Охота на волков (СИ)
— Я… я должна позвонить… — пожалуй, это была единственная здравая мысль за последние несколько часов наедине с ним. От этого осознания мой голос окреп и с повторила куда увереннее. — Мне нужно позвонить. Есть человек, который точно знает правду.
Как же я раньше об этом не подумала? Ведь я так быстро ушла с места встречи с дядей! Он точно беспокоился обо мне… как знать, может уже пошел в полицию, ведь я пропала не оставив ему ни единого знака о том, что со мной все в порядке.
Я уже приготовилась побороться за право на звонок в словесной дуэли, но Кайрен уже выудил из кармана своих брюк мобильный телефон.
Черное зеркало смартфона призывно бликнуло в тусклом свете скудных потолочных ламп.
— Держи.
— Что… вот так просто?
Кайрэн устало улыбнулся и взяв меня за руку, вложил в нее телефон.
— Луна, ты не пленница здесь. Все что я делаю с тех пор как мы встретились — это пытаюсь защитить тебя. И от тебя самой в том числе, раз нет другого выхода.
Почему-то от этих его слов мне стало так тепло, что губы сами собой растянулись в смущенной улыбке. А ведь еще пару минут назад я готова была выцарапать ему глаза за еще одно упоминание о том, что все, что он делает — делает мне во благо.
— Я хочу… одна.
И снова он будто не думая согласился.
— Пойду приму душ. Это был долгий день.
Так странно…
Я смотрела ему вслед и не могла избавиться от нереальности происходящего. Какие-то полчаса назад он буквально силой тащил меня сюда, потом не дал уйти… и вот. Отдал телефон, оставил наедине с собой. Неужели похищение перестало быть похищением просто из-за поцелуя?
Но кого я обманываю. Разве же это был просто поцелуй?
Совсем нет. По крайней мере не для меня.
Каждое прикосновение к экрану заставляло телефон вибрировать в моей руке. Я набрала номер по памяти, а потом неожиданно для самой себя остановилась. Большой палец мелко дрожал, замерев над кнопкой вызова, а я все никак не могла понять что же мне мешает наконец совершить звонок.
Предчувствие чего-то темного, душило меня, будто затягивало петлю на шее. Я вдруг с ужасом подумала о том, что не хочу этого… не хочу знать правду. Ведь сейчас, на другом конце трубки окажется именно тот человек, которому она может быть известна.
Я приемная? Мои мать и отец мне не родные, а сама я являюсь дочерью какого-то конченого ублюдка? Ну, что за бред!
Решительно и зло я нажала на кнопку вызова. Долго ждать ответа не пришлось.
— Дядя?
Тяжелый вздох и суматошное дыхание донеслись до меня с той стороны.
— О, Господи, Луна, где ты?! Я пришел, а тебя не было! Я думал что сойду с ума! Я просто не знал что думать и делать! — судя по голосу, Карл очень торопился или даже говорил на ходу. — Где ты, милая? Стой! Нет. Не говори. Просто скажи, ты в порядке?
— Да… да я в порядке и… и в безопасном месте. Карл, слушай, это конечно не самый удобный…
— Слава богу! — простонал он, прерывая меня, и закашлялся. — Я так волновался, я бы себе не простил…
— Стой, дядя, стой. Это очень важно и мне нужно получить ответ прямо сейчас. Кхм… Боже, я не знаю как… — пытаясь унять дрожь и сконцентрироваться, я прислонилась спиной к холодной бетонной стене ангара и опустилась на пол. Стало чуть легче. — Прости. Тут все так завертелось и я теперь просто не знаю что думать, а еще ты тогда сказал что все куда серьезнее, чем мне кажется. В общем, просто ответь ладно? Это очень-очень важно для меня. Мама и папа они… они мне не родные?
Внезапная тишина на другой стороне линии показалась мне убийственнее холодной стали прямо в сердце.
— Не так все должно было случиться.
От этих слов что-то внутри меня резко до боли натянулось и оборвалось, разлившись по груди кипящей лавой. Сердце мое забилось об ребра так сильно, что я, казалось, перестала слышать какие либо звуки вокруг кроме голоса Карла.
— Дядя?
— Луна, давай не так… надо встретиться, я придумаю…
— Нет! — Выкрикнула я так громко, что мой вопль эхом отразился от стен убежища. — Я должна это услышать сейчас, слышишь!!!
