Янки. Книга 3 (СИ)
— Кто ты? — прохрипел Штерн.
— Тот, кого ты так долго искал. Ну что, нашел? Легче стало?
Штерн, собрав остатки сил, попытался ударить наклонившегося к нему парня Клювом Орла, но рука нащупала лишь пустоту, тот легко ушел от удара.
— Не, руками махать не надо, — отпрянул тот. — Вредно для здоровья. Впрочем, какое у тебя теперь здоровье, Штерн?
— Вы знаете мое имя? — Штерн попытался сфокусироваться на парне.
— Ну да. Штерн, из «Триглава». Тот ублюдок, который пытался, точнее попытается через сутки меня замочить в моем доме, пригрозив насилием и убийством моей матери? Ах да, ты еще не в курсе, — насмешливо сказал парень. — Этого еще не произошло. И не произойдет!
Я вогнал клыч прямо ему в череп, пробив его насквозь. Штерн рухнул головой на руль, уже мертвый. Один есть, счет пока один-ноль. Я осторожно открыл дверцу, придержав тело Штерна, оттолкнул его на пассажирское сиденье.
Присев на корточки, я пошарил под водительским сиденьем, нащупывая заложенный туда полчаса назад мешочек, чуть не упираясь носом в его седалище. Фу, как его задница воняет! Ну а теперь изобразим ограбление, вычистив карманы агента. Все, пусть так и остается, к утру его копы найдут, ну или ранняя пташка, явившаяся за машиной, мне пофиг. Все равно камеры тут моими усилиями слегка не работают, так что никто ничего не видел и не знает. А теперь продолжим нашу месть, которая не только остыла, но и напиталась соками, приобретя хороший такой вкус.
Разумеется, в Нью-Йорк, откуда прибыл агент, я не попрусь, да и интересно было бы задавать вопрос — «простите, вы не знаете, где здесь резидентура русской разведки?». Агрить их смысла не имеет — одно дело убрать их агента, выполнявшего задание, не имеющее ничего общего с государственной безопасностью, так, оказание дружеских услуг, и совсем другое — налет на резидентуру с выносом тел, этого точно не простят. Тем более, здесь их косяк, за который можно их руководство повесить за яйца, и не они инициаторы этой непрофессиональной акции — ноги растут как всегда из жопы, и чья она — я даже знаю.
Волхвы, мать их так. Неймется им. Что там они про неподконтрольного волхва говорили? Ну поговорили — и хватит. Пора навестить Лядь и устроить там нехилые терки. Не вариант, что они меня там аж обождались, все жданки съели — там у них сидит свой местный дятел-стукачок, жирная кошачья морда, размером с бегемота, Баюн. И вот он точно работает на них, подкармливают объедками с астральной трапезы, то-то эта скотина так разожралась. А может и заблудшими душами закусывает — что добру пропадать, все равно в Нави развоплотятся. Но что я эту скотину терпеть не мог, объяснял раньше почему — это точно.
Вернувшись домой после успешной акции с агентом, я решил не откладывать дело в долгий ящик, пора покончить с этими дармоедами, точнее, с их притязаниями на мое ни разу не комиссарское тело.
— Опять? — горестно вопросила ламия, заметив мои приготовления к скольжению.
— Снова. И как всегда, твоя задача — беречь мое тело от всяких посягательств.
— Да как я его сберегу? Ты же видишь, сколько тут защиты внутри дома стоит? Я даже двинуться от этой благодати не могу!
— Ну и не двигайся. Просто постой на стреме, — я вытянулся на кровати и закрыл глаза, читая про себя заговоры.
На этот раз я приземлился в чащобе неподалеку от своего тайника. Вот теперь следовало как следует вооружиться — я шел не просто поговорить, а вдумчиво, жестко и с расстановкой. Меч — на бедро, лук и колчан с черными стрелами за спину, засапожный нож, как и положено за голенище… Подумал еще и взял черный щит — от магии волхвов, если я все-таки столкнусь именно с ними, самое оно. Моргенштерн я брать не стал, не мое это — дубьем махать, хотя иногда и можно. Ну вроде все, вооружен, очень опасен, склонен к насилию — вот такой таблички на грудь у меня не было, а надо бы. Жаль, в Ляди себе принт не закажешь, а то бы я расстарался.
