Чиж: рожден, чтобы играть. Авторизованная биография
Между тем «Максидром» был назван «лучшим музыкальным событием» 1995 года, получил национальную премию «Овация», а участие/неучастие в фестивале стало показателем «крутизны» рок-группы. Но Чиж никогда не обращал внимания на эти статусные тонкости. Если журналисты спрашивали: «Почему вы не были на нынешнем “Максидроме”? Неужели не позвали?» — он отвечал: «Значит, мы играли где-то в другом месте».
* * *Считается, что первый в России сингл — компакт-диск с пятью песнями специально для радиостанций — выпустил в феврале 1994-го в количестве 500 штук «Наутилус помпилиус». С одной стороны, это была реклама альбома «Титаник», который вот-вот поступал в продажу, а с другой — обкатка потенциальных хитов, которые должны были определить заявки по звонкам слушателей.
Бумажный конвертик с CDшкой «чижей» стал первым синглом питерской рок-группы. Чтобы отрекламировать альбом «Перекресток», который должен был выйти летом 1995-го, менеджмент выбрал три песни: «Я не такой» («Кошка»), «Кругом тайга» и, конечно же, заглавный блюз.
Однако с 7-минутным «Перекрестком» сразу возникли проблемы. На радийную ротацию уже жестко влиял не только жанрово-стилистический формат, но и хронометраж песни: стандартный составлял 3–4 минуты, максимальный — пять. Чтобы вашу вещь крутили целиком, требовалось сочинить что-то вроде «Stairway to Heaven», которая, имея длительность 8 минут, много лет оставалась самой популярной песней на американских FM-станциях. (Чижовскую «Она не вышла замуж», которая звучит те же 8 минут, крутило только питерское «Радио-1».) В конце концов Березовцу пришлось попросить Морозова сделать радиоверсию «Перекрестка», для чего тот обрезал срединное гитарное соло и концовку. И если полная версия блюза была 7’04, то на сингле стала 4’35.
Синглы раздавали по радиостанциям. Наиболее часто песни Чижа (и не только с сингла) ставила «Европа Плюс Петербург», с которой у группы завязались партнерские отношения. «Чижи», например, открывали филиал радиостанции в пограничном Выборге, где сыграли великолепный концерт на фоне средневекового замка, принадлежавшего когда-то Финляндии.
— Основная программа формировалась в Москве, — рассказывает Виктор Мушенджинов, возглавлявший «Европу Плюс Петербург» в 1992–1996 годах. — Программным директором был тогда Юра Аксюта. Сейчас он музыкальный редактор Первого канала, сидит в жюри «Фабрики звезд» и т. д. И я уже не помню, как всё это было, — либо Березовец сам в Москве договаривался, либо это я им позвонил, чтобы обратили на Чижа внимание, но каким-то образом они попали в ротацию всей станции. Но в Питере, где Чижа можно было часто увидеть, потрогать, посмотреть, его популярность была особенная. У нас была программа по заявкам «Презент», где все время просили поставить Чижа.
Как ни странно, успех «Перекрестка» застал Чижа врасплох. Он не то что не надеялся — даже не подозревал, что этот блюз сразу поднимет группу на вершину успеха.
— Мое личное мнение редко совпадает с мнением большинства. Я думал, что выстрелит наша с Димкой Некрасовым песня «Я не такой». Но оказалось, что она вообще прошла «мимо кассы», никто ее не заметил. И — «Перекресток», который мгновенно взлетел! Мне за него не то что стыдновато... Думал, оценят метафоры, образы, а оказалось, что самая крутая строчка: «На подушке осталась пара светлых волос». Никто не вспоминает: «Когда “кидает” любовь — начинается блюз».
Тем не менее, когда FM-станции стали крутить блюз чуть ли не каждый день, приемник Чиграковых включался на всю громкость, и всех переполняла гордость.
— Вначале концерты заканчивались «Тайгой», — говорит Юля Лебединова. — Я помню эту картинку: перед концертом Чиж с Романюком составляли верстку программы. Как обычно, в самый последний момент. «Так, давай-ка эту песню перенесем туда, эту переставим вот сюда, а “Перекресток” давай опустим...» И я видела, как он плавно перемещается в конец программы. На место самых хитовых вещей.