Дядя вновь замолчал и на мгновение мне показалось что вот прямо сейчас он бросит трубку. А я теперь даже и слова вымолвить не могла — тугой, горький ком застрял в моем горле, причиняя боль и мешая даже вдохнуть. Слезы душили меня, заставляя мир вокруг расплываться в белесой пелене и только слабая надежда на какой-то другой ответ кроме очевидного все еще позволяла мне держать себя в руках.
Наконец в трубке послышался слабый, усталый голос Карла. Он говорил тяжело, нехотя и я буквально физически ощущала с какой болью даются ему эти слова.
— Я давно хотел рассказать тебе всю правду. Видит Бог, милая! Но твоя мать, Кэрри, она запретила мне. Сказала что ты слишком маленькая и вообще это больше не имеет смысла. Такая новость — это последнее что нужно было маленькой девочке так рано потерявшей отца. Но ты должна была знать… чтобы быть в безопасности. И все же я согласился, что нужно подождать твоего совершеннолетия. А потом… время шло и все было в порядке. В какой-то момент я согласился с твоей матерью и решил, что может и не стоит… может и к лучшему… Ведь тот мир к которому ты должна была принадлежать слишком жесток! Мы все просто хотели уберечь тебя, милая.
Он сказал и что-то еще, но я прижала трубку к груди и изо всех сил укусила себя за ладонь, которой зажала себе рот, чтобы не разреветься в голос.
— Луна? Луна? Ты слышишь меня, милая?
Минута молчания и неимоверное усилие над собой позволили мне наконец справиться с эмоцией, чтобы продолжить разговор. Теперь голос мой дрожал, но я заставила себя придать ему спокойный тон. Не сейчас… для эмоций еще будет время.
— Дядя. Ты знаешь имя моего настоящего отца?
— Да. — Тут же раздалось в трубке и я замерла, ожидая свой приговор.
— Его звали Руг Орманн, да?
На другом конце я услышала тяжелый всхлип. Боже, никогда в жизни я никогда бы не подумала что застану дядю плачущим! От этого становилось еще больнее. Даже на похоронах моего отца, своего лучшего друга он держался, лишь раз стыдливо промокнув глаза платком. А заметив, что я увидела это — улыбнулся мне, желая приободрить. Ведь если сильные плачут, что остается слабым?
— Ох… милая… Мне так много нужно тебе рассказать, ведь все совсем не так, как ты думаешь… не так, как мы с Кэрри рассказывали тебе в детстве. Давай… давай я что-нибудь придумаю и мы встретимся. Нельзя так, понимаешь, я не могу так просто взять и вывалить все это на тебя!
В ответ на эти его слова во мне начали пробуждаться совсем другие эмоции. Гнев… обида… быть может, не те, которые следовало бы испытывать в данной ситуации по отношению к близкому мне человеку, но именно они позволили мне наконец взять себя в руки.
— Нет. Все слишком далеко зашло, Карл. Если я дорога тебе, то ты расскажешь мне все сейчас.
Я буквально почувствовала его страх, дохнувший на меня морозом с той стороны линии. Мужчина глубоко и судорожно вздохнул. Я услышала как с металлическим скрипом отвинчивается крышечка с фляжки Карла. Он снова пьет? Спустя столько лет? Хотя… кто я, чтобы его судить. Все и так слишком сложно, тяжело и запутанно.
— Та женщина… — хрипло начал он. — которая принесла тебя нам, сказала что тебя будут искать, но не найдут если ты будешь среди людей. Боже, Луна… это было самым странным и жутким, что нам с твоим отцом доводилось расследовать! Мы знали, что нам никто не поверит, но были так молоды и совершенно не отдавали себе отчет в том, во что ввязываемся. И что даже имей мы на руках все доказательства того кошмара, это дело замнут. Если не те монстры, то наши же представители власти. Но все же…
— Дядя, я не виню тебя. Просто пойми, я должна знать правду. Прошу тебя…
— Мне кажется это мало что изменит, но… — он запнулся и напряженно спросил, — ты уже знаешь кто ты, так ведь?
— Да. — сорвалось с моих губ прежде, чем я позволила себе обдумать ответ.
Это было интуитивно — я просто почувствовала, что так мне будет проще наконец получить правду.