Я попрыгал по привычке, проверяя, не звенит ли что-нибудь, кроме мудей и не жмет ли где. Нет, все нормально, астральный доспех по-прежнему сидел на мне, как влитой. Ну и ладушки. Пойдем теперь через чащу, издавая побольше шума — пусть жирная тварь сама меня найдет.
Баюн перевстретил меня на выходе из чащи.
— Ты? — опять неподдельное удивление. А, ну да, та встреча, закончившаяся волшебным пенделем, не произошла еще.
— Я, я. Ты меня ждешь, я в курсе.
— Да, а откуда ты…
Иногда я умею очень быстро стрелять из лука. Пока кот среагировал, у него в груди торчало три черных стрелы.
— Маау! Больно-то как! — заорал Баюн. — Ты что творишь, Радий?
— Убиваю тебя, — спокойно ответил я, и выпустил стрелу Мары точно между горящих желтых глаз.
Правильно говорили охотники на крупных африканских животных — никогда не стойте околоагонизирующих зверей типа носорога или слона. Они вас просто раздавят, катаясь по земле. Ну Баюн в этом плане от бегемота не отличался, и его туша каталась по земле как асфальтовый каток, пока наконец-то он не испустил дух. Фух, я выдохнул с облегчением. Никто и никогда еще не пробовал убивать это лютое чмо междумирья, так что я мог собой гордиться. Агент Баюн, говорите? Ну кирдык ему пришел. Хорошо бы конечно из него сделать коврик, как из леопёрдов там делают или тигров всяких, но увы — в Явь я его не протащу. Но зато он мне послужит для другой цели… Как наглядное пособие, что меня трогать не стоит.
Белогор в бешенстве рассматривал испоганенное капище Белой Верви. Когда его вытащили из постели и известили, что в Ляди похозяйничал кто-то другой, он не поверил своим ушам.
— Ну и что он хотел этим сказать? — Светояр рассматривал надпись на заборе вокруг капища. Углем, очевидно взятым с жертвенника, было крупными буквами жирно написано «Отъе…сь на. й!».
— По-моему, предельно ясно, — сказал Белогор. — Он сказал все, что хотел.
— Сказать-то сказал, а вот что сделал… — вздохнул Светояр.
— Да, наворотил он тут…
А наворотил пришелец, которого сам Белогор уже иначе как «навь» не называл, порядочно. Достаточно того, что каким-то образом этот поганец смог пристрелить кота Баюна, стерегущего Лядь.
— С этим-то что делать? — Светояр кивнул на жертвенник, посреди которого красовалась отрубленная кошачье-бегемотная башка Баюна.
— Что, что… А то не знаешь, что. Погребального костра тут не зажгешь, так что бросьте останки в Смородину. Только осторожней — я вижу ауру артефактов Мары, он его этим и упокоил.
— Вот сучонок, — Светояр с чувством плюнул на землю.
— Не оскверняй капище. Даже он, этого не сделал, — Белогор посмотрел на идолы, на которых не было ни одной царапины. — Он волхв, сильный волхв. Ловкий и умелый, готовый убивать. Мы столкнулись с сильным противником.
— Ну не сильнее нас, — поморщился Светояр. — Какой-то неприкаянный расстрига-волхв…
— Который, тем не менее смог справиться с Баюном. Причем трофейным оружием, кого-то из свиты Чернобога, — вздохнув, повернулся на каблуках юфтевых сапог Белогор. — И теперь у нас есть проблема.
— И что его подвигло на это?
— Я знаю, что. Видимо он каким-то образом узнал, что мы решили его убрать и послали за ним боевого волхва из СБ. Он как-то с ним скорее всего справился, и решил, не откладывая в долгий ящик, отправить нам предупреждение.
— И что, мы так это проглотим? — возмущенно спросил Светояр.
— Нет, конечно, но прекратим всякую активность по его поиску и ликвидации. Неизвестно, что он может выкинуть в следующий раз.
— Ну раз капище не тронул, уважает святыни или даже им поклоняется…
— Вот поэтому и не тронем. Я недооценил проблему. Лучше пускай у нас с ним будет вооруженный нейтралитет, чем открытая война. Это непредсказуемый человек. И если его начать злить, в следующий раз уже в Яви может влететь в окно ракета из «Шмеля» или чего-нибудь еще. У нас и так проблем хватает, а он на нашей, точнее, на своей собственной стороне, уничтожает нечисть сам. Не хватало еще, чтобы волхвы Белой Верви пострадали, нас и так осталось мало. Так что будем ждать удобного случая.