"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Алли заработала очко.
— У-у! Несправедливо! — высказался Дэнни вслух.
«Тихо! — мысленно прикрикнула на него Алли. — А то твоя мама услышит, что ты разговариваешь сам с собой».
Но когда они подняли взгляд, оказалось, что рядом стоит не мама, а какой-то человек, держащий в руках голубой шест с сеткой на одном конце. В нескольких шагах за его спиной маячил ещё один парень.
«Это ничего, — успокоил Дэнни, — они пришли бассейн почистить».
Первый, по всей вероятности, главный, был мужчиной средних лет в потрёпанной бейсболке и с щетиной на лице; в помощниках у него ходил панк, череп которого был украшен татуировками и поникшим, по-видимому, собравшимся сойти с тропы войны «ирокезом».
— Привет, Кертис! Привет, Ирокез! — весело обратился к ним Дэнни. — Бассейн ужасно грязный. Набилась целая куча листьев и всякой дряни.
— Посмотрим, — буркнул Кертис, но ни тот, ни другой не двинулся с места. Ирокез уставился на дом, откуда доносился голос матери Дэнни — та была полностью поглощена беседой по телефону.
— Давайте я вам покажу, — вызвался Дэнни и повёл рабочих к бассейну. Там он указал на слив: — Видите? Совсем забился.
Но, как выяснилось, чистильщики бассейнов пришли сюда сегодня не для того, чтобы чистить бассейн.
— А теперь я хотел бы поговорить с Алли, — сказал Кертис.
От потрясения Дэнни весь сжался, и не только внешне, но и внутренне — он убежал в вглубь себя и спрятался там, как обычно поступают детишки, когда видят на своём пороге чужака. Алли протиснулась на освободившееся место. Она почувствовала, как затрепыхалось сердечко Дэнни. Мальчик был готов сорваться с места и скрыться в доме, но она не пустила. Наверно, разумнее было бы убежать, но…
— Кто вы? — спросила она.
Кертис улыбнулся, и Алли мгновенно узнала его, даже пивное пузо и щетина не ввели в заблуждение.
— Милос?
— Значит, ты таки там, внутри! — Он посмотрел на неё из-под сросшихся на переносице бровей. — Я думал, ты отправилась домой. Это что — твой дом?
— Спятил? Я что, по-твоему — обратно в своём теле? — И не удержалась, чтобы не попрекнуть его: — Ничего этого бы не случилось, если бы ты рассказал мне, что тела у всех скинджекеров живые!
«Алли, кто это? Что это? Это не Кертис! Мне это не нравится!»
«Подожди, Дэнни, я сейчас разберусь».
Алли взглянула на Ирокеза. Судя по манере переминаться с ноги на ногу и оглядываться по сторонам, словно ожидая, что в любой момент из-за угла выскочит ниндзя и набросится на него, это был…
— Хомяк, я полагаю? [95]
— Ну, давай, давай, — заторопился тот. — Мы её нашли, давай, валим отсюда.
— Как вам удалось меня найти?
— Один наш приятель вынюхал тебя. Талантливый парень. — Милос пристально вгляделся в Дэнни и покачал Кертисовой головой. — Как многого ты ещё не знаешь о скинджекинге! Вот если бы ты осталась с нами…
— Отлично! Можешь твердить «а что я тебе говорил!» хоть до посинения. Но если знаешь, как мне отсюда выбраться, то выкладывай, не тяни!
— Тс-с! — Милос посмотрел на окно, через которое мама Дэнни бросала время от времени взгляды в сад. — Притворись, что играешь, не то вызовешь подозрения.
Алли нашла в траве ржавый игрушечный автомобиль, опустилась на колени и начала катать его по кромке бассейна. Милос водил сачком в воде туда-сюда, прикидываясь, что чистит.
— По счастью, я знаю способ, как тебя освободить.
— Знаешь?! — Алли так обрадовалась, что тело её носителя подпрыгнуло от восторга. — Спасибо, Милос, спасибо! Я тебе буду по гроб жизни обязана!
На что Милос спокойно отвечал:
— По гроб — это хорошо. Услуга за тобой.
Радости у Алли чуть-чуть поубавилось. Она насторожилась и немного забеспокоилась. Ну да, Милос же ничего не делает задаром.
— Я прошёл долгий путь и преодолел множество препятствий, — сказал Милос. — Так что если я вызволю тебя, то попрошу кое-что взамен.
— И что же?
