"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Как ты, Дек? Здорово устал, я вижу.
— Старость не радость, Черная Маска.
— Хоть ты-то не начинай. Зови меня по имени.
— Прозвище тебе больше подходит, — усмехнулся Декадо. Полулюды расположились за лагерем, вокруг одинокого шатра из черного шелка.
— Это Цеска, — сказал Ананаис. — Он себя бережет.
— Похоже, все полулюды достанутся нам, — заметил Декадо. — Я не видел, чтобы они разделялись.
— Стало быть, нам везет. Но с их точки зрения все это имеет смысл. Им все равно, которая стена падет первой, — стоит взять одну, и нам конец.
— Тенака будет здесь через пять дней, — напомнил Декадо.
— Да, только нас здесь уже не будет.
— Ананаис, а что, если...
— Что?
— Так, ничего. Как ты думаешь, когда они атакуют?
— Ненавижу, когда люди так делают. Что ты хотел сказать?
— Ничего. Забудь об этом.
— Какого черта с тобой происходит? Ты унылый, точно больная корова.
Декадо через силу засмеялся.
— Просто с годами я становлюсь серьезнее. Подумаешь, было бы о чем беспокоиться — каких-то двадцать тысяч солдат да кучка зверья.
— И то верно. Бьюсь об заклад, от Тенаки они побегут очень быстро.
— Хотел бы я на это посмотреть.
— Если бы наши желания были водой, мы все были бы рыбами. — Ананаис снова спустился вниз и устроился на траве, чтобы продолжить прерванный сон.
Декадо, сидя на парапете, смотрел на него.
Нужно ли скрывать от Ананаиса, что Тенака теперь стал ханом самого враждебного дренаям народа? И нужно ли ему об этом говорить? Он верит Тенаке, а вера таких людей, как Ананаис, прочнее стали-серебрянки. У Ананаиса в голове не укладывается, что Тенака может его предать.
Это доброе дело — дать ему умереть с незапятнанной верой.
Или нет?
Зачем лишать человека права знать истину?
— Декадо! — позвал кто-то у него в голове. Это был Аквас.
Декадо закрыл глаза и сосредоточился. — Что?
— Враг прибыл к Тарску. Полулюдов не видно.
— Они все здесь.
— Тогда мы перейдем к вам, хорошо?
— Да. — Декадо оставил восемь монахов с собой в Магадоне, а девятерых отправил в Тарск.
— Мы последовали твоему совету и проникли в разум одного из зверей— но не знаю, понравится ли тебе то, что мы обнаружили.
— Говори.
— Они все из «Дракона»! Цеска начал вылавливать их еще пятнадцать лет назад, а некоторые были взяты в плен при недавнем разгроме «Дракона».
— Понятно.
— Это имеет какое-то значение?
— Нет. Только еще горше становится.
— Мне очень жаль. Будем исполнять то, что задумали?
— Да. Ты уверен, что их нужно подпустить поближе?
— Уверен. Чем ближе, тем лучше.
— Что Храмовники ?
— Они пробили нашу защиту. Мы едва не лишились Балана.
— Как он теперь?
— Лучше. Ты сказал Ананаису о Тенаке-хане? 
— Нет.
— Что ж, тебе виднее.
— Надеюсь. Приходите поскорее.
Ананаис крепко спал на траве. По прошествии часа Валтайя принесла ему жареного мяса с горячим хлебом, и они вдвоем перешли в тень деревьев, где он снял маску и стал есть.
Валтайя не могла выносить этого зрелища. Она отошла, чтобы нарвать цветов, и только потом вернулась к нему.
— Надень маску, — сказала она. — Вдруг кто-нибудь пройдет мимо.
Он впился в нее своими яркими голубыми глазами, отвернулся и надел маску.
— Уже прошел, — с грустью сказал он.
  
22
 
Ближе к полудню в неприятельском лагере протрубили трубы, и тысяч десять воинов, собравшись у повозок, принялись сгружать лестницы, привязывать веревки к крючьям и разбирать щиты.
Ананаис взбежал на стену, где Лейк проверял растяжки и приводы самострела.
Враг выстроился в долине, сверкая на солнце мечами и копьями. Забили барабаны, и войско двинулось вперед.
Защитники на стене облизнули сухими языками сухие губы и вытерли потные ладони об одежду.
Медленная барабанная дробь эхом отдавалась в горах.
Ужас нахлынул на защитников словно прибой. Люди с криками прыгали со стены на траву.
 
