2424 (СИ)

— Ну, конечно! А плазменную горелку ты, конечно же, с собой взять забыл! Придурок! — так он прокомментировал попытки открыть заблокированный контейнер. Но затем его глаза полезли на лоб от удивления — Джон творил что-то невообразимое: он вылез из скафандра в пустоту и резал спрятанным у себя ножом металл, как дерево! Вскоре механик с необычными и, чего уж, далеко не профильными способностями вскрыл контейнер и пропал внутри. В контейнере камер не было, и Антуану пришлось ждать долгих две минуты. Томительное ожидание увенчалось успехом — из распахнувшейся настежь створки на крышу контейнера ловко перебрался угловатый танк-шагоход с узнаваемым длинным стволом рейлгана и трубой ПЗРК за спиной.
— Ха! Так я и поверил! Как же, рядовой?!? Рядовых с навыками спецназа не бывает!!! — воскликнул Антуан, уверившийся в своих подозрениях, ведь в пустотном спецназе служат только офицеры! Значит, Джон Смит ни разу не рядовой!
Тем временем, Джон развернулся боком к спешащему за добычей пирату, взял на изготовку рейлган и замер статуей.
— Чего же ты медлишь?!? Стреляй! — взревел Антуан, когда нервы натянулись до предела — до контакта с противником оставалось меньше тридцати секунд. Словно его услышав, Джон сделал первый выстрел.
— Мимо! Мазила! — кэп прокомментировал промах. — Давай, давай, стреляй! — завизжал он, когда шагоход опять невозмутимо замер, как памятник.
Спустя долгие десять секунд, за которые у капитана прибавилось седых волос, Джон опять выстрелил. Выстрел не повредил вражеское судно — такой вывод сделал Антуан: он никак не отразился на пирате, всё так же продолжавшем вести огонь лазерной пушкой.
— Да ну, нахер! Я сваливаю! — кэп прекратил огонь из астероидной пушки и вдавил палец в иконку аварийного сброса всех контейнеров, когда искин «Ласточки» подал сигнал об открытии огня противником из кинетической скорострелки.
Резко ускорившись после сброса и оставив позади себя медленно разлетающиеся в стороны контейнеры, Антуан поменял курс, чтобы один из больших контейнеров с урановой рудой оставался на линии огня между ним и пиратом. Занятый манёврами, он не сразу понял, что противник прекратил стрелять — как Антуан и рассчитывал, тот не захотел портить плывущий к нему в руки груз. Конечно, пират мог бы легко догнать и перехватить Лунарис, но, видимо, сегодня удача была на стороне «Ласточки» — позади что-то происходило, что отвлекло противника. А ещё он очень удачно избавился от федерала — Джон стал той необходимой разменной монетой, чтобы дать спастись ему, капитану. В то, что спецназовец на шагоходе, каким бы крутым он ни был, справится с шакалами, опытный капитан не верил.
Через пять минут разгона грузовик ушёл в гипер, унося с собой Антуана Дюпора, гражданина четвёртого класса полезности.
 Глава 16 
— Промазал? — спросил помощницу после первого выстрела, когда время полёта тяжёлой пули из вольфрама с отполированной до зеркального блеска оболочкой из ферромагнитной стали вышло.
— Да, задел бы вскользь, если бы не щиты. Тебе надо попасть точно в центр судна. Суммарная скорость сближения снаряда и пиратского звездолёта в четыре тысячи метров в секунду не оставит ему шансов — прошьёт щит, как бумагу, а заодно и в судне сделает сквозную дырку, если в реактор не попадёшь.
— А что будет, если попаду в реактор?
— Большой бадабум. Молись, чтобы не попал. Если реактор рванёт, звездолёт станет неуправляемым, и уже через несколько секунд тебя накроет облако плазмы с осколками разваливающегося судна — сейчас-то он летит прямо на нас!
— Вот ведь! И что делать? — мы вели разговор по быстрой мыслеречи, пока обратный таймер отсчитывал секунды до зарядки катушек рейлгана.
— Стрелять. Ты же не собираешься жить вечно? Повезёт — ещё поживёшь, не повезёт, значит планида твоя такая, — флегматично заметила Люси.
— И ты так спокойно об этом? Ты ведь тоже погибнешь вместе со мной!
— А я продвинутый искин. Мне неведом страх, инстинкта самосохранения и размножения у меня нет, так что я живу, пока живу.
  
— Как самурай? У которого нет цели, а только путь?
