Пожарский 4 (СИ)

СРЕДИ ЧУЖИХ
Иван никому из своих товарищей не признался, но это превращение было всего лишь третьим по счёту. Первое — в детстве, оглушившее его настолько, что маленький Ваня почти ничего не запомнил, кроме собственных страха и растерянности. Второе — несколько недель назад, потрясшее его почти так же сильно. Тогда эмоции почти захлестнули его с головой и только потом, охраняя в свою очередь сон своих друзей, за долгие тихие часы Иван смог немного разобраться в своих ощущениях, примерить на себя те малые крупицы знаний, которые род сумел собрать о фениксах. Во второй сознательный раз он действовал более уверенно, хотя чувствовать себя живым потоком бьющей энергии — это пьянило почище любого вина!
Вокруг орали, бежали, со всех сторон стреляли. Плазме на выстрелы было плевать. Но очень быстро обнаружилась четвёрка боевых магов, пытающихся сдавить его блокирующими куполами и одновременно бомбардировать ледяными глыбами. Причём все четверо были оснащены какими-то агрегатами, из которых они черпали запасы маны.
Не желая проверять, получится ли у них вчетвером сконцентрировать достаточно, чтобы начать мешать фениксу, Иван решил устранить проблему. Поочерёдно.
Первый маг. Массированный плазменный удар.
— Перестарался, блин, — пробормотал феникс, отворачиваясь от рассеивающего облачка.
Второму досталось меньше, и он превратился уже в кучку пепла.
— Опять перерасход…
Экономить же надо, правильно?
Третий маг упал за своим покорёженным прибором обугленным скелетом.
Зато четвёртый, видя это, прыгнул за стальное укрытие и заорал оттуда кому-то:
— Он выдыхается! Расстреляйте его из магостатических пушек!
— Ах ты, сука! — от бестолково обстреливающей феникса толпы отделилось пятеро. В сторону жабля помчались!
Иван зарычал и бросился за ними, шарахнув по толпе круговым веером огненных стрел.
Люди на жабле заблокировали подъёмник для персонала в верхнем положении, но это Ивана не остановило. Зачем ему уродливое подобие лифта, когда есть металлические тросы и направляющие, к которым он прикреплён? Он поднял себя на высоту третьего этажа, цепляясь за них одними руками, выскочил на переходную площадку и увидел перед собой медленно закрывающийся люк.
Недолго думая, Иван вбил в исчезающий зазор пальцы и рванул на себя металлическую пластину. Заслонка порвалась, словно картонная. Мелькнула мысль: интересно, надолго сохранится эта сила?
Демигнисов выскочил в узкий коридор, оглянулся направо-налево… О! Слева голоса! Туда он и метнулся, очень быстро оказавшись на пороге довольно тесной боевой рубки, в которой сидело трое, выпучивших на него глаза.
— Кто хочет жить — руки вверх!
Все трое альвов вздёрнули руки к потолку. Но в глазах одного мелькнуло…
— Хак! — и подозрительный рухнул на пол, вместе с металлическим прутом, которым он успел замахнуться на приборную панель. Он ещё был жив и скрёб руками, пытаясь удержать вываливающиеся из обугленной раны потроха.
В этот момент Иван понял, что фениксов тоже может тошнить. И даже рвать. Только раскалённым огнём.
Возможно, со стороны это выглядело, словно феникс специально изрыгнул сгусток пламени, мгновенно превративший голову упавшего в головёшку. Как бы то ни было, Иван обернулся к оставшимся и спросил:
— Хотите так же?
Те отчаянно затрясли головами. К движению добавлялся какой-то раздражающий звук, и Ваня понял, что один из захваченных, которых он для своего удобства обозвал орудийщиками, стучит зубами.
Так-так, здесь было трое, значит, ещё двое где-то шарятся. Словно в подтверждение его мыслей пол под ногами дрогнул, и агрегат, скрежеща ломающимися зацепами, начал подниматься. Ладно, с этим разберёмся чуть позже.
— Кто из вас умеет обращаться с магостатической пушкой? — видя, что в ответ оба только бестолково трясутся, Иван для убедительности добавил:
— Тот будет жить.
Сразу оказалось, что умеют оба.
— Ладно. Ты! — он ткнул пальцем в трясущегося. — Если умеешь, показывай, как управлять.
Прослушав перепрыгивающие альвовские объяснения, Иван кивнул:
 
