Бывшие. Ты бросил нас (СИ)

Я не стала звонить виновнику этого дурдома в моей жизни, а просто приготовилась ко сну. Лежа в кровати, под свет ночника я рассматривала свое кольцо. Мысли мои возвращались к сегодняшнему вечеру, и я улыбалась, как же было приятно, почувствовать себя желанной и любимой женщиной.
На следующий день, после шестого урока Воротынский вызвал к себе кабинет.
— Марина Владимировна, я знаю, что Александр Сергеевич, ваш бывший муж. Надеюсь, все то, что происходит между вами, не повредит работе? Вы же не будете выяснять отношения перед всей школой?
  
Я сжала губы. Мы не были близки с моим начальником, и меньше всего мне хотелось обсуждать с ним свою личную жизнь:
— Конечно, нет, Лев Борисович. Тем более что я собираюсь замуж за другого человека.
Он нахмурился и даже приподнялся со своего места.
— Когда? — практически прорычал наш директор.
— Летом. Мы планируем свадьбу в июле. Это будет как раз мой отпуск.
Мужчина сел на свое место:
— Хорошо. Подготовьте расписание внеклассных уроков с учениками для подготовки к ЕГЭ и ОГЭ. Нам нужно выпустить одиннадцатый класс в следующем году с блестящими результатами. Я не хочу, чтобы о моей школе пошли слухи, что тут учителя меняются как перчатки и учиться у нас не престижно.
— Да, я уже вчера все согласовала с Валентиной Алексеевной. Мы с ней расписали все занятия. Ребятам также рассылаются материалы для дополнительной подготовки, как в прошлом году. Уже на этой недели они получат первые задания на электронную почту. Родители могут все отслеживать в электронных дневниках.
— Молодцы. Все. Можете быть свободны.
Я вышла из кабинета, шумно выдохнула и пошла к себе в кабинет. До сих пор не могу привыкнуть к нашему директору, хотя я уже несколько лет тут работаю. Он очень жесткий и принципиальный. Да, мне нравится работать под его руководством, и другого начальника я не хочу, но все-таки иногда он напрягает. С грустью подумала о том, как же я буду в Дубай, если придется уехать.
Звонок заставил поторопиться в класс. Одиннадцатиклассники уже заняли свои места на втором уроке для них и ждали меня.
— Так, открываем свои тетради и проходим тест, о котором я говорила, на прошлом уроке. Задания вы видите на доске, если кому-то не видно, то скажете, я сделаю текст чуть ярче.
Дети молча сопели и списывали то, что показывал проектор. Я обводила их взглядом. Хорошо, что классы небольшие и количество детей в среднем около десяти или пятнадцати человек. Поначалу было не привычно, после обычной школы, но теперь я понимаю, что чем меньше детей, тем лучше они усваивают уроки.
— Марина Владимировна, а откуда у вас такое кольцо? — Козырева смотрела на мой палец и весь класс, как по команде подняли голову.
— Алиса, — погрозила я ей, — Потом спросите, а сейчас пишем самостоятельную. Эти тесты простые, если кто-то повторил то, что вчера давала, то справится очень быстро. Заодно проверим, что у вас осталось в голове после каникул.
Дверь отворилась и в класс ввалился Волков. Он фактически рухнул на пол, но смог упасть на руки и начал демонстративно отжиматься. Класс, как по команде зашумел, раздались смешки.
— Саша, — стукнула я линейкой по столу, — Поднимись, выйди из класса и зайди нормально.
Ученик нехотя поднялся, открыл дверь и вышел. Постучал, и в проеме показалась его голова:
— Марина Владимировна, можно войти?
— Заходи и быстро ко всем присоединяйся. Где ты был? Звонок уже минут десять назад прозвенел.
— А, мне Василек доказывала, что «Преступление и наказание» — это достойное произведение русских классиков.
— Волков, прекрати. Не Василек, а Василиса Сергеевна, и нужно уважать учителей, которые тебе помогают учиться. Я поговорю сегодня с твоим отцом вечером. Если ты будешь, и также продолжать учиться, то думаю, что ты никуда не сможешь поступить с такими балами.
Саша закрыл рот, вздохнул и открыл тетрадь. Разговоры про отца действовали на него отрезвляюще. Тот мог и ключи от мотоцикла забрать, и карточку заблокировать. Только чтобы сын был всегда под присмотром, он учился у нас в классе, а так бы уже давно укатил за границу на обучение.
