулся. Только вот потом так с занесенными ложками и застыли. Не знаю, где командир прибарахлился, но лично я такую одежду видел впервые. Это даже одеждой-то назвать нельзя было. Больше похоже на сотканный из различных листьев комбинезон. Хотя… нет, вообще непонятно, что это. Поблескивающий на первый взгляд влажными листьями, этот наряд казался живым. Нет, скорее все же доспех. Уж больно перекрытие напоминало чешую. Подвижную, трепещущую при каждом движении чешую — различных оттенков зеленого. Накладывающиеся друг на друга листья и гибкие, прочные даже на вид плети, покрытые зеленовато-коричневой корой и поэтому похожие на вылезшие на поверхность корни.
 
Как ни в чем не бывало командир добрался до своей порции каши и принялся ее уплетать за обе щеки. И вот тут-то мои подозрения насчет его одежки получили видимое подтверждение. По мере движений Ссешеса листья, составлявшие основу этого костюма, принялись слегка изменять свою окраску, подстраиваясь под цвет того травяного пригорка, на котором он разместился. Мало того, на гладкой поверхности равномерно встопорщились мелкие листики и развернулись к поднявшемуся над лесом солнцу. Поэтому буквально через пару минут относительной неподвижности гладкими в костюме командира остались только занятые тарелкой и ложкой руки и небольшой участок ворота. Вся остальная фигура стала напоминать скучный, неброский куст, не выделяющийся на окружающем фоне.
15.08.1941 г. Ссешес Риллинтар
Ощущение, конечно, странное. Хоть и попривык немного, но все равно иногда подергивает, когда этот костюм на теле шевелиться начинает. Вообще-то, когда беседовал с Духом Чащи относительно изготовления одежды, идея повторить легкий маскировочный эльфийский доспех пришла ему в голову. Я бы до такого не додумался — это уж точно. Все же что лесные эльфы, что светлые — явные извращенцы. Таскать на себе живой организм, нечто среднее между животным и растением, — это, знаете, немного нервирует. Мало того что в сем «произведении селекции» ощущаешь себя раздетым, так вдобавок постоянно ждешь, что еще он может выкинуть. Ну нет у меня доверия к этому переносному кустику — хоть режь меня. Тем более что озвученные Лешим характеристики творения сумрачного гения меня не особенно впечатлили.
Например, сразу понятно, почему он зовется «легким». Все просто — защитить этот агрегат может только от стрелы на излете и от пореза. От удара он защищает получше, длинные листовые пластинки, сплетающиеся в реберный каркас, как оказалось, имеют достаточный запас жесткости в напряженном состоянии. Короче, пинок по ребрам выдержит, а вот удар дубиной — уже нет.
Из полезных примочек — в присутствии недоразвитая система кондиционирования. Самый прикол состоит в том, что придумана она не для охлаждения носителя, а для охлаждения и питания самого костюма. Причем выглядит это следующим образом: когда кустик чувствует перегрев (что бывает при его активном использовании или при повышенной температуре носителя), поры листвы, из которой он состоит, раскрываются, и энное количество влаги испаряется с целью охлаждения. Правда, в первый раз, когда я сунул нос в водяные мешки, в которых это полурастение-полуживотное хранит запасы влаги и из которых при длительных походах носитель пьет, меня, хоть и не брезгливый, чуть не вывернуло. Нет, вода там чистая, даже немного на нарзан похожа, только без пузыриков и просолена в меру — пить просто удовольствие. Если не видеть содержимое этих мешков, заполненных мешаниной из тонких, медленно шевелящихся белесых корешков, покрытых полупрозрачной бахромой. Вот хоть убей, ассоциация с флягой, наполненной червями, до сих пор коробит. Тем более что я сперва отпил из специальной трубочки, а уж потом полез смотреть под руководством гордого своим творением Духа Чащи, откуда водичка берется.
Да ладно, что это я привередничаю. Положительные стороны у этого доспеха тоже есть: он приятный на ощупь, практически не ощущается на теле и частично скрывает запах носителя. Последнее очень полезно при использовании его человеком. Да и вообще, пот, частички кожи, кровь — все это потихоньку впитывается внутренней стороной листьев, обращенной к коже и покрытой мельчайшей неощутимой бахромой корней. Надо же этому созданию чем-то питаться. Ну и маскировочные свойства у него отличные, особенно если не привередничать и надеть капюшон с маской. Однако по секрету скажу, пока эта маска на лице устроится, раз пятнадцать ругнешься — ощущеньица, короче, еще те, когда у тебя по лицу пучок листьев ползает и пытается пристроиться поудобнее. Причем не как удобно тебе, а как удобно ему, родимому. Поэтому первый раз при надевании приходится держать глаза открытыми и, помогая себе пальцами, пытаться освободить поле зрения от заползания различной ненужной зелени. Потом броня запомнит, где у пользователя глаза, ноздри и рот, но это будет потом.