2424 (СИ)
— Не-не-не, если что, я в другом отделении! — сел на койку Джон, беря в руки потрёпанную книгу.
В открытую дверь каюты заглянул Сол.
— Данила! Выпустили? — обрадовался Денис.
— Усольцев! А куда они денутся?!?
— Пойдём, пошепчемся, — он оглянулся на ушедшего с головой в книгу корейца.
Мы вышли в пустой коридор.
— Я слышал, что с тобой случилось. Козлы! Жалко, меня рядом не было, вместе бы им вломили! — вполголоса заявил он. Оказывается, есть ещё нормальные люди в русских колониях!
— И стал бы, как я, отбивной. Не, сам справился, ни о чём не жалею. Увижу тех уродов, добавлю, если с первого раза не поняли.
— Ха! Не увидишь. Мы им с пацанами внушение сделали с многочисленными ушибами мягких тканей. Это ты всё ломать, крушить. А мы их культурно приняли и доходчиво объяснили, что здесь им не там. В общем, перевелись они в другой батальон.
— А как вы не побоялись искина станции? Он же бдит двадцать четыре на семь!
— Мы их в коридоре без камер выцепили. Нам твой сосед подсказал, где их нет.
— Да? Не ожидал. Думал, он… собственно, это уже неважно. Хочу подать рапорт на отчисление. Выкуплю свой контракт, пусть прокурорские Федерацию защищают. Служить бы рад, выслуживаться тошно!
— Дела… Рус, ты не спеши. А то наломаешь сгоряча. У тебя учебка уже пять месяцев? Дождись окончания учебки и перевода в действующий флот, всего один месяц ждать осталось. А то доначислят за учёбу и твоё содержание. Нет, я в твои дела не лезу, — поднял он руки в успокаивающем жесте, когда я задумчиво посмотрел ему в переносицу, — но всё же. Креды, разве, бывают лишними, если можно сэкономить? А уволишься, можешь к нам на Екату-1 лететь. У нас колония нормальная, жить можно, а ещё у меня сеструха там живёт, младшая. Хорошая девушка, спокойная. Познакомитесь, она подскажет чего как…
— Это ты мне сейчас сестру сватаешь?!? — я выпал в осадок. Всего ожидал, но чтобы вот так по знакомству обзавестись семьёй?
— А чего такого? С некоторыми я на одном поле срать не сяду, а ты надёжный. За твоей спиной она будет, как за каменной стеной!
— Денис, спасибо за доверие, но…
— Стоп! Ничего не отвечай, просто имей в виду. А там, кто его знает, как жизнь обернётся?
* * *
Следующим утром получил вызов в финчасть. И почему именно туда? — удивлялся я, следуя за указателями по коридору. Неужели, искин каким-то образом подслушал мой разговор с Денисом? В то, что меня мог заложить Усольцев, я не верил. Всё оказалось проще и трагичнее.
— Рядовой Дэн Рус прибыл, сэр! — я вытянулся перед немолодым майором.
— Крепись, рядовой. На твоё имя пришло уведомление из полицейского отделения муниципалитета Москвы. Твой дядя скоропостижно скончался. К сожалению, его похороны ты пропустил, отбывая наказание на гауптвахте. Тебе даётся недельный отпуск, чтобы посетить Землю и уладить все формальности. Командир предупреждён, сейчас в быстром темпе собираешь вещи и бежишь на платформу Е2-Е4, оттуда через час стартует эсминец «Молниеносный» до лунной базы в Солнечной системе. Возврат запланирован на фрегате «Ён-Чин». Вопросы есть?
— Мой дядя? А вы уверены, что нет ошибки? — сказать, что я удивился — ничего не сказать. Я был ошарашен. Финансист увидел моё вытянувшееся лицо.
— Я понимаю, ты убит горем, но он действительно умер. Жаль, хороший был капитан. Я слышал его историю, и как с ним обошлись. Приношу свои соболезнования, — майор встал из-за стола и протянул мне руку, я автоматом ответил на крепкое рукопожатие. — Надеюсь, ты не посрамишь своего легендарного родственника. За браслет прислони палец сюда, — он пододвинул ко мне планшет.
— Какой браслет?
— Коммутационный, — майор достал из коробки металлический браслет и ловко застегнул его на моей левой руке. — По нему получишь доступ на корабли и военные базы. Инструкция закачана, изучишь во время полёта. Время вышло. Круууугом! Бегом марш!
