2424 (СИ)
— Конечно помню! Как говорится, от любви до ненависти… Я сначала тебя не воспринимала, как мужчину, но потом поняла, что ты очень даже…
— А про поцелуй, который я обещал при встрече? — напомнил, наклоняясь к ней поближе. Что-то меня в Смирновой смущало. Да и не ожидал я Элю увидеть, думал, что мне всё это время писала Маша.
— Погоди, — девушка дёрнулась, отстраняясь. — Не готова я вот так сразу. Надо выпить. Ты будешь?
— Конечно, — я махнул официантке. — А ты?
— Я бы чего покрепче выпила.
— Ром есть? Нет? Тогда текилы. Нам две доски по шесть шотов, — сделал заказ подошедшей Людочке. — И закусить чем. Что у нас там есть?
— Есть огурцы солёные. Могу ещё предложить сырную нарезку, оливки, язык с хреном.
— Тащи всё, запишешь на меня. И ещё. Держи мой коммуникатор, — я мазнул по экрану, разблокируя аппарат, — вот песня, поставь, хочу послушать.
Люда кивнула и отошла к барной стойке.
— У нас? — вычленила главное для себя Эля.
— Да. Так получилось, что это теперь мой бар, и это мои сотрудники, — я кивнул в сторону Людочки, транслирующей мой заказ Наде.
— А ты полон сюрпризов! Давай узнаем друг друга получше… О, так ты снайпер?!? Из рельсотрона стрелял? — она увидела на моей груди значок. Я не успел переодеться в гражданское, щеголяя, как и Смирнова, в форменном прикиде.
— Из рейлгана системы Калашникова и не только. Но это так, дали немного пострелять. Я вообще-то писарем при штабе.
— И попадаешь? — она скептически изогнула бровь, проигнорировав посыл про писаря.
— Нет, конечно! Дали значок за красивые глаза! — возмутился я.
— Всё такой же колючий…
— Окружение такое. Неблагоприятное. Всяк норовит обидеть.
— Тебя обидишь… — Эля допила свой коктейль и отодвинула пустой бокал. — Где там наш заказ?
Я посмотрел на Люду, та поймала мой взгляд и кивнула. Через минуту на столе уже стояли шоты с нехитрой закуской.
— Ну, давай, что ли. За более близкое знакомство, — подняла рюмку Эля.
— На брудершафт! — я кинул пробный шар, поднимая свою рюмку.
— А давай! — расхрабрилась захмелевшая девушка.
Мы сплели руки, махнули текилы, и она коротко тюкнула меня своими напряженными губами в мои губы. Ничего, застолье только началось, ещё раскручу на повторный поцелуй.
— … собственно, мне придётся служить в Солнечной системе. Я уже зачислена в отряд, живу на Лунной базе. Но система спокойная, командир всё понимает, поэтому я свободна половину времени, — Эля рассказала о своих буднях. — Не знаю, может, раньше контракт разорву. Я летать хотела, а здесь за тренировочными вылетами очередь. Боевых-то не бывает, — разоткровенничалась она после третьего шота. — У меня условие от семьи, что на истребителях я только внутри системы буду летать. Иначе бы не дали учиться…
— Слууушай, а выходи за меня! — меня вдруг осенило. Так-то я поостерёгся бы делать Смирновой предложение, но помню по переписке, что она хотела попутешествовать, и в целом почти такая же как, я. Только без хвоста. А раз влюбилась, то зачем кого-то лучше искать? Симпатичная, говорит на моём родном языке, культурный код где-то рядом, а то что язвит… у каждого свои недостатки. Тем более, у неё есть свободное время, живёт в двух часах лёта от Земли, значит, сможет заниматься нашим баром. Сплошные плюсы. Ну и что, что я её пока не люблю? Стерпится, слюбится. Главное, что она меня любит.
— Ты что, с дуба рухнул??? Чтобы я, Смирнова, одна из самых завидных невест московского протектората, вышла за тебя?!? — возмутилась она.
— А что? Ты же писала, что любишь, жить без меня не можешь! Как бы это логично — выходить замуж за человека, который небезразличен, — не понял её реакцию.
— Ааа, да. Писала. Люблю. А выходить замуж-то зачем?
