Новогодние приключения (СИ)
— Да ну? У меня там сейчас сидит одна, в твоём вкусе. Такая же убогая на всю голову. Пойдём, я тебя с её крёстными познакомлю. Пойдём, пойдём! Сейчас ты узнаешь: почём у нас в стране хлебушек!
И Валерий Васильевич ухватив своего друг за рукав куртки, чтобы не вырвался раньше времени, потащил его на второй этаж.
Там он позвал крёстных клиентки и попросил их рассказать Денису про венец безбрачия. Всё рассказать. С подробностями. А чтобы Денис их точно выслушал, он предложил им пообщаться отдельно от него, в его номере. Едва дверь закрылась, как он тут же притащил кресло и подперев им дверь уселся в него.
Денис начал ломиться в дверь минуты через две, но Валера был неумолим.
— Я всё понял! Выпусти!
— Фигу тебе! Ты ещё про футбольную команду не послушал! И как она в Турцию ездила.
— Не хочу! Они мне про зоопарк рассказали!
— Ты ещё про морг не слышал.
— Фу, бля! Валера, прости, я больше не буду!
— Терпи, это наша работа. Слушать и помогать людям. Что ты там про карму-то говорил?
— Валера! Чё ты к словам-то цепляешься! Мало ли что я там брякнул? Она точно девушка? Они про неё такое сказали…Такое!
— Чиста как белый снег. Бережёт себя, для одного-единственного.
В этот момент в коридоре появились сотрудники полиции.
Полицейский в звании капитана подошёл к Валерию Васильевичу и поздоровавшись попросил предъявить документы.
— Секундочку Геннадий Иванович, — поднял указательный палец Валера и прислушался к звукам за дверью. Кажется Денис не выдержал и упал в обморок.
— Откуда вы меня знаете? Встаньте и предъявите документы, — не понял его полицейский.
— Я всё про вас знаю. И знаю зачем вы сюда пришли, — зловеще улыбнулся экстрасенс.
Глава 7
Придерживая обеими руками большой тяжёлый баул, Валерий Васильевич ввалился в комнату для задержанных. За его спиной со скрипом и лязганьем захлопнулась дверь. Света, тут, почти не было.
— Вечер в хату, — поздоровался было он привыкая к темноте, но к его удивлению в комнате был только один задержанный, да и тот в костюме Деда-Мороза.
— Здравствуйте, — осторожно ответил его новый сосед. Сколько ему лет сказать было сложно из-за грима на лице и бороды. Валера покрутил головой ища место почище, сосед понял его без слов и подвинулся предлагая сесть рядом на скамью.
— А я надеялся собутыльников себе найду, — вздохнул экстрасенс принимая приглашение и пожаловался. — Такая досада. Полиция совсем шуток не понимает. В ухо мне заехали. Дело собрались шить. Может выпьем, дедушка? А то, я тут ненадолго. Пока мой дружок меня выручать не прибежит. У меня виски с собой, коньяк. Ты что будешь?
— Простите, но я не пью, — отказался Дед-Мороз.
— Чё? Ты же в униформе. У тебя и нос красный. Сама традиция требует, чтобы мы с тобой бахнули.
Валерий Васильевич достал из баула бутылку виски и два стакана. Налил в один стакан и протянул сокамернику. Тот осторожно взял.
— За что взяли, дедуля? Конфетками барыжил или морду кому разбил? Чего не отвечаешь? Неужели на детях погорел? Дети сейчас, такие ябеды пошли. Чуть — что, сразу на телефон снимают.
— За экстремизм, — грустно ответил Дед-Мороз и сделал маленький глоток явно из вежливости.
Валерий Васильевич присвистнул, налил себе, выпил, после чего сказал.
— М-да. Самая гнилая статья. Под любое «ап-чхи» подходит. Испортил воздух в присутствии важного должностного лица — экстремист. Крикнул на улице: «Царь-дурак!» — тоже экстремист. Репост сделал чужой статьи: не только экстремист, но ещё и террорист. Так что, попал ты серьёзно. Если бы мы в Царской России жили, то можно было бы сказать, что ты — политический. Может быть, тебя даже в Сибирь отправят.
— А вас за что, cюда?
— Да, за мелочи. У нас за такое не сажают. Мошенничество в особо крупных размерах. Статья 159. Ещё за незаконное занятие народной медициной, а ещё сопротивление при аресте. Через часик выйду. Ничего страшного. Куришь?
— Нет.
— Вот и правильно, а я закурю. Гарсон? Гарсон — твою мать!
Дед-Мороз просто обалдел, когда увидел, что дверь открылась и в камеру забежал улыбающийся полицейский с пепельницей и с поклоном протянул её Валерию.
— А где свет, Петрыщенко? Почему узники режима вынуждены ютится в темноте — поинтересовался недовольным голосом Валера.
— Лампочка-с перегорела, а новых не привезли. Конец года-с, — кланяясь отвечал полицейский.
