"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Да вам-то какая печаль?
— Вентрия нуждается в вольных мореходах, а вы — связующее звено между мною и ими. Не хочу, чтобы вы скончались раньше времени.
— Я тоже воин, Бодасен.
— Это так. Но вспомним то, что нам известно. Хариб Ка, судя по рассказам его людей, послал в лес шестерых. Они не вернулись. Я говорил нынче с Друссом — он сказал, что убил их, и я ему верю. Потом он напал на лагерь, где было сорок вооруженных воинов, и обратил их в бегство. Сегодня он сразился с Борчей, которого многие, и я в том числе, считали непобедимым. Те подонки, которых вы послали его искать, вам не помогут.
— Ничего. Если он убьет их, его схватит городская стража. А мне остается провести здесь всего четыре дня до отплытия в порты вольных мореходов. Но вы, кажется, хотите предложить мне какой-то совет?
— Да, хочу. Выкупите эту женщину у Кабучека и верните ее Друссу. Выкупите или украдите — как угодно, но верните ее.
Вентриец отвесил Коллану легкий формальный поклон и вышел.
— На твоем месте я бы послушал его, — сказал Борча.
— Молчи! — рявкнул Коллан. — Он что, окончательно повредил тебе мозги? Ты не хуже меня знаешь, что держит нас на верхушке этой навозной кучи. Страх, трепет, порой даже ужас. Что станет с моей репутацией, если я отдам обратно похищенную женщину?
— Ты совершенно прав, — сказал Борча, вставая, — но репутацию можно восстановить, а вот жизнь — вряд ли. Он сказал, что оторвет тебе голову, — так вот, он может.
— Я никогда не видел тебя напуганным, дружище. Я думал, ты невосприимчив к страху,
— Да, Коллан, я не из слабых, — улыбнулся Борча. —Такова моя репутация, и я пользуюсь ею, потому что так проще. Но если я увижу, что на меня бежит бык, я отойду в сторону, или убегу, или залезу на дерево. Сильный человек всегда знает, где его предел.
— Я вижу, этот Друсс помог тебе определить, где твой, — хмыкнул Коллан.
Борча вышел из дому и побрел по северному кварталу. Улицы здесь были шире и обсажены деревьями. Мимо прошел ночной дозор, капитан отдал честь, узнав первого бойца.
«Я уже не первый, — подумал Борча. — Настал черед Грассина пожинать овации — до будущего года».
— Но я еще вернусь, — прошептал Борча. — Непременно вернусь. Это все, что у меня есть в жизни.
Зибена одолевали сны. Он плавал в голубом озере, оставаясь сухим, он гулял по цветущему острову, не чувствуя земли под ногами, он лежал на атласных простынях рядом с мраморной статуей — от его прикосновений она оживала, но оставалась холодной.
Он открыл глаза, и сны отлетели прочь. Друсс еще спал. Зибен встал со стула и расправил плечи, глядя на спящего воина. Швы на бровях Друсса вздулись, на веках запеклась кровь, нос распух и побагровел. Но лицо, несмотря на все увечья, дышало силой, и Зибен вздрогнул, ощутив почти нечеловеческую мощь.
Друсс застонал и открыл глаза.
— Ну, как ты себя чувствуешь? — спросил поэт.
— Так, будто по мне проскакал конь. — Друсс слез с постели и налил себе воды.
В дверь постучали. Зибен встал и вынул нож.
— Кто там?
— Я, сударь, — ответила знакомая служанка. — Вас ждет внизу какой-то человек.
Зибен открыл дверь, и девушка присела в реверансе.
— Ты его знаешь?
— Это тот вентрийский господин, что был здесь ночью.
— Он один?
— Да, сударь.
— Веди его сюда.
В ожидании Зибен рассказал Друссу о ночных посетителях.
— Надо было разбудить меня, — сказал Друсс. — Решил на этот раз обойтись без кровопролития.
Бодасен, войдя, первым делом направился к Друссу и осмотрел его швы.
— Держатся на славу, — с улыбкой заметил он.
— С какими вы вестями? — спросил Друсс. Вентриец снял черный плащ и бросил его на стул.
— Ночью Коллан разослал убийц по всему городу, но утром образумился. Он прислал ко мне человека с известием для тебя. Он решил вернуть тебе жену.
— Хорошо. Где и когда?
— В полумиле к западу отсюда есть пристань. Он придет туда через час после заката и приведет с собой Ровену. Но он встревожен, Друсс, — он не хочет умирать.