— Тогда садись, — в панорамные окна было видно, что четвёртый выживший маг вылез из укрытия и что-то пытается делать со своим агрегатом. Иван ткнул в него пальцем: — Вон туда стреляй!
Альв медлил, и Иван слегка прихватил его пальцами за шею:
— Я сказал, стреляй!
Тот неожиданно тонко заорал, и магостатическая пушка грохнула, заставив корпус летающей жабы слегка вздрогнуть.
Переговорная трубка над приборной панелью вдруг ожила, и из неё донёсся возмущённый вопль:
— Эд, вы что там творите⁈
Оба альва разом выпучили глаза.
— Кто из вас Эд? — едва слышно спросил Иван.
Стрелявший покосился на мёртвого. Яс-сно.
— Скажи ему, что надо срочно уводить машину в столицу.
— Пит! — истерически заорал альв в переговорное устройство. — Надо срочно уводить жабль в столицу!!!
— Вы что там, рехнулись? — сердито выкрикнула трубка. — Кроме Мерлина никто не мог открыть эту проклятую табакерку! Убьём элементаля и будем пробиваться сквозь заваленные туннели, иначе нам всем тут крышка!
Что ж, жаль. А так хотелось вернуться домой красиво, на летающем корабле. Что ж. Так не доставайтесь же вы никому.
Альв с искажённым лицом смотрел, как огненный человек сминает переговорную трубку. А Иван холодно и даже отстранённо спросил:
— Во время показательного полёта в холмах были проведены взрывы. На борту есть ещё такие снаряды?
— Э-э-э… вы имеете в виду, бомбы? — альвы переглянулись, второй слегка попятился. Ага.
— Ты отвечаешь за сброс бомб?
Тот сглотнул:
— Да, сэр.
— Рассказывай, как организовать их… метание.
— Бомбометание — это очень просто, сэр. Видите, вот кнопки с цифрами? От одного до двадцати четырёх. Те, которые светятся — заправлены.
— Получается, у тебя в запасе?..
— Десять штук, сэр.
— Олич-чно! Я как раз хотел взорвать здесь десяток.
— Это невозможно, сэр!
— Почему?
— Смертельная опасность! Мы в помещении. Большом, но помещении. Ударная волна убьёт нас, сэр. Кроме того, есть опасность, что от близких разрывов сдетонируют хранящиеся на складе бомбы, а их там уже больше сотни! Тогда не выживет никто.
— А ты, остроухая обезьяна, как я погляжу, собрался жить вечно?
В это время из груди Ивана высунулся отливающий тусклым клинок. Иван цыкнул и развернулся, перехватил неудачливого фехтовальщика за запястье и подтянул к себе:
— Сто́ит на секунду отвлечься… — в этот момент сзади его тоже попытались ударить. — Как вы меня задолбали!!!
Он выбил сегмент панорамного окна и выкинул туда всех троих.
— Так, остался умный мальчик Питер, который сидит где-то в пункте управления…
Отыскать пункт управления оказалось неожиданно просто. Наверное, кто-то из персонала (а, может, и из начальства) блудил по сети бесконечных коридоров, и после этого кто-то ответственный на всех разветвлениях налепил табличек: «камбуз», «столовые» (первого и второго классов), «фельдшерский пункт», «пункт связи» — и, к вящей Ванькиной радости, «пункт управления»!
  
09. ОСКОЛКИ
 
В ПЫЛЬ
Иван
Питер совершал непонятные глазу манипуляции над приборами управления и одновременно выкрикивал вопросы вперемешку с ругательствами в переговорное устройство.
— Можешь не надсаживаться, — предупредительно посоветовался Иван, — а то помрёшь уставшим.
Альв подпрыгнул и обернулся, зацепив рукой какие-то рычажки. Жабль резко качнуло вправо.
— Ты кто⁈
— Тебе какая разница? Поднимай бандуру выше.
— А если я откажусь?
— Тогда будешь умирать долго и неприятно.
Иван вспомнил обугленную голову убитого им в боевой рубке и его снова замутило.
— Я никогда… — надменно начал альв, и тут остывающего феникса стошнило второй раз. Плазменный сгусток выплеснулся изо рта и, тяжело пролетев небольшое разделяющее людей расстояние, плюхнулся Питеру на ногу.