— Понятно всё. На. Сходи в магаз и купи коробку лампочек, — Валера протянул полицейскому пятитысячную купюру.
— Сию минуту-с. Будет исполнено, — всё так же кланяясь полицейский попятился к двери и осторожно прикрыл за собой.
— А почему он себя так ведёт? — изумился Дед-Мороз.
— Это наказание. Он меня ударил без разрешения. У меня, знаешь- ли, не казённое ухо. Временно сделал его одержимым, — проворчал Валера и закурив принялся рассуждать вслух.
— Нет я всё понимаю: карма, конец года, но надо совесть иметь. Вот я сижу тут себе спокойно и никого не трогаю. Пожалуйста. Карма не нарушена. РОВД в целости и сохранности. Но бить при задержании, это уже извините, имею право на самооборону.
— Одержимый?
— Да ты всё равно не поймешь. Я у них ещё и табельное оружие забрал, от греха подальше. Тебе, кстати, ствол не нужен? Ты же всё равно экстремист? У меня, предновогодние скидки…
Он покопался в бауле и продемонстрировал Пистолет Макарова.
— Да вы что, с ума сошли? Верните им обратно, это же незаконно! — отшатнулся Дед-Мороз.
— Ой, да подумаешь! Они же скучно живут. Сам посуди: вот, какие у них, в вашем городе, могут быть интересные дела? Труп сожителя при распитии крепких напитков? Несчастный случай на пилораме. Мордобой с последствиями. Угон. Ограбление винного магазина с целью похмелиться…Ерунда же всё. А тут…У всего отдела неожиданно пропало табельное оружие. Знаешь как тогда жизнь закипит? Сколько знаменитостей в город приедут? Генералы, министры, пресса, блогеры разные. По центральному телевидению будут показывать, ставить в пример. Мол, никогда такого не было…
— Прекратите. Это же хулиганство настоящее! Верните оружие обратно! Эти люди ни в чём не виноваты! — перебил его дед Мороз.
Валера выпучил на него глаза и рефлекторно начал ощупывать левое ухо.
— Надо же, в ушах звенит. Отчего бы это? Последствия удара? Какой-то ты дедушка странный…Ладно, верну я им всё. Верну, не боись. Всё-таки конец года. У меня такой же напарник, вроде тебя, идейный. Честно живёт. А где же тут честность, если даже дед Мороз в тюрячке чалится?
— Извините. Я погорячился, просто не ел ничего с утра. Да и неизвестно когда нас тут покормят, — ответил его сосед.
— Так ведь и не покормят. Они про нас забыли. Они сейчас деньги мои делят. И наркотики…В особо крупных размерах. В кабинете начальства царит эйфория и ощущение приближающегося кутежа.
Валера вытащил из сумки шоколадки и жареную курицу завёрнутую в фольгу.
— Угощайся.
Курица перекочевала на колени деду Морозу.
— Спасибо. Сколько я вам должен?
— А ты хочешь стать моим должником? За еду? — ухмыльнулся Валера и налил себе ещё виски.
— Но, вы же её покупали.
— Ой, отстань! Почему-то, когда ты говоришь, у меня в ушах жужжит и звенит. Не надо слов благодарности. Это бесплатно. Подарок от полковника. Ему жена обед приготовила, а он мне его подарил. Я как раз, мимо его стола с сумкой шёл.
Дед Мороз подавился жареной курицей.
— Так это ворованное?
— Нет. Поменялись. Я ему шестнадцать килограмм муки из Пятёрочки, а он мне курицу, коньяк и стаканы…И табельное…Ах-да, ещё и протоколы мне подарил. Вот, посмотри.
Валерий Васильевич показал пачку листов в сумке. Дед Мороз непонимающе захлопал глазами и он вынужден был ему объяснить.
— Я приехал в город по просьбе друга. В результате маленькой ошибки остался без наличных денег и устроил в гостинице небольшой спонтанный концерт. Валериан Бульбулькин. Нет, не слышал? Заговаривал зубы клиентам несколько часов и естественно на запах денег явилась полиция. Я с ними мило пообщался, они угрожали мне, что подбросят наркотики если я не буду вести себя тихо. Я попросил уточнения: сколько грамм они хотят мне подбросить? Оказалось, что всего-навсего два несчастных грамма кокаина. Мне стало очень обидно и по дороге мы заехали в Пятёрочку, там сегодня мука по акции. Купили шестнадцать килограмм и сумку. Все, при свидетелях, было передано товарищу полковнику под видом настоящего кокаина. Были составлены все необходимые документы. Акт передачи муки, чек, свидетели расписались, всё по-честному, но заработанные деньги я не мог им отдать. Они для гостиницы. Пришлось полковнику лично, из своих запасов, которые он копил на домик в швейцарской деревне. Сейчас они радостно пересчитывают деньги полковника и взвешивают муку. Я сижу тихо, как и обещал. Что, не так?