Простая смертная #2 (СИ)

Но перед глазами промелькнули картинки, как, не раздумывая и не колеблясь мой шестилетний сын убивал. И его решительность избавила нас от опасности. Он вырастет настоящим воином, бесстрашным и сильным. Что хорошо. Но ещё у него есть все задатки бессердечного тирана.
Внутренний голос вопил о том, что жестокостью жестокость не исправить, что нужны любовь, понимание, нежность… которые люди, подобные Ангэю и Хатериман принимают за слабость.
Он должен меня уважать. Иначе всё станет ещё хуже. На любого дракона должна быть своя узда. Я постараюсь ему внушить мысль о том, что он принял наказание добровольно, поступил благородно, но время, проведённое в компании крыс вряд ли ему понравится. Надеюсь, он станет осторожнее.
Своего решения я не отменила, хотя, бог свидетель, мне было бы легче отправиться в подземельные казематы самой.
Глава 17
Не успела дверь закрыться за Ангэем, как почти следом распахнулась вновь. Атайрон появился в дверном проёме, полностью заполняя его собой. Под тяжёлым чёрным плащом, наброшенным на плечи, отливал металлическим блеском доспех и столь же мрачный блеск отражался во взгляде Атайрона.
Вид у него был столь суровым и нерадостным, что я ощутила нечто вроде робости.
Мне казалось, прошёл не день с той минуты, как мы расстались – прошёл век. Словно полжизни пролетело с тех пор, как мы расстались утром.
Я едва не потеряла сына…
Откровенно говоря, я опасалась…чего? Того, что он может сказать мне; того, что могу наговорить сама.
Мне отчаянно требовалась опора. Что-то тёплое и твёрдое под моими руками. Мне нужны были любовь и опора. Я не отказала себе в радости сорваться с места и, бросившись к нему, повиснуть у него на шее, зарываясь лицом в мягкий мех опушки на воротнике. И с облегчением почувствовала, как его руки смыкаются на моей талии, обнимают – не отталкивают.
– Атайрон!..
Вот теперь отстранился, отступая на шаг, чтобы заглянуть мне в лицо:
– Ты в порядке? – он явно старался смягчить голос, но он всё равно прозвучал отрывисто, лающе. – Как Ангэй?..
– Я велела запереть его в подземелье.
По лицу Атайрона не удалось прочесть, осуждает он моё решение или одобряет.
– Это было ужасно! Он попал в плен к Дэйну Терли, и…
– Я знаю.
– Откуда?!
– Я был там, – мрачно добавил Атайрон, выразительно поведя бровью.
– Был?..
– Конечно. Я полетел за вами почти сразу же, как только гонец от матери доложил мне о случившемся. Но, к сожалению, всё же недостаточно быстро…
Он с нежностью обнял меня, бережно прижимая к себе. Это было таким бальзамом после всего ада, сомнений и страхов чувствовать себя в безопасности, чувствовать себя любимой. И я размякла, начав хлюпать носом.
– Я всё время ждала, что ты вот-вот появишься, и спасёшь нас. Только эта мысль меня и поддерживала, не давая окончательно пасть духом.
– Мне жаль, что обманул твои ожидания, но я рад, что всё обошлось…
– А всё обошлось?
– Более или менее, – сказал Атайрон, сбрасывая с себя тяжёлый плащ. – Ты жива, наш отчаянный король – тоже. Кажется, парнишку можно поздравить с первым боем? С первой одержанной победой?
– Он убил человека. Ему – шесть.
– Да. И это его спасло. К сожалению, вы убили не всех. Так что из-за твоего гуманизма, любовь моя, война разразится чуть раньше, чем могла бы.
– Война?.. Усмирение кучки бунтовщиков посреди пустыни – это ведь ещё не война? – с надеждой спросила я. – Ведь настоящая война невозможна, правда? Или… возможна?
– Моя прекрасная Анжелика, к сожалению, вынужден признать, что война возможна где угодно и когда угодно, – проговорил он, усевшись на кровать и стягивая сапоги с ног.
– Да, – кивнула я, присаживаясь рядом. – Но какова её вероятность сейчас?
Атайрон выпрямившись, поглядел на меня, а потом продолжил со вздохом:
– Красные Пески и Цитадель разделяют горы, любовь моя. И в этих самых горах залегают рудные жилы. До того, как мы объявили эти земли своими, жители Песков десятки лет занимались их разработкой, обработкой и торговлей. А теперь горы принадлежат нам.
 
