"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Хорошо, что тебе хотелось бы узнать?
— Я хочу узнать о том, как привидения являются людям. Как можно общаться с миром живых? Хочу узнать, есть ли способ вернуться к жизни. Потому как что бы ни говорила Мэри, мы мертвы не до конца, иначе не торчали бы здесь. Хочу узнать, кто такой (или что такое) МакГилл. Он существует по-настоящему? Или его придумали, чтобы младенцев пугать?
Вот теперь все замерли. Ритуал был забыт. Конечно, Алли понимала, что как только она покинет комнату, все тут же вернутся к привычным занятиям, но как раз сейчас ей удалось привлечь к себе всеобщее внимание. Один из юношей перестал играть в бильярд и приблизился к ней, правда, не бросая кия — словно собирался защищаться им в случае чего.
— Никто не знает, существует ли МакГилл в действительности, — сказал он. — Я думаю, существует, потому что Мэри не желает говорить о нём. Если бы его не было, она бы так и сказала. Правильно?
Раздался тихий гул голосов — некоторые из ребят согласились.
— А как насчёт выхода из Междумира? Можно ли снова стать живым?
Заговорила Мидоу — резко и неприязненно:
— Твоё тело уже в могиле. Или ещё хуже — развеяно прахом. Не думаю, что тебе так уж неймётся заполучить эту мерзость обратно.
— Да, но есть другие способы почувствовать себя живым… — заикнулся какой-то мальчик в углу. Когда Алли развернулась к нему, он смешался и отвёл глаза.
— Что ещё за «другие способы»? — спросила она.
Он не ответил.
— Сам не знает, о чём спикает, — встряла Мидоу.
— Зато ты, похоже, знаешь.
Мидоу скрестила руки на груди.
— Ну… бывают у людей особые таланты… Ничего хорошего — они могут навлечь на тебя плохую карму. Мэри называет их Криминальными Фокусами.
К этому моменту все, находящиеся в помещении, начали собираться вокруг Алли и Мидоу. Судя по лицам, некоторые знали, о чём идёт речь, но другие, похоже, не имели об этом ни малейшего понятия.
— Что за таланты? — спросила Алли. — И как я узнаю, что обладаю ими?
— Да лучше тебе вовсе не знать!
— Прошу прощения, — прозвучал вдруг голос где-то в задних рядах. Все повернулись и увидели Вари. Интересно, как много он слышал? Мидоу мгновенно отлетела от Алли на солидное расстояние и вернулась к прерванной игре.
Остальные тоже отшатнулись от Алли, словно та была ядовитой змеёй.
— У меня хорошие новости, — сказал Вари. — Мисс Мэри только что выторговала у одного Искателя целую корзину жареных кур. Она говорит, что все получат по кусочку.
Устремившийся к лифту ребячий паводок чуть не сбил Алли с ног. И хотя ей тоже невыразимо хотелось курицы, она устояла. Вари, терпеливо оставшийся ждать вместе с ней последнего лифта, не преминул отметить этот факт.
— А ты что же? — спросил он. — Или ты была вегетарианкой при жизни?
Алли не могла понять — он искренен или язвит.
  
*** *** ***
 
В своей книге «Ты умер — и что теперь?» Мэри Хайтауэр предупреждает:
«Страсть к путешествиям — опасная штука. В Междумире надёжней всего держаться одного и того же места. Послесветы, коим выпало несчастье быть подверженными этой страсти, кончают плохо. Они либо становятся жертвой Злой Гравитации, либо попадают в плен к разбойным шайкам неуправляемых детей. Лишь немногим удаётся избежать подобной участи. Они становятся Искателями, но их существование полно опасностей. Лучше всего найти мирную гавань и оставаться там. А если ты не нашёл такой гавани — приходи ко мне».
  
Глава 10
 
Лифт, идущий вниз
 
На следующее утро Алли в одиночестве спускалась на лифте, когда на девяносто восьмом этаже в кабинку вошёл скелет.
У девочки зашлось дыхание.
— Чего уставилась? — буркнул скелет. Дверь закрылась, и лифт двинулся дальше.
Алли быстро сообразила, что это вовсе не скелет. Просто у мальчишки лицо было замазано белым, глаза обведены чёрным, а всё остальное скрывалось под дешёвым костюмом для Хэллоуина. Неяркое послесвечение добавляло ещё один нюанс в общую картину полной потусторонности этого зрелища.
 
