Попаданец в бога. «СВАРОГ» (СИ)

— Нет, уважаемые, дань я с городов не собирала, но в будущем сама лично заплачу виру за всех погибших в речной земле воинов и отплачу расходы за неудавшийся поход.
В толпе снова недовольно загудели. По лицам конунгов тоже было видно, что они крайне недовольны предложением.
— Извини принцесса, но этого будет мало — сказал вождь Рагнар. — Видишь ли, так в морском осколке дела не делаются. Мы пришли сюда не только за добычей, но и, чтобы забрать у речников навсегда город Владимир. После этого мы обоснуем на этой земле наши поселения, способствующие торговле и защите паломников, следующих по пути Одина.
— Уважаемый Рагнар, хочу тебе напомнить, что Владимир — это законная вотчина рода Белоградских царей. Так что даже если варяги сумеют его разорить, то потом их всё равно отсюда выбьют. При этом погибнут все захватчики, пришедшие на нашу землю, а торговля с морским осколком на долгое время прекратится. Да и паломники тропинкой ушедшего бога, тоже воспользоваться не смогут.
— Принцесса, это только слова. А есть ли за тобой сила? Царский род прервался, когда ты была в колыбели. Именно из-за этого твоему отцу пришлось скрываться долгое время в нашем осколке. Конечно, богатырь Илья доказал всем варягам, что вправе носить собственный клановый знак на плече, но только этого мало — честно сообщил Рагнар и немного театрально тяжко вздохнул.
И вождь был прав. Просто попросить захватчиков уйти, конечно, можно, но этого явно мало. Варяги уже почуяли добычу. Немного умылись кровью при первом штурме города. Успели разграбить всё, до чего дотянулись. И теперь точно не уйдут без чего-то более весомого.
— А нам с братом вполне хватит обещаний нашей сестры! — неожиданно выкрикнул Трор, вскочивший со своего места. — Илья спас род Диких Медведей. С тех пор принцесса Василиса стала нашей наречённой сестрой. Так что мы с братом готовы принять её предложение. И союзники нашего клана это поддержат.
Трор ударил древком своего серебряного копья по доске и вместе с его братом Бьёрном встали два молодых конунга. Однако, как я сразу заметил, третий из наречённых братьев моей спутницы, остался сидеть на месте. Эгель не шевелился и почему-то пристально смотрел на меня. При этом его глаза немного светились.
— Трор, совет услышал твои слова. Теперь, может, кто-то другой скажет, что думает на сей счёт.
Наступившую паузу прервал Свен Ульрихсон. Встав с резного трона, он поднял правую руку, и все присутствующие уставились на него.
— Конунги, мы, конечно, можем ходить вокруг да около, до начала следующего штурма города, однако я считаю, что нам пора выставить свои условия принцессе Василисе. Я уверен, что у неё сейчас ничего нет за душой, кроме защитника и того, что невозможно измерить золотом. Понимая это, я предлагаю принцессе взамен отхода от города, отдать себя совету конунгов, для определения будущей судьбы.
— Видишь, я же говорил — напомнил Парацельс. — Твоя принцесса умная, знает, как их рассорить и себя подороже продать.
— Свен, и кому же ты предлагаешь отдать такой приз — с претензией спросил один из конунгов, сидевший невдалеке от Рагнара.
— Знатнее моего сына Ульриха, в нашем лагере никого нет, ибо его мать происходит из королевского рода, правящего одним из торговых городов. А я, его отец, глава одного из семи первых родов, заселивших морские острова, тысячу лет назад.
— Нет уж, мой род и старше, и знатнее! А в жилах течёт кровь самой богини Брунгильды! — заявил один из молодых конунгов, вскочив со своего места.
После этого главы кланов, начали выскакивать один за одним, предъявляя свои права на обладание руки и сердца, ну, а главное, высокородного статуса принцессы. Завязался яростный спор, который разгорался всё больше, несмотря на призывы Рагнара сесть на свои места.
Лакомый кусок и возможность в будущем провозгласить себя королём, туманили мозги вождей и вызывали желание решить всё прямо сейчас, даже не спрашивая Василису, что она об этом думает.