— Это Храмовники! — крикнул Декадо. — Это они напускают страх.
Но паника не прекратилась. Ананаис пытался остановить бегущих, но и его голос тоже дрожал от страха. Барабаны приближались, и все больше бойцов прыгало вниз.
Сотни человек бросились бежать — и остановились, увидев перед собой женщину в заржавленной кольчуге.
— Мы скодийцы, — прогремела Райван, — а скодийцы не бегут. Мы — сыны Друсса-Легенды. Мы не бегаем от врага!
Обнажив короткий меч, она двинулась сквозь ряды бегущих к стене. Там осталась лишь горстка воинов, да и те были белы как снег и дрожали. Райван с возрастающим страхом взошла на ступени.
Ананаис, спотыкаясь, бросился к ней и протянул ей руку, которую она с благодарностью приняла.
— Им нас не одолеть! — сквозь зубы процедила она. В расширенных глазах застыл ужас.
Бегущие скодийцы, обернувшись, увидели ее, гордо стоящую посередине стены. Они подобрали мечи и повернули обратно, преодолевая напирающую на них стену страха.
И страх прошел!
Декадо и Тридцать отогнали вражеские чары, оградив щитом Райван.
Скодийские воины, охваченные гневом, устремились обратно на стену. Они выстроились, исполненные решимости, пристыженные тем, что женщина оказалась храбрее их.
Барабаны утихли, и пропела труба.
Десять тысяч воинов с бешеным ревом ринулись на приступ.
Лейк и его помощники отвели назад рычаги обоих самострелов и зарядили их свинцом. На пятидесяти шагах Лейк поднял руку, на сорока опустил ее и дернул за шнур. Первый самострел выстрелил. Еще мгновение — и выстрелил второй.
Передние вражеские ряды полегли как подкошенные, и защитники разразились громкими криками «ура». Скодийские лучники залпами пускали стрелы, но солдаты все были в тяжелых доспехах и прикрывались щитами.
Крючья и лестницы загрохотали о стену.
— Ну, началось! — сказал Ананаис.
Первый солдат, влезший на стену, погиб от меча Черной Маски, пронзившего ему горло. Падая, он увлек за собой другого.
За ним хлынули новые, и битва закипела.
Декадо и Тридцать сражались вместе по правую руку от Ананаиса, и в том месте никому не удавалось ступить на стену.
Зато слева захватчики проделали брешь. Ананаис бросился туда, круша, рубя и убивая. Он расшвыривал врагов словно лев, попавший в стаю волков, и скодийцы с победным кличем валили за ним. Солдат медленно, но верно оттесняли обратно. Райван пронзила своим мечом грудь врага, но он, падая, взмахнул клинком и рассек ей щеку. Она пошатнулась, и на нее бросился другой. Лейк, видя мать в опасности, метнул кинжал и угодил врагу рукояткой пониже уха. Тот споткнулся, выронил меч, и Райван прикончила его, рубанув двумя руками по шее.
— Уйди отсюда, мать! — крикнул Лейк.
Декадо, услышав его, подбежал к Райван и помог ей подняться.
— Лейк прав. Ты слишком большая ценность, чтобы так рисковать тобой.
— Сзади! — завопила она: на стену вскочил солдат с поднятым топором.
Декадо резко обернулся, его меч проткнул врага — и сломался. На стену влезли еще двое. Декадо нырнул вниз, схватил упавший топор и вскочил на ноги. Он отразил высокий удар и отмашкой сбросил врага со стены. Второй ранил Декадо в плечо, но подоспевший Лейк хватил солдата мечом по черепу.
Атака захлебнулась, и солдаты отступили.
— Уберите раненых! — крикнул Ананаис. — Они могут вернуться в любую минуту.
Он прошел вдоль стены, поспешно подсчитывая убитых и раненых.
Из строя выбыло не меньше ста человек. Еще десять таких атак — и защитникам конец. С левого края подошел Галанд.
— Эх, будь у нас на тысячу ребят побольше да стена повыше, — сокрушенно сказал он.
— Они молодцы. В следующий раз потери будут меньше. Сейчас жертвой пали самые слабые.