— Извини, — вежливо сказала Алли. — Ты просто застал меня врасплох.
Ребят, имевших несчастье перейти во время Хэллоуина, здесь было двое: этот самый «скелет» и ещё один — в костюме, изображающем разлагающийся труп, и с физиономией, вымазанной зелёным.
Все звали этих двоих Скелли и Мордер.
Как только двери лифта захлопнулись, Скелли сказал:
— Я слышал, ты интересуешься Криминальными Фокусами?
— Ага, — подтвердила Алли. — Но что толку расспрашивать, если никто не хочет отвечать?
— Я мог бы порассказать тебе кое-что. Только пообещай, что никому не скажешь, что слышала это от меня.
Дверь открылась.
— Твой этаж? — спросил Скелли.
Алли собиралась наведаться в комнату игровых автоматов и попробовать оторвать Любистка от Пак-Мана, но с этим можно подождать. Она не вышла из лифта, и дверь снова закрылась.
— Рассказывай всё, что знаешь. Обещаю, никому не скажу.
Скелли нажал кнопку фойе, и лифт начал своё долгое путешествие вниз.
— Здесь недалеко, всего пара миль, есть одно местечко. Здание, перешедшее много лет назад. Кажется, консервная фабрика. Там живёт один чувак… Его называют Проныра. Вот он и учит этим фокусам.
— Каким именно?
— Да всем: паранормальничанью, эктодёрству, скинджекингу, ну, чё там ещё…
— А что это? Я же ни о чём таком понятия не имею!
Скелли нетерпеливо вздохнул.
— Он может показать тебе, как передвигать вещи, существующие в живом мире, как сделать так, чтобы живые слышали тебя, а может, даже и видели. Рассказывают, что он может выхватывать вещи из их мира и переносить сюда — заставляет их перейти в Междумир.
— И он может этому научить?
— Так говорят.
— А сам ты с ним знаком?
Мальчишка чуть стушевался.
— Ну… знаю ребят, которые ушли к этому чуваку. Но они не вернулись.
Алли лишь пожала плечами.
— Может, после визита к этому Проныре они нашли место поинтереснее, чем эти башни. Наверняка они не вернулись, потому что не захотели, вот и всё.
— Может, — согласился Скелли. — Если хочешь, могу дать адрес.
Алли хотелось бы расспросить парня поподробнее, но в это время двери лифта разъехались, «скелет» вышел, а на его место из фойе залетела стайка детишек — они отправлялись наверх.
* * *
Ник. Ники. Николас.
Он потратил несколько часов на то, чтобы вспомнить своё имя, и уж теперь, когда оно наконец-то всплыло в его мозгу, он его так просто не отпустит! Его зовут Ник. Ник Как-его-там. Фамилия у него была японская, потому что папа был японец. Мама — белая. Хотя, по правде сказать, их лиц он уже не помнил, но войну с памятью за лица родителей оставил на потом. Сейчас ему требовалась вся его воля, чтобы удержать в сознании собственное имя.
Ник. Ники. Николас.
Придёт время — он вспомнит и фамилию. Вспомнит обязательно, даже если для этого ему потребуется разыскать собственную могилу и прочесть, что написано на памятнике.
И тогда он будет крепко держать своё полное имя в памяти, и никто не посмеет называть его Херши, или Кэдбери, или Гирарделли, или ещё как-нибудь. Только Ник, Ники, Николас!
Он взял множество мелких листочков бумаги и на каждом написал своё имя. Распихал бумажки по всем карманам, по всем ящикам в шкафу и комоде, сунул под матрас и спрятал под подушками дивана, на котором спал Любисток. Мальчик, конечно, возражать не будет — он и так уже несколько дней не появлялся у себя «дома».
Ник, Ники, Николас. Может, даже Ник-о…
В дверь заколотили. Ник знал — это Алли. Только она всегда колотила изо всей силы. Стук Мэри был деликатен и тих. Алли же ломилась в дверь так, словно хотела снести её с петель.
— Я занят! — крикнул Ник. — Уходи!
Но она продолжала колошматить в дверь. Что поделаешь, он вынужден был впустить несносную девчонку.