— О, точно! Очень похожее сравнение. Когда гибнет господин, гибнет и самурай.
— Или превращается в ронина, — проворчал я. — Но тебе это точно не грозит… Люси-сан, позволь тебя отвлечь от высоких материй, но у нас тут небольшая война, а пират сам себя не подобьёт.
— Хай! Дэн-тяма, сделай уже в пирате дырку!
Катушки как раз зарядились, и я плавно нажал на спуск.
— Есть попадание! Точно в маковку! — воскликнула Люси через три с половиной секунды. Но пиратское корыто, даже дырявое, не только продолжало стрелять лазером, но и открыло огонь из скорострельной пушки. Видимо, у вражеского капитана не выдержали нервы, и он открыл огонь ещё до выхода на рубеж в десять тысяч метров.
В этот же момент контейнер под ногами качнулся, пиратское судно поползло в зенит, а мимо меня, сверкая разгонными движками на форсаже, проплыла «Ласточка».
— Наш капитан сбросил все контейнеры и сейчас пытается смыться! — эмоционально прокомментировала помощница. — Он бросил нас! Тебя больше не защищают щиты судна!
— Вот сволочь! Не ссы, у нас свои щиты есть! — я выкрутил щиты абордажного бота на полную, понимая, что это лишь отсрочка. Если мы не закончим с пиратом в ближайшее время, то ему даже не нужно будет разбирать меня на запчасти. Всего-то отлететь подальше и подождать, пока ресурс автономности у бота не выйдет.
Тем временем пиратское судно прекратило огонь и стало тормозить, увидев, что по нему никто больше не стреляет, а транспортник удирает, бросив груз. Будь на месте пирата, я бы тоже так сделал: груз — вот он, а перевозчика ещё поймать надо. Да и ценность дырявого корыта с мёртвым экипажем, не пожелавшим сдаться, сомнительная ценность. Тогда как крыса, зажатая в угол, может броситься в самоубийственную атаку и нанести вред. Ведь чем-то «Ласточка» пробила щиты?
А что в этой ситуации делать мне? Шагоход на крыше контейнера сейчас не виден — пиратское судно скрылось за углом вращающегося контейнера, и обнаружение бота лишь вопрос времени. Можно, конечно, незаметно вернуться внутрь контейнера и пересидеть в отключенном шагоходе какое-то время, но створки контейнера открыты, что вызовет вопросы, да и пункт назначения пиратского судна неизвестен. Вдруг он прыгнет в Порт-Роял современного разлива? С целой пиратской станцией воевать дело бессмысленное, так что вариант один — принимать бой. Возможность сдаться в плен я даже не рассматривал.
— Люська, можешь рассчитать нужное место попадания, чтобы вывести пирата из боя с одного выстрела? — у меня как раз зарядился рейлган.
— Гарантированно — только в реактор стрелять. Кстати, вероятность вывода пиратского судна из строя, чтобы при этом остаться в живых — девяносто процентов. Он погасил скорость и разворачивается к нам боком в полутора километрах от нас, — помощница подвесила перед глазами схему судна и подсветила реактор красным.
— Хмм. А это в носу — рубка? — я обратил внимание на характерное большое помещение на схеме. — Что если по ней ударить?
— Вероятность вывода из строя всего корабля — десять процентов. Не хочешь взрывать звездолёт? — догадалась Люси.
— Ты правильно понимаешь. Ну, взорвём мы его, а в эту систему ещё месяц никто не прыгнет, и что нам делать? Нет, я хочу захватить пиратское судно!
* * *
Шаахский капитан Вруум не считал себя пиратом — он был бойцовым псом удачи. Сильные должны брать сами, а слабые должны лечь на спину и задрать лапки кверху. Тогда они выживут — таков закон стаи. В шаахсах до сих пор были сильны инстинкты. Холодный разум — это не про них. Поэтому, когда трусливый человек бросил свой груз и бросился наутёк, рубка огласилась радостным воем и лаем — так экипаж кинокефалов выражал своё отношение к проигравшему.
Правда, радость от победы омрачал отказавший вдруг искин корабля. Капитан лишь обратил внимание на оповещение системы о разгерметизации корпуса судна, отключении искина и неполадках в одном из разгонных двигателей — он неожиданно вышел из строя. Канонир, младший брат из того же помёта, что и капитан, тоже увидел аварийное оповещение и сразу же начал стрелять из пушки, пытаясь сбить прицел противнику, если всё-таки это была атака, но кэп рявкнул, и тот прекратил пальбу.