Призывая Луну (ЛП)

Я заставляю себя снова идти вперёд, и на этот раз мои шаги полны решимости. Сэм сказала, что она разгадала книгу, и что всё гораздо хуже, чем мы думали. Это значит, что у нас будут доказательства того, что здесь, в Академии Луны, действительно что-то происходит.
С настоящими доказательствами я смогу рассказать Ли всё. Он определённо захочет помочь нам с Сэм разобраться с происходящим, потому что это будет правильным поступком, а Ли всегда поступает правильно.
Боль в груди исчезает, и груз, давивший на меня, сходит на нет. Мои шаги становятся легче, когда я обхожу последний поворот перед тем, как дорожка выпрямляется и ведёт во двор, — и я почти сталкиваюсь с Лили и Руби. Они обнялись и целуются. Целуются!
Они разрывают поцелуй и смотрят на меня.
— Ой, простите! — говорю я. — Не обращайте внимания на меня.
Руби обнимает Лили за талию. Лили обвивает её плечи, а затем улыбается мне.
— Привет, Рен, — её лицо пылает, она выглядит особенно красивой. Лили на несколько дюймов выше и гораздо пышнее, чем стройная, спортивная Руби, но в их объятиях она кажется такой хрупкой. — Как прошло твоё особенное свидание с Ли?
— Откуда ты знаешь об этом? — в животе снова поднимается тошнота.
— Слышала, как Люк говорил об этом. Ли планировал это уже несколько дней, — отвечает Лили.
Глаза Руби сверкают, когда их рука нежно гладит бедро Лили.
— Как его танцы?
— Откуда ты знаешь о танцах? — спрашиваю я.
Руби пожимает плечами.
— Ли рассказывает мне всякое. Много чего, если честно, потому что он слишком много болтает. Но он говорит, что мы друзья, а друзья слушают друг друга.
— Это очень мило с твоей стороны, дорогая, — говорит Лили.
— Я знаю, — отвечают они. — Итак, как танцы? Было плохо?
— Нет, — быстро говорю я. — Это было очень мило.
— Тогда почему у тебя опухшие и красные глаза, словно ты плакала? — спрашивает Лили.
Я тяжело вздыхаю.
— Всё сложно.
Руби мудро кивает.
— Отношения — это сложно, — их взгляд поднимается к Лили. — Но оно того стоит.
Лили наклоняется и нежно целует их, прежде чем снова сосредотачивает внимание на мне.
— Поэтому ты здесь так поздно? Из-за этого сложного свидания? Хочешь поговорить об этом?
— Нет, на самом деле, я должна идти. Я встречаюсь с Сэм на перекрёстке. Она, э-э, занимается со мной.
— Рен, — говорит Лили. — Ты была на всех лекциях. Может, тебе стоит немного расслабиться? Это лето — не только про учёбу. Это ещё и про отношения и движение в будущее.
— Одна работа и никакой отдых — это несбалансированно, — добавляет Руби.
Я открываю рот, чтобы согласиться, но ночную тишину пронзает крик.
— Что за… — начинаю я, но Руби уже бежит.
— Это с перекрёстка. Вы двое держитесь позади меня, — они несутся по булыжной дорожке так быстро, что мы с Лили с трудом успеваем за ними.
Когда мы подходим ко двору на перекрёстке, я не могу понять, что происходит. Несколько студентов собрались в центре круга. Мы с Лили замедляем шаг, и я начинаю искать глазами Сэм.
— О боже! Кто-нибудь, позовите на помощь! — кричит парень, которого я узнаю, как одного из студентов под знаком Тельца, его комната находится всего в нескольких дверях от комнаты Сэм.
Девушка рядом с ним отворачивается от того, на что остальные смотрят, её лицо залито слезами.
— Она просто упала с неба. Она просто упала.
— Это снова Элементали. Это точно они, — говорит другой парень, пошатываясь и отходя, чтобы вырвать.
Мы догоняем Руби, и вот мы уже позади них, когда они пробиваются сквозь толпу студентов.
Сначала я не понимаю, что вижу. Она не выглядит как человек. Она выглядит как сломанная кукла. Она лежит в луже чего-то тёмного и жидкого, словно это масло, покрывавшее поверхность океана. Затем до меня доходит металлический запах. Это кровь, и её лужа всё растёт.
— Лили, приведи целителя. Я пойду за Ли, — я слышу голос Руби как будто издалека, но они внезапно оказываются прямо передо мной, касаясь моего плеча. — Рен, останься здесь. Будь с ней. Поддержи её. Ли скоро будет здесь.
Руби мчится в сторону кампуса Водолея, а Лили, всхлипывая, бежит в сторону Зала Луны. Кукла открывает глаза и смотрит на меня.
