"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Хорошо, что ты это понимаешь, — отозвалась Джил. — У меня прямо гора с плеч. Да, когда я узнаю имена новых скинджекеров Мэри, как я сообщу их тебе?
— Я нашла отличный способ коммуникации, быстрый и удобный. Нам даже не надо будет знать, где каждый из нас находится. Называется «электронная почта». 
Джил засмеялась.
— Тьфу ты, так просто, даже досадно. А я-то думала, что мы будем общаться с помощью магических дымовых сигналов или как-нибудь в этом роде.
Алли невольно заулыбалась. Джил попала в точку, хотя, возможно, сама об этом не догадывалась: в Междумире коммуникации и перемещения требовали от послесветов больших усилий. Легко забыть, что скинджекеры обладают существенными преимуществами, ведь в их распоряжении все ресурсы живого мира.
— Я создам электронный адрес, и мы будем его регулярно проверять. Пусть будет...  [email protected].
— Миленько.
— Всё, что тебе нужно будет делать — это сбрасывать мне имена скинджекеров на этот адрес. Ты же умеешь пользоваться электронной почтой?
— Считаешь меня такой же старухой, как Мэри? — скривилась Джил. — К твоему сведению, когда я впала в кому, «мыло» уже изобрели. 
— Извини.
Алли бросила взгляд на Джикса, всё ещё беседующего с Кларенсом. Пламенная взаимная преданность Джикса и Джил напоминала ей их отношения с Майки, только... как бы это выразиться... «на тёмной стороне Силы». 
— Я рада, что ты нашла себе более захватывающее занятие, чем убивать людей, — заметила она. 
— А ты не радуйся, пока сама не попробовала, Поллианна, — парировала Джил, ехидно подмигнула и ушла погулять. 
Алли старалась не думать о том, на что намекала Джил. Сейчас надо заняться кое-чем другим. Лейси всё так же сидела на краю мёртвого пятна и играла в крестики-нолики. Лицо её оставалось неизменно печально. Алли подошла к девочке. 
— Как дела? 
— Хорошо. Наверно, — ответила Лейси. — Когда я была у Мэри, то мы с одним мальчиком играли в крестики-нолики каждый день. Одну и ту же игру, всё время. Было так хорошо знать, что будет дальше, и в то же время совсем даже не хорошо. Вот странно, правда?
— Нет. Я понимаю.
Алли сунула руку в карман и вынула оттуда нечто, лежащее там уже много лет. Монетка. Когда Алли держала её на ладони, монета оставалась холодной и инертной. До тех пор, пока Алли способна к скинджекингу, монета над ней не властна. Но для Лейси... Алли протянула монетку девочке.
— Хочешь? Возьми. 
Лейси насторожённо посмотрела на старый дайм.
— Мэри говорила, чтобы мы загадывали желание и выбрасывали их. Вечно твердила, что от них одни неприятности. Но ты знаешь что? По-моему, она врала. 
— Монета уведёт тебя из Междумира.
— Она заберёт меня домой, как волшебные башмачки? [139]
Алли чуть подумала над ответом.
— Да, — сказала она. — Ты отправишься домой, но не туда, откуда пришла. В твой истинный дом.
Лейси пожала плечами.
— А я всё равно не помню, откуда я пришла. Всё, что помню — это Междумир, Мэри и крестики-нолики. — Лейси покосилась на монетку — всё ещё боялась. — Говорят, скинджекеры могут видеть туннель, прежде чем люди вступают в него, и знают, что там такое. Расскажи!
Алли покачала головой.
— Мы видим туннель, но свет в его конце слишком ярок, слепит, нельзя рассмотреть, что там... Но ты же помнишь, какое у тебя было чувство, когда ты шла по туннелю в первый раз, перед тем, как попала в Междумир, правда?
Лейси взглянула на солнце, чтобы припомнить.
— Да... кажется, мне было хорошо... Но тут я запуталась в шнурках и упала. 
— Может, тебе и в этот раз будет так же хорошо.
Тогда Лейси ухватилась за локоть Алли — так крепко, будто опасалась, что её прямо сейчас сдует отсюда неведомая сила. 
— А если это неправда? Если это всё тоже обман? Вдруг свет в конце туннеля — это что-то нехорошее? Или он невзаправдашний, и на самом деле там ничего нет? Что тогда?!
Алли обняла Лейси, стараясь придать девочке отваги и утешить её, но как можно утешить кого-то, если сам толком ничего не знаешь?
 
