"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Никаких проблем, — сообщил Карол Редер. — Замок старый, вскрыть несложно. Можно задушить его подушкой, тогда все решат, что он умер во сне.
— Нет, — ответил Марл. — Дождемся, пока он уснет, и перережем горло. Так сложнее ошибиться.
— Хорошо.
Марл ощутил усилившееся притяжение собственного тела. В отличие от других Искупителей ему не удавалось покидать свою оболочку надолго. Он ощутил легкое головокружение и очнулся на постели с дикой головной болью. Марл взял щепотку толченого кипрея, положил под язык и встал с кровати. Из окна виднелись горы — укутанные снежными шапками северные вершины. Марл закрыл глаза и расслабился, дожидаясь, пока уйдет головная боль.
В дверь тихо постучали, через мгновение она отворилась, и вошел Канит Персан, рослый и мускулистый воин, тем не менее умудрившийся сохранить грацию в движениях. Большую часть свободного времени он проводил, доводя свое тело до совершенства. Чаще всего бегал по холмам или поднимал тяжести. Канит утверждал, что, не родись в знатной семье, то стал бы кулачным бойцом, как Чайн Шада, но Марлу плохо в это верилось. Канит Персан, красавец с орлиными чертами лица, слишком часто любовался своим отражением, чтобы спокойно отнестись к сломанному носу и шрамам — обычным спутникам кулачных бойцов.
— Хорошее место, — заявил Канит. — Жаль, что мы ненадолго. Тут есть тропинка в сторону холмов, слуги говорят, что она тянется четыре мили по удивительно красивой местности. Хотел бы я там побегать.
— В другой раз, — отмахнулся Марл. — Карол уже готов. А вы?
— Разумеется. Без Жнеца все пройдет как по маслу.
— Я предпочел бы удостовериться в его гибели, — ответил Марл.
— Одна пуля между лопаток, вторая в поясницу, даже если он выжил, то хозяину уже ничем не поможет, — возразил Канит.
— Как вы находите Галлиота?
— Обычный солдат, — пожал плечами Канит. — Справлюсь с ним за мгновение. Кстати, в галерее висит любопытный портрет, — сообщил он. — Красивая женщина, один глаз зеленый, другой — золотой, как у Макона. Наверное, семейная черта.
— Как я понял, это бабка Мойдарта, — ответил Марл. — Когда-то она считалась одной из первых красавиц.
В дверь снова постучали. Вошел слуга и с поклоном сообщил, что Мойдарт ждет в трапезной.
Марл с Канитом подошли к ожидавшему у галереи капитану Галлиоту и уже спустившемуся Каролу Редеру.
Искупители проследовали за капитаном к дверям трапезной, где в камине полыхало жаркое пламя. Галлиот пропустил их вперед и закрыл за ними двери.
— Добро пожаловать, друзья, — произнес Мойдарт. — Прошу, садитесь. О вас, — он посмотрел на Марла, — я наслышан. Будьте добры, представьте своих спутников.
Марл так и сделал. При звуках своих имен оба Искупителя встали и поклонились.
— Карол Редер, — произнес Мойдарт, — родом, случайно, не из Деперсома?
— Да, милорд.
— Когда-то я был знаком с вашим отцом. Он служил в Эльдакре во время первых восстаний. Хороший солдат, безжалостный и преданный делу. Таких нечасто встретишь. Как он?
— Он умер, милорд, пять лет назад.
— Пошли по его стопам? Похвально. Благодаря этому варлийцы превосходят прочие народы. Вас, сир, — он обернулся к Каниту, — я не знаю, но вы кажетесь достойным варлийцем. Холодный взгляд, очень впечатляет.
Мойдарт сидел у окна, Искупители напротив. Слуги начали разносить блюда: жаркое, пирог с почками и три графина крепкого эля. Марл заметил, что Мойдарт не стал пить, и тоже воздержался, попросив воды. Обед прошел почти в полной тишине. Когда слуги унесли тарелки, Мойдарт откинулся в своем кресле.
— Иногда мне недостает придворной жизни, — сказал он, — все эти интриги делают жизнь удивительно интересной. Враги становятся друзьями, друзья — врагами, и каждый отчаянно пытается предугадать, куда его занесет очередная волна власти. Как я понимаю, господин Коупер, вам не понаслышке знакомы эти игры. Поздравляю, вы выбрали нелегкую жизнь.
— Я обычный человек, милорд, — ответил Марл. — И стараюсь, чем могу, услужить своему господину.
