Попаданец в бога. «СВАРОГ» (СИ)

Наша сцепка пристала к берегу, в гуще уже стоявших на приколе больших драккаров, которые я обозвал галерами. Как я сразу заметил, те что замерли справа и слева, ходили под вымпелом Морского Змея.
А едва деревянный дракон дотронулся брюхом до земли, с бортов сорвались несколько молодых воинов и разбежались в разные стороны, явно с целью предупредить о прибытии необычной гостьи. После этого Ульрих обвёл рукой лагерь и драккары.
Из крайних шатров уже начали выходить люди с интересом рассматривающие ладью и тех, кто на ней находился. Невдалеке, сразу с полсотни раздетых по пояс варягов, прекратили сколачивать погребальные плоты и направились в нашу сторону. Народ начал стремительно собираться, образуя полукруг.
Я заметил окровавленные повязки на раненых воинах. В толпе стояли подростки и девушки, облачённые в кольчугу и носящие на поясах, как и другие мужчины, мечи и топоры. Смотрели все на нас не особо по-доброму. Некоторые так и вовсе зло сплёвывали и яростно перешёптывались.
— Принцесса Василиса, предлагаю тебе ещё раз принять мою защиту — неожиданно повторно предложил Ульрих. — А если откажешься, и твои названые братья не придут за тобой, то кроме препровождения на совет кланов, я тебе ничем больше помочь не смогу.
Молодой воин явно неумело пытался поставить ультиматум Василисе. Видимо, по варяжским обычаям, предложение защиты означало нечто большее. В подтверждение своих догадок я заметил начавших появляться вооружённых до зубов воинов, с нарисованными на щитах извивающимися змеюками. В отличие от остальных варягов, эти были в полной броне и шлемах.
Кроме них, с другой стороны, начали выстраиваться в настоящий хирд, ещё одна группа воинов. У этих на щитах был изображён морской конь. Старший этой группы, был одноглазым, широк в плечах и седобород. Одет в шелка и меха. Покрытый золотом шлем и обилие украшений, подчёркивал высокий статус. Судя по виду, скорее всего, одноглазый точно был конунгом. А обмен взглядами и кивками с Ульрихом, показал, что он прибыл ему на подмогу.
Рядом с конунгом, стояла парочка странных воинов. На вид лет по тридцать. Судя по почти одинаковым рожам отъявленных рубак, явно близнецы. На плечах шкуры, а шлемы украшены оскаленными головами волков. Броня и оружие покрыты наполненными силой рунами. Вся амуниция отличного качества и даже оснащена какими-то колдовскими выкрутасами, назначения которых я с ходу не определил.
Однако выделяло воинов ни это, а веющая от них уверенность в себе и исходящая от необычных аур, скрытая до поры опасность. Цветастые сферы аур были окружены прозрачным покровом, в виде гранитной чешуи. Кроме этого, из них периодически появлялись серые шипы.
— Сварог, похоже, ты их сразу заметил — снова подал голос Парацельс. — Это парочка настоящих варяжских берсерков. В любой империи или королевстве их бы назвали героями, а в речном осколке или большой степи, окрестили бы батырами или богатырями.
— Значит, они и для меня опасны? — спросил я, не шевеля губами.
— С твоими нынешними мизерными силами сто процентов опасны. Так что держи ухо востро и смотри по сторонам. Тем более, как, мне кажется, прямо сейчас тут что-то затевается. И это что-то явно нехорошее.
Василиса упорно молчала, так что Ульрих в третий раз повторил свой вопрос. Эта настойчивость меня задела, и я уже хотел вмешаться, но тут заговорила моя спутница:
— Благородный Ульрих, я прожила среди варягов двенадцать лет, так что мне бояться нечего, а вот тому, кто встанет на его пути, лучше утопиться самому — сказала девушка и снова посмотрела на меня.
После этого щёки парня залило красным, и он зыркнул на своего пожилого товарища.
А в это время количество воинов с конями и змеями на щитах стремительно прибавлялось. Вскоре, к тем, что со змеями присоединилась большая группа богато укомплектованных воинов. Возглавлял их двухметровый бородач, очень похожий на Ульриха. Причём рядом с ним стоял настоящий колдун с посохом.