— Я не стану убивать его.
— Он хочет, чтобы ты пришел один и без оружия.
 
— Еще чего! — вскинулся Зибен. — Он что, за дураков нас держит?
— Каким бы он ни был, он все-таки дренайский дворянин. Его слову можно верить.
— Я не верю. Он изменник и убийца, который наживается на чужом горе. Видали мы таких дворян!
— Я пойду, — сказал Друсс. — Другого выбора все равно нет.
— Это ловушка, Друсс. У таких, как Коллан, нет чести. Он придет туда с дюжиной головорезов.
— Они меня не остановят. — Светлые глаза Друсса сверкнули.
— Нож в глотку остановит кого угодно. Бодасен положил руку на плечо Друсса.
— Коллан заверил меня, что это честная сделка. Я не стал бы передавать тебе его слова, если бы считал их лживыми.
— Вам я верю, — с улыбкой кивнул Друсс.
— Как вы нас нашли? — спросил Зибен.
— Вы сказали, что будете здесь.
— Объясните подробнее, где состоится встреча, — попросил Друсс.
Бодасен дал указания и распрощался.
— Ты правда ему веришь? — спросил Друсса Зибен.
— Конечно. Он ведь вентриец. Отец говорил, что они самые плохие торговцы на свете, потому что чураются лжи и обмана. Так уж они воспитаны.
— Но Коллан-то не вентриец.
— Нет, — угрюмо согласился Друсс. — Он именно такой, как ты его описал. И ты совершенно прав, поэт: он хочет устроить мне ловушку.
— И все-таки ты пойдешь туда?
— Я же сказал — другого выбора нет. А вот тебе идти не обязательно. Ты в долгу перед Шадаком, а не передо мной.
— Правда твоя, старый конь, — улыбнулся Зибен. — Ну так как же мы разыграем свою маленькую игру?
За час до заката Коллан стоял в верхней комнате дома, выходящего на пристань. Бородатый Котис был рядом с ним
— Ну что, все на месте? — спросил дренай.
— Да. Двое с арбалетами, шестеро с ножами. Борча придет?
— Нет, — помрачнел Коллан.
— Жаль.
— Не о чем жалеть. Крестьянин уже его один раз вздул.
— Вы правда думаете, что он придет один и без оружия?
— Бодасен полагает, что да.
— Боги, ну и дурак!
— В мире полно дураков, Котис, — засмеялся Коллан, — потому-то мы и богатеем. — Высунувшись из окна, он оглядел пристань. Несколько шлюх стояли в дверях, двое нищих приставали к прохожим. Пьяный грузчик вывалился из таверны, наткнулся на стену и свалился около причальной тумбы. Он попытался встать, тут же рухнул снова, свернулся на камнях и уснул. «Ну и город, — подумал Коллан. — Расчудесный город». Одна из женщин, подойдя к спящему, ловко запустила пальцы в его кошелек.
Коллан отошел от окна, вынул саблю и стал точить. Он не имел намерения сам драться с крестьянином, но предосторожность лишней никогда не бывает.
Котис налил себе дешевого вина.
— Не пей слишком много, — предостерег Коллан. — Он, даже безоружный наверняка будет драться.
— Со стрелой в сердце много не навоюешь.
Коллан сел на мягкий стул и вытянул длинные ноги.
— Еще несколько дней, Котис, — и мы богачи. Вентрийского золота хватит, чтобы доверху набить эту жалкую каморку. Мы отплывем в Наашан и купим себе дворец — да не один.
— Думаете, пираты согласятся помочь Вентрии?
— Нет, они уже взяли золото у наашанитов. Вентрии крышка.
— Значит, деньги Бодасена мы оставим себе?
— Ясное дело. Я же говорю, в мире полно дураков. Когда-то и я принадлежал к их числу. Полжизни потратил на мечты. Благородство, галантность и все такое. Отец до того напичкал меня рассказами о рыцарях, что я по-настоящему верил во все это. Надо же — самому не верится! Но я вовремя понял свою ошибку и поумнел.
— Вы нынче в хорошем настроении. Только Бодасена тоже придется убить. Он будет недоволен, узнав, что его надули.
— С ним я сражусь. Вентрийцы, чума их забери! Думают, что они выше всех прочих смертных, а Бодасен в особенности. Великим бойцом себя почитает. Я его обстругаю — кусочек там, кусочек тут. Он у меня помучается. Я сломаю его гордость, прежде чем убить его.