Викинг: Точка невозврата (СИ)

— Маэто, как думаешь, сможешь взять его живьем?
— Живьем? — Помедлил он с ответом. — Пожалуй, да, но только если он будет спать. Вот только солнце только село, и он может еще не спать. Может подождать глубокой ночи?
— Ночью с бесами драться будет не просто. Будут потери, — и мы покосились на мужиков за спиной Густава. — Давай тогда так, снимаешь часовых и пробираешься в дом. Если не получится, убей его или же вали наружу, я тебе там помогу с ним справиться. Если же все получится, то разрешаю атаковать бесов из окна дома. Как только поднимется шум по какой-либо причине, мы тоже атакуем. Все понятно?
— Да.
— Тогда действуй. Густав, ты все слышал, как там люди, готовы порвать демонов?
— С удовольствием милорд, — улыбнулся бывший раб.
— Хорошо. Тогда идем, он уже убрал дозорных. Шустрый перец, однако.
Мы продвинулись ближе к лесопилке, и засели на опушке. Наконец-то мне удалось разглядеть объект для атаки. Стандартно три дома выполняющие роль лесопилки, бараков, они же склады и жилой главный дом. Разница лишь в том, что дорога здесь не заканчивалась, а была проложена рядом с юга на север. Бесы же развалились вокруг одного из зданий и в основном спали.
Никакой дисциплины. Точно расслабились, думают, что вся территория уже их, — снова пришел к такому выводу, наблюдая это безобразие.
К сожалению, я не могу наблюдать глазами своих юнитов, но судя по отметке на карте, Маэто уже проникнул внутрь дома.
А я ведь его даже не видел. Интересно на что способны более продвинутые в маскировке юниты?
Еще какое-то время царила тишина, пока в доме что-то не разбилось, а некоторые бесы не встрепенулись, с озабоченностью поглядывая в его сторону.
— Твою же… в бой! — И рванул вперед, замахиваясь секирой.
Отреагировать успела лишь часть бесов и то, влетев в центр толпы первым, я устроил в их рядах целую прореху. Лейсинги же ворвавшись следом стали рубить и резать мелких уродцев. Они, конечно, сопротивлялись, но силы были неравными.
Разобравшись с бесами, я распределил мужиков в оцепление, а сам подошел к дверям главного дома. Никакого шума изнутри не доносилось, но и выходить никто не спешил. Не понятно кто кого победил, но сообщение о полной победе так еще и не появилось. Но и судя по показателям на мини-карте, Маэто тоже был жив.
Осторожно приоткрыв дверь, я вгляделся в темноту помещения. Дом был построен по стандартной схеме одна большая комната и печка посередине, так что видно было половину всего пространства. Но, ни одной живой души так и не увидел.
Выставив на всякий случай перед собой широкое лезвие секиры стал не спеша продвигаться вперед. Ступая по деревянному полу, пытался прислушаться хоть к какому-то постороннему шуму, но так ничего и не услышал.
Искомые существа нашлись сразу за печкой. Причем что демон лежал, ничком явно чем-то оглушенный, так и Маэто тоже так же развалился.
Хорошо лежат, валетом, — успел еще подумать, когда в затылок прилетело чем-то тяжелым, опрокинув на пол.
В свою защиту скажу, что с одного раза меня не вырубило, хотя перед глазами и полплыто все. Видимо все же очки силы и выносливости сказались. А вот второй удар как раз и оказался добивающим, заставив потерять сознание.
***
— Ох, голова моя, — простонал я, приходя в сознание.
С трудом разлепив глаза, с раздражением отмахнулся от возникших окошек сообщений и лишь еще больше скривился от боли. Такое ощущение, что меня сбило грузовиком. Или же я протаранил затылком новые ворота.
— Милорд? — Раздался рядом взволнованный и очень знакомый голос.
Кое-как, сосредоточившись, мне удалось сконцентрироваться на темном силуэте рядом со мной, и с удивлением узнал в нем Густава. После этого оглядел помещение, в котором и находился. Лежал я, судя по всему на кушетке бывшего хозяина домика, а на столе рядом с нами горела свеча, освещая единственную в нем комнату.
Недалеко на стуле сидел Маэто и приложил ко лбу замороженный кусок мяса. Судя по всему ему, тоже изрядно досталось, и он приходил в себя. А еще в углу мялась симпатичная девушка, закутанная в одеяло.
 
