ЩИТ ИМПЕРИИ - Альтернатива (СИ)

  
ЩИТ ИМПЕРИИ — Альтернатива
   
Пролог
 
Кабина наполнилась дымом, но почти сразу заработала система пожаротушения и через несколько мгновений я смог разглядеть своего противника.
Закопчённый с головы до ног, в необычном камуфляже — черно-белые полосы расчерчивали корпус робота по диагонали, чужой шагоход уверенно приближался к моей покалеченной машине.
«Класс — „Осирис“. Сто десять тонн, спаренные лазеры, ракетная установка, автопушка.»
Тревожно зашептал Санди.
Не в прямом смысле, — общение с демоном шло телепатически, но я прекрасно различал оттенки звучавшего в моей голове голоса.
А если по факту, связываться в одиночку со сверхтяжелым штурмовиком — не самое правильное решение, а уж в моём положении — форменное самоубийство. Щиты ставить нечем, броня местами поплавлена, а кое где её вообще нет, привод правого манипулятора заклинен, гидравлика сбоит и самое верное что можно сделать, — немедленно отступить.
То же самое говорит и Санди, но я только отмахиваюсь.
— Куда? Позади море, нас прижали! Ты чего?
Отступать действительно некуда, ещё немного, и хоть вплавь уходи.
«В астрал.» — коротко отозвался демон.
— А парни как же?
Перед началом заварухи под моим командованием было двенадцать шагоходов, теперь же, после получасового боя, осталось восемь.
«Валькирию» Антошина сожгли сразу, «Дервиш» Серёги сгорел вторым, а пару пустельг под управлением близнецов прямо у меня на глазах только что спалил этот разрисованный монстр.
«Будет лучше если ты сгоришь вместе с ними?» — последовал абсолютно логичный ответ. Сколько я ни старался, но человечность Санди не привил, мы хоть и сосуществовали на равных не один десяток лет, но его логика как была, так и оставалась для меня загадкой. Он мог искренне переживать за героев мыльных опер, и тут же, из-за пустяка, совершенно спокойно открутить голову человеку. Одно слово — демон.
Хотя сейчас, он-то как раз и мыслил логично. Остатки группы обречены, даже будь нас вдвое больше, против ящеров нам не выстоять, один только «Осирис» чего стоит. Так что, отступать некуда, позади тупик, и взятые в полукольцо, мы только и можем что подороже продать свои жизни.
— На двенадцать часов воздушные цели! — прохрипело в динамиках голосом флангового.
Переключив мониторы, сразу заметил несколько приближающихся точек. Скорее всего опять тяжелые истребители, — завоевав господство в небе, ящеры используют их как поддержку своим наземным войскам, и если они по наши души, то мы и повоевать-то не шибко успеем.
«Надо уходить!»
Вновь прорезался Санди.
— Рассчитай траекторию воздуха! — коротко бросил я, тут же всматриваясь в появившиеся на экране прерывистые линии.
«До контакта тридцать секунд.»
Это означало что через пол минуты от нас останется мокрое место. Пятерка тяжелых истребителей — это очень серьёзно, в другое время им бы просто не дали подойти, но когда армейское пво подавлено, а выделенную моей роте турель снесли минут десять назад, никто и ничто не сможет им помешать. Да, если мы дружно будем бить в одну точку, возможно кто-нибудь и попадёт, но толку-то? Остальные отстреляются как в тире, а если кого и не добьют, за них это сделают подступающие машины.
Единственный способ выжить, точнее продлить агонию, резко сблизиться с чужими шагоходами, вынуждая истребители отказаться от атаки. Не будут же они по своим бить?
Объяснять никому не пришлось. Под моим началом дураков нет, все бойцы опытные и решительные. Поэтому короткая команда, и только что пятившиеся остатки третьего гвардейского полка, дружно пошли в атаку. Во всяком случае со стороны казалось именно так.
По левому флангу, за скелетом порушенной многоэтажки, широко шагал могучий «Крепыш» поручика Тарасова, этот штурмовой шагоход был одной из самых серьёзных машин роты, и сейчас, даже учитывая все полученные повреждения, стабильно «наваливал» по противнику. Дальше за ним, чуть в отдалении, «Остолоп» прапорщика Михайленко, — пятидесятитонный, оснащенный прыжковыми двигателями универсал, не самый бронированный, с хорошими лазерами дальнего боя и автопушкой для средних дистанций. Конечно же он плохо подходил для таких атак, но сейчас и выхода иного не было. Следом двигался «Рубака» корнета Любочки, как и сам корнет — (Любочка это фамилия), робот был некрасив, но очень функционален. Восьмидесятитонная машина, из которых тонн тридцать приходилось на броню, держала в левой руке высокий щит, а в правой огромную секиру, и предназначена была для ближнего, контактного боя. Ему главное войти в клинч, а там… Крайним же атаковал ротмистр Семенов на своей «Крысе». Низкорослый, на коротких ногах и вытянутой вперед кабиной, этот шагоход вполне оправдывал своё прозвище. Несмотря на коротколапость, передвигался он очень шустро, и мог доставить проблем практически любому противнику.
 