– Да, но ведь часть доходов достаётся и им тоже.
– Часть! В то время как раньше благородные вожди племени имели этот доход целиком.
– Но ведь бунтовщики должны понимать, что так легко им нас не одолеть. Горы являются естественным препятствием на их пути. У нас есть драконы. У нас есть магия. У нас есть армия.
– Именно поэтому они и не приходят сюда, а пытаются выманить нас, вынудив прийти на их земли и сражаться на нейтральной территории, которую знают куда лучше нас. И до сих пор в моём распоряжении был только один дракон. Армию наёмников они не слишком уважают, считая, что за оплату люди сражаются далеко не так рьяно, как по убеждению.
– В этом, возможно, они правы.
– Три года в Песках практически не было дождей. Земли в их оазисах практически истощились, урожаи скудные и ситуация становится критической. А теперь, ко всему прочему, мы убили того, в ком они видели законного правителя.
– Если бы я уничтожила всех, у них не было бы повода обвинять нас, – сокрушённо вздохнула я.
Атайрон с улыбкой взял меня за руку, нежно пожимая мою ладонь:
– Это, в конце концов, не так важно. Они бы в любом случае и при любых обстоятельствах обвинили ли бы нас, как они делают это всегда, с основаниями или без. Самое худшее позади. Стань вы их пленниками, они могли бы диктовать условия, а так… не волнуйся, милая. Мы отразим эту угрозу. И не бери в голову, – прижался он губами к моему лбу. – Они всё равно нашли бы незначительный повод, чтобы обострить ситуацию.
– Да, но им было бы в разы это сделать сложнее, если бы мой сын не был столь своеволен и непослушен.
– Будь он менее своевольным и управляемым, я бы усомнился в том, наших ли он кровей, – с усмешкой заявил Атайрон.
– Это моя вина. Я не сумела привить ему должных навыков.
– Я мог бы поставить охранный купол вокруг Драконьего Логово. Какой смысл теперь искать виноватых? Лучше думать о будущем… и, кстати об Ангэе – как долго ты намереваешься держать его узником?
– Ещё пару часов, не меньше. Надеюсь, ты не станешь возражать?
– Не стану. Он заслужил своё наказание.
– Рада, что в этом мы согласны.
– А мы в чём-то расходимся? Неужели я что-то упустил?
Теребя край пояса на платье и не глядя на него, я произнесла:
– Думаю, нам нужен повод, чтобы собрать всех наместников наших земель.
– Здесь и думать долго не надо. Давай объявим о нашей будущей свадьбе. Отличный же повод? Устроим турнир в честь этого знаменательного события.
– И того, кто сменит Дейна в Красный Песках предлагаю пригласить тоже.
Улыбка сошла с лица Атайрона, между переносицей залегла складка, свидетельствующая о глубокой задумчивости:
– Пригласить-то можно, но вот приедет ли?.. После того, как мы убили Дэйна?
– Дэйн повёл себя как изменщик. Он осмелился поднять руку на своего короля. По существующим законам он подлежал казни.
– И наш государь оказался достаточно силён, чтобы расправиться с обидчиком лично, – не оправдано довольно проговорил Атайрон.
– Мы предложим вместо войны – мир. Вместо кары – помилование. И вместо сражения, мирный турнир, на котором мужчины смогут избавиться от лишней агрессии, не причиняя никому вреда. Нужно будет отправить всем приглашения.
– Прежде, чем рассылать приглашения на свадьбу, не мешает для начала огласить её саму.
– Прекрасно! Нам будет, чем заняться в ближайшее время. Свадьба – это отличный способ снять напряжение. Хлеба и зрелищ хватит на всех.
– Ты предлагаешь избежать нападения, если я правильно тебя понял?
 
– Я предпочитаю более гуманные действия. Наша цель – примирение.
– Красные пески и Цитадель воевали веками. Думаешь, одной свадьбы будет достаточно, чтобы всё уладить, любовь моя?
– Одной свадьбы – нет. Но свадьба – плюс драконы и армия могут сыграть все вместе. У нас нравственное превосходство и драконы.