— За освобождение, — медленно отчеканил он, — ты заплатишь мне полным подчинением. Отдашь себя в полное моё распоряжение. Будешь следовать моим приказаниям. Ты должна делать всё, о чём бы я ни попросил в течение того времени, какое мне будет угодно.
 
Алли потеряла дар речи. Она не знала, что ей делать — ужасаться или смеяться.
— Да ты совсем рехнулся? — воскликнула она наконец. — Хочешь сделать из меня рабыню?! Мой ответ — НЕТ!
— Ты меня неправильно поняла, — проговорил Милос, по-прежнему выписывая сачком в воде восьмёрки. — Я теперь служу высшей цели и даю тебе возможность присоединиться к великому делу. Не стоит так легко отказываться.
Алли взглянула на Хомяка — тот в волнении теребил свой дрянной нестоячий «ирокез».
— Ну Ми-илос… — заныл он, — ну пошли отсюда… нам нельзя здесь оставаться… да и ей это не понравится! Ей это не понравится!
— А ну тихо! — рявкнул Милос.
— Кому это — «ей»? — подступила Алли к Хомяку. — Ты о ком говоришь?
Милос так глянул на своего напарника, что тот стушевался; кажется, даже татуировки на голом черепе съёжились.
Затем Милос вздохнул… и выложил всё. Лучше б она его вообще не спрашивала!
— В Междумире существует только одна сила, к которой стоит примкнуть, — сказал Милос. — Ты знаешь, о ком я говорю. У неё великие идеи, далеко идущие планы… Они теперь и мои тоже.
Алли была потрясена. Правда, не очень удивлена. Это же так характерно для Милоса — не стесняясь в средствах карабкаться на самый верх! Ничего странного, что он сделал ставку на Мэри.
— Ты как-то сказала мне, что скинджекинг может изменить мир, — продолжал Милос. — Так вот, Мэри Хайтауэр разработала план, как это сделать. Я — часть этого плана. Было бы неплохо, если бы ты последовала моему примеру.
— Я не хочу иметь ничего общего с Мэри Хайтауэр, — ответила Алли.
— Да как ты можешь быть такой наивной? — Милос повысил голос. — Кто ещё может помочь тебе? Твой дружок Огр? Заверяю тебя — Мэри расправится с ним, если уже не расправилась!
— Да, да! — Хомяк хихикнул в превкушении. — Ручаюсь, она устроит ему сладкую жизнь там, в Грейсленде!
Алли пронзила Хомяка взглядом. Ник здесь, в Мемфисе? Прямо в эту минуту?!
Милос ещё больше обозлился на Хомяка.
— Иди работай! — рявкнул он.
Хомяк неуклюже схватил свои инструменты и с виноватым видом потопал к дальнему концу бассейна.
Итак, Ник здесь, в Мемфисе, и Мэри, кажется, замыслила что-то вроде засады. Алли обязана его предупредить, но как? Пока сидит в теле этого пацана, Междумир для неё не доступен! Как же может она предупредить Ника, если даже не видит его?
— Дэнни! — окликнула мать. Она выглядывала из-за сеточной двери, по-прежнему с телефоном в руке. — С тобой всё там в порядке, мой милый?
— Всё хорошо, мам! — отозвалась Алли на манер Дэнни. — Я тут как раз рассказываю Кертису про всякую дрянь, упавшую на самое дно!
— Дай им спокойно поработать, Дэнни! Вечно ты ко всем пристаёшь! — С этими словами мама удалилась в дом, довольная, что всё под контролем.
— Вот тебе моё предложение: один год, — Милос пошёл на уступки. — Всего один год с нами — и можешь идти на все четыре стороны.
Алли только открыла рот, чтобы сказать, куда идти ему самому — хоть с монетой, хоть без, но тут она вспомнила о маленьком Дэнни. Ведь в этот самый момент он прятался за нею, внимательно прислушиваясь ко всему, о чём говорилось, но ничего не понимая.
«Где огр? У нас? Он плохой?»
Прошло всего две недели, а Алли узнала своего хозяина лучше, чем любое другое человеческое существо на Земле. Поэтому она не могла не переживать за него. В любой другой ситуации её отказ подчиниться требованиям Милоса можно было бы рассматривать как верность принципам и желание сохранить самоуважение, но в её случае такое поведение было бы крайне эгоистично. Потому что отказывая Милосу, она обрекает Дэнни на жизнь с чужим, незваным духом внутри себя. Единственным способом избавить мальчика от этой участи было принять предложение Милоса.