— Кстати, как дела у лорда Винтерборна? — поинтересовался Мойдарт. — Я слышал, у него недавно возникли проблемы.
— Какие проблемы? — переспросил Марл.
— Один надоедливый молодой генерал никак не хочет умирать. Это правда?
Мойдарт улыбнулся краешками губ, но его глаза смотрели все так же холодно и внимательно. В комнате вдруг стало очень тихо.
— Боюсь, вы осведомлены лучше меня, сир. О ком вы говорите?
— Ну как же, о моем сыне, Гэзе Маконе, разумеется. Разве вы прибыли сюда не поэтому?
Вопрос был задан самым невинным тоном, и Марл быстро придумал ответ.
— Я думаю, вам неверно изложили ситуацию, сир. Ни лорд Винтерборн, ни Гэз Макон ничего не имеют друг против друга. Лорд Ферсон вызвал вашего сына на дуэль, и лорд Винтерборн действительно выступил его секундантом. Эта проблема давно решена. Лорд Винтерборн очень высоко отзывается о генерале Гэзе, искусном воине и великолепном командире. Этому он, без сомнения, обязан вам, сир.
— Я принадлежу к семье воинов, господин Коупер, — вежливо ответил Мойдарт. — Но мы также преуспели в искусстве интриги. За свою жизнь я забыл об обмане и предательстве больше, чем вы узнали за вашу. Поэтому позвольте мне изложить ситуацию, как я ее понимаю. Будь я лордом Винтерборном и желай я гибели Гэза Макона, я бы постарался устроить все так, чтобы меня было не в чем обвинить. Так Винтерборн и поступил. Причина этому проста и понятна — Мойдарт. «Что я знаю о нем? — подумал бы я и ответил бы себе: — Все просто: он убийца, не знающий сомнений, не думающий о чести и доблести. Если я убью его сына, он найдет способ расквитаться со мной». Вам пока все понятно?
— Я слышу ваши слова, но, боюсь, не вижу в них смысла. Мойдарт снова улыбнулся уголками губ.
— Тогда слушайте внимательно, юный Коупер, я преподам вам хороший урок политики. Итак, дуэль предрешена — отличный план! Макон погибнет — все прекрасно, выживет — всегда можно придумать что-нибудь новое. Пистолеты — это хорошо, столько случайностей могут остаться незамеченными: пули иногда летят не туда, куда надо, иногда их вообще в стволе не оказывается… Да, пожалуй, я бы воспользовался этим способом. — Мойдарт налил себе еще воды и сделал глоток, не отрывая взгляда от трех Искупителей. — Но план провалился. Что ж, бывает, элементы случайности не предугадать, от них никто не застрахован. Вы интересуетесь историей, господин Коупер?
— Да, сир.
— Тогда вы, возможно, помните о битве на Вориновом поле. Бэйна предали, его войско оказалось в ловушке. И все же он победил. История гласит, что это произошло благодаря его героизму и мудрости. Но это не вся правда. Он победил потому, что его войско заблудилось. Бэйн послал шесть сотен всадников перехватить вражеский обоз, но те в лабиринте ущелий сделали один неверный поворот и вышли за армией Камня. Бэйну нелегко пришлось, пока его всадники не напали с тыла на ничего не подозревавших врагов и не изменили исход битвы. Вот они какие, элементы случайности. Так о чем это я? Ах да, о смерти докучного Гэза. Дуэль желаемого результата не принесла. И вот первая ошибка — убийцы. Один из них — известный дуэлянт, второй — великолепно обращается с ножом. Этот план выдержит любую случайность. — Мойдарт покачал головой и рассмеялся. — Кто бы мог подумать, что в дело вмешается какая-то собака? Да, забавно. Кроме того, Гэз Макон — отличный фехтовальщик. Этим он обязан мне, когда-то я нанял ему в учителя Мулграва. Впрочем, это несущественно. Однако теперь тигр вырвался из клетки: убийцами были Искупители, а ими распоряжается только один человек. Итак, теперь проблема удвоилась. Как только Мойдарт обо всем узнает, он окажется стократ опаснее юного наивного генерала. Поэтому я, в качестве Ледяного Кая, разумеется, решаю отложить расправу над сыном, пока не разберусь с его отцом. Ну, и как вам это понравится, Марл Коупер?
Марл не шелохнулся. Он чувствовал, как его спутники все сильнее начинают нервничать. И было из-за чего: жертва насмехалась над ними!