— Тут такое дело… Мне достался этот бар по наследству. Закрывать не хочу, отдавать муниципалитету — не вариант. Развалят. А Матвеич в него всю душу вложил. Я же не могу им заниматься. Мне ещё месяц в учёбке абордажи отрабатывать… Вот я и решил совместить приятное с полезным — будет у нас свой бар. Тем более, он среди пилотов котируется — для тебя это будет только в плюс. Ты хороша, я чертовски хорош, и мы с тобой уже полгода знакомы. У меня батя с мамой тоже поженились через полгода знакомства, — я привёл последний убойный аргумент. Ну а чего она ломается, раз любит?
— Бар, говоришь? — она по-новому окинула взглядом помещение. — Это будет… занятно. Как ты хочешь оформить наши отношения с баром и вообще? — она неопределённо махнула рукой.
— Распишемся, я тебе дам доверенность на управление «Старым пиратом». Потом завершим наши дела с флотом. Как я и говорил, хочу через месяц расторгнуть свой контракт. Ты тоже хотела уволиться. А в следующем году приведём дела в порядок, найду наёмного управляющего, и мы свободны, как птицы! Полетим в путешествие.
— Хорошо, — ответила через минуту раздумий, — но с моей стороны будет условие. Мы подпишем брачный контракт. Иначе, я не согласна.
— Пффф! Да хоть два контракта! Я не собираюсь претендовать на деньги твоей семьи. Всего добьёмся сами! Как говорится, и в печали, и в радости, пока смерть не разлучит нас. Согласна?
— А согласна! — она, пьяно блеснув глазами, подняла предпоследний шот. — За жениха и невесту!
— На брудершафт!
Мы сплели руки, махнули текилы, и я впился поцелуем в ставшие податливыми губы Элеоноры. Мммм, сладкие. И в этот момент лёгкая ненавязчивая музыка сменилась на знакомый с прошлой жизни мотив (я, как-то поддавшись ностальгическому настроению, раскопал на одном из ретро-ресурсов песню «Цвет настроения Синий!») — Люда с Надей наконец-то справились с техникой и смогли запустить её через колонки бара.
* * *
Проснулся утром с больной головой — реквизированная вчера из бара в честь праздника бутылка текилы была явно лишней. Вот сколько ни тренировался продуктом из кактусов, никак не заходит — отрава отравой. Нет, надо ром для бара искать — с него такого жестокого похмелья нет.
Цвет настроения синий, внутри Мартини, а в руках бикини… Тьфу ты, привязалось! А неплохо мы вчера зажгли! — я со скрипом разогнул затёкшее на тесном диване тело, начав вспоминать события вчерашней ночи. О, так я же женился! Кольцо на пальце есть, а невеста где? Нет, не так я себе представлял первую брачную ночь — вспомнил, что после подписания брачного контракта, доверенности на управление баром и проведения процедуры бракосочетания круглосуточным выездным регистратором, Элеонора Викторовна, оставившая себе старую фамилию Смирнова, уехала. А почему я её отпустил? Ага, вспомнил: ей надо было срочно вернуться с подругой, ставшей свидетельницей заключения нашего брака, в расположение лётного отряда.
Ну, надо, так надо. Мы, служивые — люди подневольные. А вообще, вчера как-то всё лихо закрутилось. Эля вызвонила какого-то юриста, чтобы он по-быстрому подготовил бумаги, организовала муниципального регистратора, который приехал с набором обручальных колец. Выбрали подходящие по размеру, подписали контракт, надели друг другу кольца, поцелуйте невесту, селфи на память — вот и вся недолга.
А как же супружеский долг?!? Написал лягухе в мессенджере вопрос, может её командир отпустит на недельку? Медовый месяц только в проекте, но хотя бы несколько дней и ночей мы же можем провести вместе! В прошлом по закону давали три дня на свадьбы-похороны, надеюсь, законодательство о труде не сильно поменялось. Можно уточнить у Люськи, но это не горит, сначала текущие дела.
Вышел в пустой бар. До открытия полдня, можно успеть поработать. С тяжёлой головой сделал себе кофе и уселся у ноутбука сделать заказ продуктов для кухни. Отправил поставщикам заявки по аналогии, найдя их контакты в почте. Оплата не проходит, банк заблокирован. Точно! Надо же в банк, оформить доступ к расчётному счёту. Заодно доверенность на управление счётом на Элю сделаю.
Заточил сэндвич, найденный в холодильнике кухни, быстро собрался и вышел из бара. Время к обеду, интересно, что сейчас моя благоверная делает? Тоже, наверное, вся в делах?