Впрочем, не только блюзовый «Перекресток», но и весь альбом показал, что Чиж значим сам по себе, а не только в составе «Разных людей», что он замечательный мелодист, неплохой аранжировщик и достаточно тонкий поэт. Рецензент «Московской правды» В. Елбаев хвалил его буквально взахлеб: «Несмотря на то что я повторю Гребенщикова, не могу отказать себе в удовольствии крикнуть: “Чиж — гений и Башлачев нашего времени”. Перед нами, возможно, впервые за всю историю послевоенной русской культуры — отечественный глашатай и молодежный пророк. Причем его рождение лучше отсчитывать с даты выхода этого альбома, поскольку новый ритм-энд-блюзовый звук группы сильно отличается от периода “Разных людей”, где Серега Чиграков просто “хотел чаю”. Слушается на одном дыхании».
* * *На волне популярности «Перекрестка» «чижи» в сентябре 1995-го замахнулись на главную площадку Санкт-Петербурга — Большой концертный зал (БКЗ) «Октябрьский», где в советскую эпоху выступали преимущественно суперзвезды вроде Пугачевой и Элтона Джона, способные вызвать мгновенный ажиотаж в билетных кассах. Но в середине 1990-х возможность проведения концерта в «Октябрьском» определяла уже не столько популярность исполнителя, сколько наличие у него денег, чтобы внести предоплату за зал. Чтобы не прогореть, «чижам» нужно было собрать не менее 70 процентов от 3727 зрительских мест.
Дополнительная сложность заключалась в том, что менеджмент решил убить в «Октябрьском» даже не двух, а трех зайцев. Во-первых, собрать престижный зал. Во-вторых, снять на концерте видеофильм. В-третьих, записать альбом «Greatest hits live» и выпустить на CD.
«Выпустить концертный диск, — писала газета “Экстра-М” (Москва), — это очень практично: запись альбома в студии стоит сейчас немалых денег, а на концерте можно, напротив, еще и заработать. Да вот только не каждой команде такая экономия доступна — только у настоящих профессионалов живое звучание не уступает студийному. Как выяснилось, Чижу это по силам».
Но главное было не в этом. После выхода «Перекрестка» на концертах Чижа стала заметно меняться публика: толпу тинейджеров и разночинцев всё больше разбавляли «люди в пиджаках». Олег Гончаров, который уже не работал звукооператором группы [105], но пришел в «Октябрьский» с дочкой, вспоминает:
— Если, скажем, на «Наутилус» тогда ходили девушки хай-класса, шикарно одетые лялечки, то на БГ и Чижа приходила совершенно другая публика — хиппи или те, кто «косил» под хиппи. А в «Октябрьском» я уже наблюдал, судя по разговору, банкиров, которые важно попивали в буфете коньячок.
«Перекресток» стал действительно новым этапом. Если раньше популярность Чижа была легче перышка и он играл маленькие концерты в основном для богемной публики, сидевшей буквально друг у друга на головах, то теперь его аудитория сильно расширилась: чижовские песни зазвучали даже из «крутых» авто. Как когда-то бит-группа «Секрет», он прочно занял свою нишу — не попсу, не рок-н-ролл, а что-то свое, middle of the road. Кто-то даже назвал его рок-Мичуриным, который создал причудливый гибрид из ритм-энд-блюза, «жестокого» романса, «советской эстрады» и даже стилизации под блатняк.
— Меня тогда порадовало, — говорит Чиж, — что на концертах стало больше народа, который понимает, о чем я пою. Когда тебе 34, а в зале сплошь 12-летние — это не совсем нормально. Думаю, каждый артист хочет, чтобы его оценило его поколение. А еще лучше — те, кто постарше. Это ведь как в кино. Подросток увидит в фильме «Однажды в Америке» только гангстерские разборки. Люди постарше врубятся, что там есть еще и линия любви...
Вскоре Чижа станут попрекать именно этим: «разношерстностью» публики, которая якобы вытеснила с его концертов хиппанов. «Количество хиппи не убавилось, — отвечал он. — А насчет остальных... Я называю это так — “охватывать более широкие слои населения”. Против абсолютно ничего не имею. Если кому-то нравится наша музыка — бога ради. Мы не должны злиться и отворачиваться, отталкивая какую-то часть слушателей, зачем?»