"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Большое вам спасибо, — проговорил старик, — мы бы и сами управились, но, клянусь небесами, это было бы не просто.
— Вы Бэйн, — узнал стройный темноволосый парень, — я видел ваш поединок с Дэксом.
Старик подошел поближе и уставился на Бэйна.
— Да, у вас вид настоящего гладиатора, — протянул он менее дружелюбно.
— Вы правда собираетесь сразиться с Волтаном? — не унимался юнец.
— Правда.
— Надеюсь, он будет умирать медленно!
— Довольно! — прокричал старик. — Никто не достоин медленной смерти, даже такой ужасный человек, как Волтан. Убийств было предостаточно.
— Как ты можешь говорить такое! — воскликнул темноволосый парень. — Он один из тех, кто мучил наших друзей и тащил их на костер. Он заслужил мучительную смерть.
Старик присел на бревно и, сняв кожаную варежку с обрубка левой руки, стал чесать сморщенную и исцарапанную культю. Затем взглянул на Бэйна:
— Еще раз благодарю, не хочется отрывать вас от тренировок.
Бэйн немного постоял и побежал вверх по холму к старой оленьей тропе. Оказавшись на вершине, он взглянул вниз на сияющий в утренних лучах Город. Он очень устал, и ноги казались свинцовыми.
Купальня цирка Оссиан была открыта, хотя воду еще не грели, и Бэйн вышел на открытую тренировочную площадку, построенную по совету Свирепого. Несколько молодых гладиаторов уже тренировались под руководством Телорса, поднимая гири. Бэйн стал разминать натруженные мышцы, сделал несколько несложных упражнений и несколько раз влез вверх по канату.
— Подошел Телорс.
— Не перегружай себя, оставь силы на завтра, — посоветовал он.
— Считаешь меня идиотом?
— Не мне об этом судить, каждый делает то, что считает нужным. Лично я попросил бы у императора кучу золота и личный бордель, — пожал плечами Телорс.
— Ты ведь видел, как он сражается, — сказал Бэйн. — Свирепый не верит, что я смогу победить.
— Ванни уже жалеет, что так сказал. Он не хотел, чтобы из-за этого ты начал в себе сомневаться. Ему просто казалось, что он сможет отговорить тебя от поединка.
— А ты как считаешь? Скажи мне правду.
— Я не могу сказать тебе правду, только собственное мнение. Однажды я видел, как огромного, хорошо вооруженного солдата убил парень с самодельным деревянным копьем. Во время поединка может случиться что угодно, — Телорс грустно улыбнулся, — и я не собираюсь стоять здесь и рассуждать, как здорово сражается Волтан. Только не перед поединком! Я лучше расскажу, как здорово сражаешься ты сам. Ты достойный соперник любому гладиатору! Ты сильный, быстрый, и, что важнее всего, у тебя есть сердце! Завтра я буду с тобой, я как следует наточу твой меч и намажу нагрудник маслом.
— Нагрудник? Это же смертельный поединок!
Телорсу стало неловко.
— Император изменил обычные правила. Волтан будет сражаться без доспехов.
— Тогда мне тоже не нужен нагрудник. Это поединок, а не казнь.
— Я знал, что ты так скажешь, — поговорил Телорс. — Это делает тебе честь. Свирепый поступил бы так же.
Слуга крикнул, что вода готова, и Бэйн пошел в купальню. Ванна была шестнадцать футов в длину и девять в ширину. С поверхности воды поднимался пар, пахло лавандой. Бэйн разделся, залез в воду, окунул голову и поплыл к противоположному концу ванны. Там он сел на бортик, положив голову на округлые медные перила. Напряжение медленно спадало.
Бэйн немного полежал в воде, затем насухо вытерся и прошел в массажную, где раб Оссиана натер его маслом и размял мышцы шеи и спины. Бэйн задремал, а когда проснулся, вокруг не было ни души. Раб обложил его теплыми полотенцами и оставил спать. Поднявшись, Бэйн достал из своего шкафчика чистые лосины и тунику и босиком вернулся в купальню.
Затем отдал тренировочную одежду в стирку, натянул сапоги и вышел на солнце.
День был прекрасный, и он пошел на виллу пешком. Празднования уже закончились, но атмосфера радости по-прежнему царила в Городе. На вилле работали садовники, засаживая клумбы, и Бэйн увидел Кару в бледно-зеленом платье, прогуливающуюся среди роз. Рядом с ней шел красивый темноволосый юноша. Кара увидела Бэйна, помахала ему рукой, и он подошел.