Да и наш директор держал всех тут в ежовых рукавицах, что было известно всем. Никто не смел его ослушаться. Его престиж помогал нам, простым учительницам, чувствовать себя спокойно с детками богатых родителей.
Звонок прозвенел неожиданно. Дети собрали свои учебники и пошли на выход. Я выдохнула, потому что, наконец-то, закончился мой последний урок. Теперь проверю тесты и отправлю электронные письма с заданиями.
Дверь в кабинет резко открылась и стукнулась об стену, я подумала, что она слетит с петель от такого грохота.
— Ты замуж собралась? — рык Парамонова заставил меня подпрыгнуть на своем стуле, — хорошо, хоть Андрюша сегодня на экскурсии со своим классом и не слышит этого.
12 глава
— Парамонов, выйди из класса, не мешай работать, — рявкнула я на него, а сама вспомнила данное сегодня обещание директору не устраивать сцен в школе.
Он быстрыми шагами подошел к столу, уперся в него руками и посмотрел мне в лицо:
— За кого ты собралась замуж и что будет с Андреем?
Тут я уже не выдержала, а подскочила со своего стула:
— Какого черта ты лезешь в мою жизнь? Тебе до этого года не было до нас никакого дела. Я могла бы сотни раз уже выйти замуж.
Бывший сложил руки и серьезно посмотрел на меня:
— Но не вышла же.
Я шагнула к нему, посмотрел в его глаза:
— Ну, уж тебя точно не ждала.
Он схватил меня за шею, притянул и впился поцелуем. Я не ожидала от него такого. Во мне произошел взрыв. Какая-та химическая реакция, не поддающаяся объяснению. Возмущение сплелось со злостью, и в этот поток влилось сумасшедшее желание, тоска и щемящее чувство нежности, разбавленное страстью.
Я понимала, что мы делаем что-то не то, и начала колотить руками в его грудь. Он разжал руки, и я отшатнулась назад.
Мы оба тяжело дышали и смотрели друг на друга, как два тигра, готовых вцепиться в глотку противнику.
— Ты с ума сошел? — это все, что я смогла прохрипеть от нахлынувших чувств.
— Да, сошел. Я увидел вас с сыном на площадке, где Андрей катался на доске, и понял, что я был дебил, что оставил вас, что позволил тебе развестись со мной. Ты разрушила нашу семью, а теперь я хочу, чтобы мы опять были вместе. Я хочу быть с ребенком, я хочу быть с тобой, я хочу, чтобы все было, как раньше.
Последние слова он сказал очень громко, мне показалось, что наш разговор уже слышит вся школа. Я посмотрела на распахнутую дверь, подошла, закрыла ее и повернулась к нему:
— Парамонов, ты где-то пропадал все это время. Тебя не интересовала моя жизнь, твоего сына, а теперь у тебя в жизни появилась новая цель и все должно моментально быть исполнено, по щелчку пальцев. Так не бывает!
— Марин, да я понимаю, что я был дурак и тогда моей главной целью было заработать деньги, а не семья. Но сейчас-то все изменилось.
— Изменилось? И теперь мы должны обрадоваться, захлопать в ладоши и начать жить вместе. Просто потому, что ты вдруг сознал, что семья для тебя главная? А ты не подумал, как ребенок девять лет жил без отца? Что ты совсем не похож на того, кто у нас на фото на полке. Я не против твоего общения с сыном, но что произойдет с ним, если он тебе надоест, и ты опять уйдешь в закат?
Он шагнул ко мне, схватил за плечи и посмотрел в глаза:
— Никогда мой сын мне не надоест! Я не брошу его больше!
Тут у него зазвонил телефон, он резко высунул его из кармана и нахмурился. Я увидела на экране: Анжелика.
Ревность в моей душе сделала виток, что я не ожидала совсем от себя. Я уже подумала, что у меня все отболело и зажило. Надеялась, что этот мужчина больше не сделает мне больно, не потревожит. Что за хрень со мной происходит? Почему он все так же не дает мне спокойно дышать?
Он скинул звонок и посмотрел мне в глаза. Я сложила руки на груди:
— Иди, тебя уже разыскивают. Наверное, ей тоже говоришь, что встреча с партнерами. Кстати, как ты ей объясняешь свою работу в школе? Тут-то не такие зарплаты, как в тренажерке.