И я побежал, теряясь в догадках, как же так могло случиться, что в полиции меня посчитали за родственника совершенно мне чужого человека. Успел на готовящийся к отлёту корабль за пятнадцать минут до закрытия шлюза. Идентифицировался и по загоревшейся подсветке на стенах нашёл свою каюту, оказавшуюся крохотным одноместным кубриком со всеми удобствами, встроенными в шкаф.
За время полёта выспался, изучил инструкцию по браслету (неснимаемый гаджет, выдаваемый всем командированным и поступившим на службу в регулярный флот. Чтобы командование знало, где, если что, тебя искать. Из полезного — приём приказов в режиме пейджера оттуда сюда и передача данных о моём состоянии и текущих координат двадцать четыре на семь отсюда туда), и наконец-то смог разгрести накопившиеся письма, коих за две недели отдыха на губе накопилось изрядно. Помимо традиционного спама и уведомлений от виртуальной помощницы об очередном пополнении вклада на сумму начисленных процентов, было несколько сообщений от Лягушки.
«Привет, я соскучилась!»
«Почему не отвечаешь? Обиделся что ли?»
«Дэн, это не смешно! Если ты мужчина, имей совесть сказать прямо, если ты не хочешь со мной дальше».
«У тебя всё в порядке?»
«???» — последнее сообщение было буквально вчера.
«Извини, был занят, не мог отвечать. Выполнял ответственное поручение без доступа к связи. Сейчас лечу на Землю в командировку прояснить кое-какие личные моменты. Напишу тебе чуть позже. Надеюсь, ты в это же время сможешь быть в Москве, и мы наконец-то увидимся», — ответил я в предвкушении. Полгода без нормального близкого общения с лицами противоположного пола доставляет определённые неудобства физиологического плана — настроение портится, мысли всё чаще и чаще сворачивают не в ту сторону, и вообще жениться бы…
Мои родители поженились рано — в двадцать два, так что пример успешного создания ячейки общества был перед глазами с малолетства. Все мы дети своих родителей, и как бы подрастающее поколение не выпендривалось в попытке сломать и превзойти, в итоге мы идём по их стопам. Так что к женитьбе я уже давно готов и морально, и физически. Вот только с флотом после учебки распрощаюсь.
* * *
Полёт до лунной базы занял два дня. Пересел на пассажирский шаттл и занедорого добрался до московского космопорта экономклассом. Из Шереметьево, где расположился главный пассажирский хаб московского протектората, поехал на такси сразу в полицейский участок. Конечно, можно было бы долететь бесплатно до Жуковского на военном транспортнике, но почти сутки куковать на Луне, тупо ожидая попутку, я не стал — деньги есть, а сокращать себе время незапланированного отпуска… ну, такое себе.
Расплатился при помощи коммуникатора с таксистом у здания полиции, нашёл дежурного, тот меня отправил к дознавателю. Поднялся на второй этаж к знакомому кабинету, только вместо имени старшего следователя Каца Б. Е. на табличке теперь другое имя. Постучал, зашёл, доложился.
— Аааа, приехал, — оторвался от монитора молодой следак в расстёгнутой рубашке. На улице конец ноября, откровенный дубак, а в конторе жарко, как в тропиках. Всё-таки любит русский человек тепло, исторически так сложилось. — Присаживайся, сейчас закончу.
Некоторое время он сосредоточенно изучал монитор.
— Итак, Иван Матвеевич Поселенцев, умер в сто двадцать пять лет по естественным причинам. Обширное кровоизлияние в мозг, усугублённое ранее полученными травмами во время боевых действий. По оставшемуся в архиве протоколу опроса вашего дяди, вы являетесь его племянником. Следовательно, единственным наследником усопшего. К сожалению, подтвердить или опровергнуть это утверждение мы не можем. Ваше дело засекречено и изъято дознавателем первого класса Эми Тер-Минтор, на направленный запрос сделать генетическую экспертизу на предмет родства с Поселенцевым мы получили отказ. Таким образом, вы официально признаны наследником, вот решение суда на право вашего наследования. В случае отказа от наследства всё имущество Ивана Матвеевича будет обращено в собственность муниципалитета, — оттарабанил следак, протягивая мне гербовую бумагу.