  
Это Сэм.
— Нет! — Я рвусь вперёд и падаю на колени рядом с ней. Тёплая кровь пропитывает мои спортивные штаны. — Нет, нет, нет, нет, нет. — Я задыхаюсь от этих слов, повторяя их снова и снова. Я касаюсь лица Сэм. Её голова повернута ко мне. Слёзы текут из её глаз, скользя в то, что теперь превращается в океан крови.
— Рени, — её голос едва слышен.
— Не говори. — Я отбрасываю прядь волос с её щеки. — Просто дыши. Всё будет хорошо. Лили пошла за целителем.
Тело Сэм вздрагивает, когда она поднимает палец и указывает на что-то в нескольких футах от её головы. Я не смотрю на то, что она указывает. Всё, что я могу сделать, — это смотреть на тело Сэм. Оно расплющено. Сломано. Её ноги искривлены, как и шея, и внезапно я с ужасом понимаю, что она не должна смотреть на меня, её голова не должна быть повернута в мою сторону.
— Всё хорошо. Всё хорошо, — повторяю я. — Не двигайся.
— Книга…
Её палец снова подёргивается, и я следую за её движением, замечая большую кожаную книгу, лежащую в нескольких футах. Из неё торчит кусок миллиметровой бумаги, такой же, на которой Сэм написала записку, хлопая на ветру, как крыло умирающей птицы.
— Я возьму её. Всё будет хорошо, — я повторяю пустые слова, пока паника нарастает внутри меня, делая меня такой холодной, что я стискиваю зубы, чтобы они не стучали.
— Сейчас, — её палец снова подёргивается.
Я хватаю книгу одной рукой и беру Сэм за другую. Её пальцы такие же холодные, как и мои, и скользкие от крови.
— Хорошо, я взяла. Видишь? Не о чем беспокоиться, просто…
Она сжимает мою руку.
— Нужно… слушать…
Я наклоняюсь ближе.
— Я здесь. Я не уйду от тебя.
Её взгляд приковывает мой.
— Слушай! — Она шепчет слово, а затем начинает кашлять. Пена с кровью вытекает из уголка её рта и смешивается с её слезами.
— Хорошо! Я слушаю!
Я наклоняюсь ещё ниже, её губы почти касаются моего уха. Слова даются ей с трудом. Она делает паузы между ними, чтобы вдохнуть, а кровь всё сильнее вытекает из её рта.
— Книга… при полной луне… читай её… карта… она убьёт тебя, если сможет… найди другую… завершите ритуал.
Больше слов нет. Я поднимаю голову, чтобы посмотреть в её глаза.
— Я поняла. Не беспокойся. Не беспокойся ни о чём. Я обо всём позабочусь. Я люблю тебя, — говорю я. — Всегда и навсегда, Сэм Хопп.
Её окровавленные губы расплываются в улыбке. Из этой улыбки вырывается долгий, хриплый выдох, и затем глаза Сэм больше не смотрят на меня. Она больше не делает вдоха. Её пальцы ослабевают в моих руках. Я чувствую, как её душа уходит. Это волна шипящей энергии, поднимающаяся из её изуродованного тела. На мгновение она окутывает меня, как кокон любви, и затем исчезает. Она ушла.
Сэм мертва.
— Рен! Ты должна отойти, чтобы я смог помочь ей! — я осознаю, что целительница пытается оттолкнуть меня от Сэм. Я поднимаю взгляд и встречаюсь с её полными беспокойства глазами, качая головой.
— Нет. Нет, вы не сможете, — я отпускаю руку своей лучшей подруги, приглаживаю её волосы и целую её лоб. Затем я поднимаюсь на ноги, сжимая книгу в руках, пока всё больше людей сбегается ко двору.
Меня толкают, оттесняют прочь от Сэм.
Но это не Сэм. Больше нет.
Сэм ушла.
Я прокручиваю в голове, эти слова, но не чувствую их. Пока нет. Я не чувствую ничего, кроме книги, прижатой к моей груди.
— Где декан? Кто-нибудь, позовите Роттингема! — кричит целительница.
Декан Роттингем. Нет. Нет, я не могу быть здесь с ним. Нет.
Мои ноги, словно сделанные из механических деталей, начинают двигаться, и я мчусь прочь от двора на Перекрёстке и пустой оболочки моей лучшей подруги. Пока я бегу, последние слова Сэм звучат у меня в голове снова и снова. Книга… при полной луне… читай её… карта… она убьёт тебя, если сможет… найди другую… завершите ритуал… Я позволяю этим словам завладеть мной. Позволяю им вести меня вперёд. Они важны. Это то, что Сэм сказала своим последним дыханием.