— Густав, что произошло? — Наконец-то смог хоть что-то сказать.
— Милорд, вас и господина Маэто сильно приложили по голове, после чего вы отключились.
— Дай угадаю, это вот она так постаралась? — И указал пальцем на девушку, от чего она еще больше стушевалась. — И чем же это она меня так?
— Вот, — и откуда-то достал сковородку.
Принимая это оружие кулинарного искусства от него, я с удивлением ощупал вмятину, что осталось на ней после столкновения с чьей-то головой. Подозреваю, что именно с моей. После чего не менее шокировано посмотрел на виновницу всего этого
— Ни хрена себе бой баба, — и снова вернул внимание на Густава. — И часто у вас тут такие девки встречаются?
— Нет, милорд, — развел он руками.
— А где этот,… ну рогатый который? — Все же вспомнил о цели нашей небольшой спецоперации.
— Да вон лежит, — заговорил Маэто, убирая ото лба уже начавшийся подтаивать кусок замерзшего мяса.
Кстати, у меня на голове в отличие от него оказалась обычная мокрая, но очень холодная тряпка.
Демон же оказался связан, словно гусеница и с кляпом во рту лежал в другой стороне комнаты. Рядом с ним на карауле стоял один из лейсингов, готовый пресечь любые попытки бегства.
— А его тоже она уделала?
— Угу. Я когда пробрался в дом, он уже лежал с шишкой на голове. Я только хотел проверить, жив ли он, а тут мне эта… — и мрачно посмотрел на девушку, на которую уже было просто жалко смотреть, настолько она излучала всем своим видом вину. — Приложила так, что на целый час отрубился.
— Кстати, сколько я был в бессознательном состоянии?
— Около полутора часов милорд, — тут же ответил Густав.
— Неплохо так. Что с освобождением рабов?
— Мы всех освободили, и они просятся в вашу армию. Сейчас ждут снаружи вашего решения.
Выскочившее сообщение тут же предложило присоединить тринадцать крестьян.
— Можешь сказать, что я дал добро. Пусть вооружаются тем, что у нас еще осталось. Кстати насчет трофеев уже посмотрели, что есть интересного здесь?
— Посмотрели, командир, — ответил вместо него Маэто. — В общем, удалось найти семьсот монет в рюкзаке этого рабовладельца-неудачника. Да заготовленный на завтра запас древесины дневной выработки. В остальном ничего интересного, провиант, запас лекарственных зелий и разных трав.
— Ну, хоть что-то. Густав, что тебе?
— Милорд, разрешите идти к людям, сообщить им весть, да устроить хоть как-то. Я так понял, что мы на ночь останемся здесь?
— Да. Иди, а мы уж тут сами.
И поклонившись, тот покинул дом.
Все же странный он какой-то, — в который раз пронеслась в голове мысль. — Или может это просто с непривычки так? Как-никак здесь по существу царит феодальный строй.
Но этот вопрос можно оставить и на потом.
— Нут-с, юная леди, — обратил свой грозный взор на девушку. — Рассказывайте, как дошли до жизни такой? Как зовут, откуда и как попали в рабство?
— Элис, — тихо начала она. — Я дочь стража деревни Высокие холмы. Когда демоны напали, папа с мамой встали на ее защиту, а меня спрятали в подпол. Но… они все-равно нашли меня.
Всхлипнув, она уселась, где стояла и уткнулась лицом в колени, после чего разревелась. Тяжело вздохнув, я поднялся и, подойдя к ней, присел рядом обняв. Она тут же продолжила плакать мне в плечо, все время, приговаривая о том, как ей было страшно.
Нет, определенно я какой-то неправильный викинг, — пронеслось в голове мысль. — Где бы это видано, чтобы викинг проявлял жалость к рабыне? И уж тем более пытался ее успокоить.
 
Мы просидели так несколько минут, пока мне это не надоело:
— Успокойся, теперь ты свободный человек. Все позади.
— Но вы же, викинг! Мне матушка много рассказывала про таких как вы! Вы тоже захватите меня в рабство!
Система тут же предложила захватить ее в качестве рабыни, но я, даже вчитываться не стал, а нажал отмену. И чего кривить душой, подстегнуло меня к такому решению не доброжелательность, а то, что рабы мне сейчас не нужны совсем. От них будет только один вред.