Справа так же двинулись вперед все четыре машины. Правда, если левофланговые ещё как-то внушали, то здесь всё выглядело куда как печальнее.
«Альфонс» поручика Сейфуллина лишился правого манипулятора, «Бестия» штаб-ротмистра Стерненко коптила как паровоз, «Реваншист» — единственной оставшейся в живых пилотессы Ольги Стебель, вообще непонятно как передвигался, и единственный кто еще мог представлять угрозу, — «Малыш» вахмистра Мамуришвили. Хоть и потрёпанный, он умудрился сохранить в целости всё вооружение, и как раз в этот момент «разродился» залпом сдвоенных протонных установок.
Я же, на своём девяностотонном «Преступнике», находился по центру, и противником моим был «Осирис».
В лоб его не взять, броня у него крепче крепкого, и разменом ударами тут не обойтись. Наверное, будь он один, были бы шансы завалить это чудовище, но прямо за ним двигались ещё три шагохода, поэтому расклад не выглядел столь обещающим.
По-хорошему, прижаться к ним ближе, пропустить истребители, а потом, пока одни отвлекают, другие обходят с тыла. Но это всё теория, о том чтобы зайти в спину, можно забыть. Левый фланг не успеет, а правофланговых расстреляют, пока они разворачиваться будут.
«Время подхода подкрепления десять минут»
Тоскливо прогундосил Санди. Хоть и телепатически, но эмоции он передаёт очень понятно. И сейчас вот тоже, вроде сказал про подкрепление, а вроде как приговор подписал. Ну а что? Нам бы три минуты выстоять, а тут целый десяток… Нет, столько точно не протянем.
А что если?.. Возникшая мысль наверняка была не самой умной, но всё же давала шанс. Не всем, но многим.
— Пропускаем истребители и разбегаемся в стороны! — разгоняя машину почти до максимума, скомандовал я. Возражений не последовало, да и не могло их быть, приказы в моём подразделении всегда выполнялись беспрекословно.
Мне же нужно было сделать так, чтобы меня не свалили с ног, пока не доберусь до Осириса, а потом хоть трава не расти, — плевать.
Тем временем точки на радаре стремительно приближались. Вдруг удар, взрыв где-то снизу, вой сигнализации, и кабина вновь наполнилась дымом.
До Осириса всего ничего, метров сто, может быть меньше, но правая нога моего робота подогнулась, и если бы не Санди — проявивший чудеса эквилибристики, валяться бы мне на земле.
«Переключаюсь на дублирующие цепи» — прошелестело в мозгу, и в этот момент чужой шагоход ударил из автопушки.
Очередь из этого оружия обычно короткая, ствол греется, да и снарядов в барабане не много, но мне показалось что трясло меня целую вечность, а когда наконец затихло, датчики повреждений полностью залили силуэт машины красным. На автомате выставленного щита только и хватило чтобы ярко мигнуть, но шагоход ещё на ногах, хотя теперь любой выстрел может стать последним. Хорошо хоть дым быстро вытянуло, — система пожаротушения справляется, да и цель уже совсем рядом.
Давлю «на газ», а Осирис, готовясь к финальному аккорду, медленно поднимает руку.