Я почувствовал угрозу и прикрыл её. Малюта с колдуном встали сзади и образовали треугольник с Василисой внутри. Накал страстей неуклонно рос. Всё больше сильных воинов подтягивались к тронам своих лидеров. Берсерки вышли вперёд, и я действительно насчитал три десятка бойцов. Хотя их ауры и отличались, была отлично видна концентрация разрушительной силы, разного спектра.
 
Не знаю, до чего бы дошёл спор, но в тот момент, когда некоторые особо рьяные конунги, начал хвататься за рукояти мечей, вперёд вышел колдун, сопровождающий повсюду Свена Ульрихсона. Его голос был явно усилен чародейством и потому пророкотал над толпой.
— Благородные конунги, мне кажется, что вы начали делить шкуру, ещё не убитого медведя — заявил он и все примолкли. — А между тем, сама Василиса так и не сказала, согласна ли она уйти из-под защиты богатыря и отдать себя на милость главе одного из варяжских кланов.
Выслушав озвученную претензию, конунги поумерили пыл и уставились на Василису. Та не стала прятаться за нашими спинами и снова вышла вперёд.
— Если вы выполните мою просьбу. Отпустите всех пойманных в речных землях рабов и отступитесь от города, то ровно через год, я являюсь на совет кланов, и вы выберете, под чью защиту мне идти.
Её обещание, мне крайне не понравилось. Захотелось схватить спутницу за шиворот и закинуть на потайной остров. Пальцы сами обхватил цепочку, а подсознание начало оценивать количество накопленной силы, плескающейся в лужице, на дне внутреннего хранилища.
В этот момент снова подал голос Парацельс.
— Я же говорил, умна девка не по годам. Сказала всего пару фраз, и поставила морские кланы в неудобное положение. Согласиться они с её условиями точно не смогут. Но и отвергать его никак нельзя.
— Это почему? — спросил я.
— Да потому что на первый взгляд, обмен кажется неравноценный. Принцесса Василиса может отдать себя только одному клану и вместе с вождём создать первый королевский род, по праву правящий в морском осколке. Вроде как все остальные рода, должны быть против. Однако те конунги у кого в голове хоть что-то имеется, сразу смекнули, что сделка того стоит. Ведь если сейчас они отступят от города и уберутся, к примеру, восвояси, то уже через несколько лет, они смогут вернуться в Белоградье не просто для грабежа, а имея все права на его завоевание вместе с королевой.
— И она послужит ключом от всех местных городов. А со временем и некоторые князья начнут переходить на её сторону — предрёк я, неожиданно увидев на подсознательном уровне образы возможных событий. — Всё то оно так, только есть одно, но. Появление варягов в речных землях, одновременно с набегом степняков, войск Падишаха и вторжением имперских легионов, явно согласовано. И тот, кто это всё затеял, не допустит срыва своих планов.
— Мара, не имеет никакого влияния в морском осколке, так что это точно не она — сказал Парацельс.
— А этот мудак с крылышками на сандалиях?
— Нет. Гермеса почитают в империи, а в морском осколке и в грош не ставят. Это кто-то другой постарался.
— Тогда выходит, это она постаралась — сказал я и указал на деревянного идола богини лучницы. Не зря же её статую степняки не тронули.
— Фрея — выпалил призрак и в этот миг снова заговорил Рагнар.
— Принцесса, твоё предложение нас заинтересовало, но недостаточно. А откладывание выполнения условий на целый год, делает его нереальным.
Вождь выказывал сожаление, но я внезапно почувствовал, что он даже рад тому факту, что предложение Василисы несовершенно и его можно легко оспорить. А это значило, что у Рагнара имеются некие обязательства, перед поистине могущественной силой.
И снова он проявил свой ум. Произнеся короткую речь, он разбил в пух и прах все аргументы, целесообразности прерывания похода. Одновременно с этим он предложил принцессе Василисе переселиться в морской осколок в качестве почётной гостьи всех варяжских родов. А главное он вывел к тому, что ежели внучка царя Ивана девятого откажется от предложения, то она поставит себя в крайне неудобное положение.