Одного взгляда мне хватило, чтобы понять, именно этот высокий, является главным в этом представлении. Именно под его рукой собрались тут пять сотен воинов, минимум два конунга, два берсерка и настоящий колдун, от ауры которого веяло чернотой.
 
— Сейчас невесту воровать будут — предупредил Парацельс.
Среагировав на его слова, я потянул за цепь, с целью вывалить на палубу сломанный меч, но в этот момент из-за шатров, начала выбираться ещё одна большая группа варягов. Эти выходили не организованно, да и брони на большинстве не было. Но зато среди них выделились сразу пять или даже шесть конунгов. На щитах я заметил кракена, акулью пасть, змея, пожирающего свой хвост, перекрещённые топоры, медведя и касатку. Наличие последних двух изображений, явно порадовало Василису, и она снова выставила напоказ свою ярко-рыжую косу.
Заметив огненные волосы, казавшиеся в лучах солнца по-настоящему золотыми, вновь появившиеся конунги ускорили шаг и, буквально вторгшись в толпу варяжских зевак, быстро разделили её на две части. При этом они в считаные секунды выдавили всех лишних, став между двумя клановыми хирдами.
И хотя прибывших было всего-то человек 150, действовали они нагло и решительно, тем самым ясно показав, что собравшихся здесь они не боятся. Группа конунгов хотела рвануть прямо к драккару, но путь им преградили одноглазый с высоким и их выборные воины.
Через них молодые конунги переть не стали, а просто замерли, напротив. При этом вперёд выступили трое. Чернобородый здоровяк, имеющий килограмм 20–25 лишнего веса. Жилистый коротышка с копьём на плече. Судя по схожести чёрт лица, он был братом здоровяка. А оба они из клана Дикого Медведя. Последний конунг, был из Морских Касаток. Среднего роста, приятной наружности, он держался чуть позади и меньше всего привлекал внимание, но именно его ауру я заметил сразу. Она отливала серебром с мелкими вкраплениями золотого.
Все замерли и в наступившей тишине, я внезапно услышал шёпот Василисы.
— Сварог, чтобы ты ни услышал, пока дело не дойдёт до звона топоров и мечей, ни в коем случае не лезь — предупредила она, при этом едва шевеля губами, однако мои божественные уши всё услышали. — Это у варягов обычаи такие, хмельным мёдом не пои, но дай мужскими достоинствами померяться да за рукояти мечей хвататься.
Гляделки продолжались полминуты. Первым заговорил высокий конунг с золотым морским змеем на груди.
— Благородные Трор, Бьёрн и Эгель — сказал он, поочерёдно переведя взгляд с одного на другого воина. — Молодые конунги проявили себя прошлой ночью. И хотя с ходу этот мелкий городок речников, не взяли, но сражались достойно. Говорят, Бьёрн даже смог забраться на стену, и перед тем как его скинули вниз, продержался там больше сотни ударов сердца.
— Больше двухсот — поправил здоровяк, и только сейчас я заметил край окровавленной повязки, вылезающий из-под шлема. — А ещё я, во славу бога Одина, смог зарубить своим топором трёх городских стражников и победить в схватке княжеского витязя! — громогласно взревел он и воздел к небу топор.
После этого все стоявшие рядом и позади дружно поддержали его рёв.
— Благородный Бьёрн, ты же знаешь, бог Один уже давно не принимает наши подношения и жертвы. Так что не трать славу понапрасну. Да и после таких подвигов, тебе с друзьями уж точно не стоит гулять по бережку. Лучше пойдите в мой шатёр, сядьте за накрытый стол и молодые валькирии клана морского змея, поднесут вам самый лучший хмельной мёд, чёрное пиво и жареное мясо.
Судя по сглотнувшему слюну Бьёрну, он был не прочь приобщиться к обещанному угощению. Но стоявшие рядом брат и друг, даже не повели бровью. Вместо этого они с интересом выглядывали из-за преградивших им путь воинов, и рассматривали косу Василисы.
— Благородный конунг Свен Ульрихсон, благодарю тебя за приглашение к столу, но давай как-нибудь в следующий раз — сказал малорослый брат здоровяка. — Да и на берег мы вышли не просто погулять, а посмотреть, что за гостей привёл твой сынок лупоглазый Ульрих.