— Понятия не имею, что там, за этим светом, — сказала она. — Это знают только те, кто ушёл туда. Но вот что я тебе скажу: все, кто когда-либо жил на Земле, ушли по этому туннелю, и все, кто будет жить, уйдут туда же. Так что ты попадёшь в неплохую компанию. 
— Не все, — возразила Лейси. — А те, кто провалился в землю?
— Они тоже в конце концов попадут в туннель, правда, в их случае «конец концов» настанет ещё очень, очень нескоро. 
У Лейси был ещё один аргумент:
— Хомяк не ушёл в свет. Он вообще никуда не ушёл. Что ты на это скажешь?
Алли закрыла глаза. Ей никогда не нравился Хомяк, но такой ужасной судьбы не заслуживает никто.
— Что скажу... Скажу, что это исключение, подтверждающее правило.
Она прижала девочку к себе в последний раз, а когда отпустила, Лейси казалась спокойной. Не просто спокойной, а умиротворённой. Она была готова. 
— Ты подержишь меня за руку, пока я не уйду? — спросила малышка.
— Конечно, подержу. 
Алли взяла её за одну руку, затем Лейси протянула ей и другую. Алли опустила монету на середину раскрытой ладошки девочки. 
— Тёплая, — сказала Лейси.
Алли улыбнулась. 
— Загадай желание.
Лейси сомкнула пальцы, крепко сжала монетку, и в следующее мгновение обе девочки окунулись в поток яркого света, исходящего из раскрывшегося перед ними неимоверно длинного туннеля. Лейси заглянула в него, ахнула и выпустила руку Алли.
— Всё правда! — выдохнула Лейси, и в следующее мгновение её не стало — она ушла в ослепительную вечность. 
Джил, наблюдавшая всю эту сцену, медленно захлопала в ладоши.
— Очень трогательно, — сказала она. — Пойду найду какую-нибудь тушку, а то смерть, как блевать охота. 
  
Глава 35 
 
Тёмная туча
 
«Любое достойное странствие приобретает особый смысл, если проделать его пешком. А пересечение пустыни — это освящённая временем традиция всякого паломничества». 
Такой девиз провозгласила Мэри, когда они шли из южного Техаса, держась в стороне от дорог и любых других проявлений цивилизации. Она решила, что это наилучший способ избежать встречи со шрамодухом. Когда они оказались к северу от Сан-Антонио, навстречу им стали попадаться бродячие послесветы, уцелевшие после нападения Кошмаров на поезд. Свечение армии Мэри служило маяком, привлекающим к себе все заблудшие души на несколько десятков миль вокруг; а когда они узнавали Мэри, то бежали к ней вприпрыжку и кидались в объятия. Конечно, не все уцелевшие вернулись к своей бывшей хозяйке, но всё равно — число приверженцев Мэри росло.
Вскоре она объявила, что их облако увеличилось настолько, что теперь они с полным на то правом могут объявить себя тучей. Имя более чем подходящее: их сияющее живым светом облако, непрерывно двигаясь вперёд и привлекая к себе всё новые души, постепенно набирало силу настоящей грозовой тучи. Теперь Мэри не давала поблажек тем зелёнышам, которые утверждали, что им необходимо поспать, и на ночлег они больше не останавливались. 
К тому времени, как они достигли Одессы, штат Техас, в армии Мэри насчитывалось уже пятьсот послесветов. 
Только здесь Мэри разрешила своим детям отдохнуть. В Одессе была старая спортивная арена; её снесли, когда в городе возвели новый стадион. Старая арена — самое большое мёртвое пятно в этом маленьком городе — приютила всех послесветов Мэри; к тому же она могло бы послужить отличной штаб-квартирой для новых скинджекеров — тем, по замыслу их хозяйки, предстояло на днях отправиться на свою первую операцию. Загвоздка только в том, что никто пока не представлял себе, что это будет за операция. 
И тут на сцену выступил Лосяра. Парня никто никогда не осмелился бы обвинить в гениальности, но оказалось, что теперь, когда рядом не было Хомяка, он стал гораздо смышлёнее. Потеря друга вдохновляла его на подвиги. Лосяра, как выяснилось, был очень умелым скинджекером-разведчиком. Он собрал обширную базу данных об Одессе и о том, какие чудеса может здесь совершить команда заинтересованных в результате дела скинджекеров.