 
— Это Маро, — представила Кара, — сын генерала Баруса.
Бэйн и Маро обменялись рукопожатиями.
— Маро пришел познакомиться с дедушкой, — продолжала Кара, — а он на пробежке.
— Наверное, выбрал западную трассу, — сказал Бэйн, — я сегодня его не видел.
— Мы с Маро собираемся пожениться, — сообщила Кара.
— Если твой дедушка согласится, — вставил Маро.
Уверен, он согласится, — улыбнулся Бэйн, — если так хочешь ты, принцесса. Однако я огорчен! Я-то думал, ты достанешься мне!
— Ты слишком стар! — засмеялась Кара. — И недостаточно красив.
Бэйн приложил руку к сердцу:
— Женщины так жестоки! Берегись, Маро!
Он поклонился и пошел к дому, но его нагнала Кара и взяла за руку.
— Вам с дедушкой нужно помириться, — сказала она.
— Мы и не ссорились, — взволнованно ответил Бэйн. — Ты больше не смотришь мне в глаза… почему?
— Ерунда! — заявил Бэйн, заставляя себя посмотреть Каре в глаза. Бледно-голубые глаза Волтана. Бэйн отвел взгляд. — Ты забыла своего гостя, — поспешно добавил он.
— Бэйн, я чем-то тебя обидела?
— Вовсе нет.
Он был готов провалиться сквозь землю.
— Ты все-таки хочешь участвовать в поединке?
— Да.
— Знаешь, я встречалась с этим Болтаном. Я увидела его на рынке, и он мне понравился. Да, я знаю, все говорят, что он злой, но я встретила его на одном из наших собраний. Госпожа-в-Маске дотронулась до его лба и благословила, так что он не может быть таким уж злым.
Бэйн вздохнул:
— Я не знаю, хороший он или плохой, но он убил дорогого мне человека и умрет именно за это, а не ради какой-то.. политической интриги.
— Он ведь все равно умрет. Мы все умрем, Бэйн. Тебе должно быть стыдно, что ты не можешь его простить.
— Некоторые вещи нельзя простить.
— Я тебе не верю.
— Это потому, что ты никогда не страдала! — Голос Бэйна стал злым. — Таким, как ты, живущим в роскоши, имеющим слуг, легко прощать. Да и что вам прощать? Повар положил в кашу мало масла? «Да, я его прощаю». А гатские женщины, у которых солдаты Города отнимали детей и швыряли их о каменные стены, разбивая головы, знают, что такое страдание. Думаешь, они смогут простить? На моих глазах Волтан вонзил нож в сердце девушки, которую я любил. Убивая ее, он смеялся. И ты просишь меня простить его?! Оглянись вокруг! Все, что ты видишь, все, что есть в этом Городе, построено на крови. Может, однажды убитые простят тебя, но я сомневаюсь.
Не в силах сдержать гнев, Бэйн пошел прочь. Подойдя к дому, он увидел, как по гравийной дорожке идут двое.
— Персис! — крикнул он и побежал навстречу. Персис и Норвин были в грязном тряпье и отвратительно пахли.
— Хорошо, что я встретил тебя, парень, — устало проговорил Персис, — можно где-нибудь смыть с себя ароматы тюрьмы?
— Конечно! Идите за мной.
Одежда, которую нашли в доме, не подходила ни Персису, ни Норвину, и поэтому, пока они мылись, Бэйн послал на рынок слугу за новыми вещами. Кара и Маро видели, как пришли неожиданные гости, и подошли к Бэйну, который ждал в восточном зале.
— Это Персис? — спросила Кара.
— Да, их освободили вчера, но у них нет ни денег, ни друзей, и они разыскали нас.
— Рада, что они нашли нас, пойду скажу, чтобы повар приготовил им поесть.
— Она ушла, а Маро остался с Бэйном, и тот жестом предложил ему сесть,
— Я знаком с твоим другом, — объявил Маро, — с Бануином.
— Он мне не друг, просто знакомый, — отрезал Бэйн.
— Я не знал об этом. Он говорил о тебе с теплотой.
— Добрые дела всегда нравились мне больше теплых слов, — проговорил Бэйн. — Как он?
— Сегодня утром он уехал домой. Мне будет его не хватать.
Бэйну не хотелось говорить о Бануине, и он решил сменить тему:
— Как вы с Карой познакомились? Маро улыбнулся: