2424 (СИ)

В кромешной тьме отщелкнул люк, выбрался наружу, ожидая лютый холод, но, на удивление, оказалось тепло — около ноля по Цельсию, хотя пар изо рта идёт. А вот качество воздуха так себе — отчётливо пованивает тухлыми яйцами. И света совсем мало, еле видно тёмную тушу абордажного бота на сером снегу… Стоп! — я в удивлении встал, как вкопанный. Пирамида чуть светилась, позволяя видеть её очертания в темноте, но ярче всего подсвечивался вход в пирамиду!
Я встал на колени рядом с шагоходом и принялся разгребать ледяную крошку. Получившаяся дыра была ещё слишком маленькой, и мне пришлось опять долбить лёд ногами, чтобы расширить отверстие. Наконец, борьба увенчалась успехом — я смог протиснуться под сводом арки внутрь.
Красиво — узоры светятся на фоне тёмной двустворчатой двери. По крайней мере, я очень хочу надеяться, что тёмная щель посередине — это стык дверей. Положил руки на узоры и толкнул, пытаясь открыть. В этот же момент раздался голос. Услышав незнакомую речь, в голове с задержкой щёлкнуло, отозвавшись приступом тянущей головной боли, и я стал понимать новый язык, который не был похож ни на какой другой. Более того, светящиеся узоры на двери превратились в понятные письмена.
— Назови имя, назови имя, — повторял бесполый голос.
— Дэн Рус, то есть Данила. Даниил Русских, — поправился я.
— Назови местоположение, — тональность голоса изменилась на более… благожелательную?
— Пятая планета системы Проксимы Центавра.
— Год?
— Двадцать четыре двадцать четыре от Рождества Христова. Хотя, ты, наверное, другое летоисчисление ведёшь, — я понял, что из-за неправильного ответа меня могут не пустить.
— Доступ разрешён. Заходи!
Что-то гулко ударило, и каменные двери начали разъезжаться в стороны. Вошёл в светящийся коридор, двери за мной со стуком закрылись, а впереди открылись новые двери. Два раза приглашения ждать не стал, зашёл в большой круглый зал с колоннами и в удивлении остановился. Меня удивило не огромное помещение, которое было явно больше пирамиды, а возникшая передо мной личная помощница Люси.
— Эмм, привет. Люська, а ты как здесь оказалась?
— Этот образ взят из твоей головы, поскольку наши функции схожи, — сказала она своим обычным голосом. — Я имею в виду, функции твоего помощника и стража этого места. Но, если тебе не нравится, я могу принять другой облик.
Мгновение, и передо мной появилось огромное насекомое, чем-то похожее на богомола. Фасеточные красные глаза, острые с зазубринами лапы и зубы в опасной близости — инсект под два метра ростом внушал.
— Это твоя настоящая форма? — я невольно отступил, сглотнув неожиданно пересохшим горлом.
— Я — Страж! Ну, как тебе объяснить? Вроде искусственного интеллекта твоего помощника в банке, — проскрежетал жвалами богомол-переросток.
— А кто тебя создал? И вообще, чьё вот это всё? — я окинул взглядом зал.
— Вы их называете Предтечами.
— Можешь принять их облик?
— Могу, — мгновенно богомол пропал, а на его месте возник светящийся шар, плюющийся искрами сварки.
— Нет, давай, возвращай Люську, — не выдержав жёсткого света, я прикрыл глаза рукой. — Это что за шаровая молния?
— Мои создатели были энергетами, — ответил Страж, опять приняв форму Люси. — Они были творцами. Зажигали звёзды, создавали планеты с пригодными для жизни условиями. С совершенно разными условиями для разных форм жизни. Засеяв семенами разума планеты, они покинули эту Вселенную, создав новую.
— А это тогда зачем? Раз они энергеты? — я вновь окинул взглядом зал и прикипел взглядом к светящемуся кристаллу за спиной Люськи. Прозрачный кристалл висел в воздухе в центре зала и переливался всеми цветами радуги.
  
— А это контур. Ну, пульт управления Вселенной по-вашему. Один из. Оставили для отладки возникающих ошибок. А поскольку энергеты ушли, то создали пульт, которым может воспользоваться любой представитель созданной ими расы. Неважно, инсект это, рептилоид или гуманоид. Важно, на каком этапе развития находится этот самый представитель.
— А люди уверены, что это маяки с мгновенным переходом, позволяющие прыгать по галактике.
— Как ты говоришь, прыгать, — Люси усмехнулась, — тоже можно. Но это как забивать микроскопом гвозди.
— Слушай, а это нормально? Эти вот твои эмоции и образные выражения? Ты же искусственный интеллект, которому миллионы лет, если не миллиарды!
— Я беру манеру общения и идиомы из твоей головы, чтобы было понятнее.
— Ясно… Стоп! То есть получается, я могу сам себя отправить в любую точку галактики?!?
— Нет.
— А как же микроскоп?
— Дэн, послушай. То, что ты получил доступ к контуру, ничего не значит. Дай тебе управление, и ты первым делом пойдёшь раздавать и причинять. Те же арахниды, которых ты уже записал во враги и подсознательно готов транклюкировать вместе со всеми пиратами Вселенной. Да, я знаю, о чём ты думаешь, и даже о чём ты пока не думаешь. Попасть сюда ты смог, выполнив два условия: поняв и ответив на одном из созданных Предтечами языке, и не просто ответив, а ответив правду. Но попасть сюда это полдела. Надо ещё понимать, что и как ты будешь делать, получив доступ к контуру.
На этих словах я впал в ступор. Это что получается, я не смогу из этого склепа выбраться?!?
— А что, никто не выполнял этих условий и никто не получал доступ к админке за всё время?
— Ну, почему же? Аркаанцы триста миллионов лет назад получили. Это те самые богомолы, которых я тебе показала. Они были любознательны и доброжелательны. Достигнув невиданных высот в развитии, они ушли вслед за сеятелями. По сравнению с ними у тебя нулевой уровень развития, если их уровень принять за привычную тебе десятку. Были ещё орнитоиды шесть тысяч лет назад с пятым уровнем развития. Они не справились с конкурирующей расой обычными вооружениями. Попробовав применить транклюкатор, они были стёрты. Мной.
— А я…
— А тебе придётся учиться, чтобы достичь первого уровня. На первом уровне ты уже сможешь управлять мгновенным перемещением.
— Круто! У меня будет свой собственный телепорт!
— Я бы не стала гнать лошадей, там не всё так просто.
— А…
— Дэн Рус, в твоей голове сумбур и смятение, которое влечёт за собой бесконечные вопросы. Я предлагаю начать обучение, в результате которого мы сэкономим твоё время. Его и так немного.
— Хорошо, давай, начинай, — покладисто согласился я. Учиться я люблю. После освоения нового открываются новые горизонты и возможности, которые в моём положении ох как нужны.
Люси развернулась и поплыла в темноту за пределы освещённого зала, поспешил за ней. За ближайшей колонной оказался саркофаг, напомнивший мне древнеегипетскую гробницу фараона с рисунками птицеголового бога Ра. А может, это Гор — я не силён в пантеоне богов Великого Нила. При нашем приближении крышка поднялась в воздух.
— Ложись внутрь, раздеваться не нужно, — скомандовала девушка.
— А это точно нужно для обучения? — я с опаской заглянул в саркофаг. Против моего ожидания в нём было пусто — ни мумий, ни бинтов, ни пыли древности. Только отполированные стенки.
— Точно. Смелее, это продукт биоинженерии тех самых орниподов. На основании их разработок позднее были созданы знакомые тебе медицинские капсулы.
— Я и не боюсь. Вот ещё. Просто поинтересовался, — сделал морду кирпичом, не спеша залазить. — А сколько по времени займёт это ваше обучение?
— Не больше земных суток. Ну? — казалось, Люси стала испытывать нетерпение.
— Да лезу я, лезу, — я неуклюже перевалился через высокий каменный бортик в саркофаг. — Стой! Ещё один вопрос! Я тут недалеко оставил пацанов, им требуется помощь…
— Их уже нашли и спасли, — успокоила меня.