Каста Неприкасаемых (СИ)

Мой вопрос остановил разглагольствования Гора о единственном для меня пути спасения. Он замолчал, и затяжная пауза продемонстрировала всю степень его неудовольствия, прежде чем прозвучал ответ.
Странно как раз не это, а то, что тебя удивляет поведение другого человека, а не свое собственное. Тебе кажется подозрительным, что всесильный аристократ выбирает дешевую шлюху, но совершенно не удивляет то, что ради этой же женщины, ты, такой эгоистичный и расчетливый, только что поставил на кон свою жизнь. Спроси себя: стал бы ты драться ради шлюхи, да еще едва знакомой? В обычных условиях вряд ли, а тут полез как безмозглый бойцовский петух! Не кажется ли тебе, что сей факт говорит либо о твоей безграничной тупости, либо о странном влиянии сей неординарной дамы. Второе, хоть и частично, могло бы объяснить как твою глупость, так и интерес Акбара аль Аршан.
После его слов я тут же вспомнил вспышку голубых глаз, чарующую улыбку и свое дурацкое «Не бойся, Юни никому не позволяет обижать тех, кто ему дорог!» Теперь мое поведение уже не казалось мне следствием обиды и пьяного куража. Чтобы я сказал первой встречной, да еще шлюхе, что она мне дорога! Самому не верится! Ладно бы Ильсане, в нее я влюблен, она бесподобна как богиня, а эта то – страшненькая, худющая, кожа да кости! Ошарашенный, высказываю единственное, пришедшее на ум объяснение.
– Думаешь, она ведьма?!
В ответ слышу слабо напоминающее смех гыканье.
Гы-гы! Как ты себе это представляешь?! Ведьма настолько могущественная, что способна заарканить самого гранда Акбара, трахается со всеми подряд за пару медяков, а потом, еще и отдает львиную долю заработка какому-то трактирщику. Ты серьезно?!
«Действительно, выглядит по-идиотски. – Мысленно соглашаюсь с демоном, но придумать какое-нибудь другое объяснение мне не дает звук поворачиваемого в замке ключа.
На всякий случай вскакиваю и встаю сбоку от дверного проема, чтобы входящий не сразу меня увидел. Скрипнув, пошла открываться дверь, и в темноту сначала вплыло пятно света, а затем и знакомая девичья фигура со свечой в руке. Коротко стриженный затылок, узкая спина с торчащими лопатками. 
Протягиваю руку, но коснуться не успеваю. Таис изворачивается как кошка, и острие ножа упирается мне в живот. Порыв пламени освещает вспышку голубых глаз, и скривившиеся в яростном шепоте губы. 
– Никогда не подкрадывайся ко мне сзади! Не люблю!
Реакция у нее прекрасная, но с реакцией заклинания все же не сравнится. Сумрак накрыл меня еще до того, как нож коснулся тела. Сквозь серую взвесь вижу ее лицо, и понимаю, что она не шутит, но на ее серьезное злое лицо так и хочется ответить чем-нибудь забавным. Например, обойти в Сумраке и выйти вновь у нее за спиной. Вот была бы потеха!
Глушу на корню эту веселость: «Хватит на сегодня сюрпризов, пусть думает, что крутая, мне с ней делить нечего». Не сдвинувшись с места, выхожу из Сумрака и улыбаясь, перехватываю ее запястье.
– Чего это мы такие сердитые!
В ответ получаю еще одну яростную вспышку голубых глаз и злое шипение:
– Налево по коридору выход во двор. Дверь я открыла. Быстро убирайся отсюда, пока еще все спят!
Вроде бы все верно, дверь открыта, дорога свободна, разворачивайся и уходи, но ее приказной тон бесит. «Пришла, ни здрасьте, ни до свидания! – В душе закипело злое раздражение и желание сделать ей назло. – Убирайся! Я ей кто, шелудивый пес, что ли?!»
Отвожу ее руку с ножом и, держа на лице равнодушную ухмылку, стараюсь ответить пообиднее.
– Вижу, вежливость и улыбки у тебя только для клиентов. А коли серебро не брякает, так сразу убирайся, дверь открыта.
В потемневших глазах Таис блеснула ярость, и приоткрывшийся рот уже собрался выплеснуть мне в ответ какую-нибудь гадость, но в последний момент девушка передумала и вместо слов перешла к делу. Маленькие ладошки резко ударили меня в грудь, выталкивая из комнаты.
От неожиданности я оступился, и следующий толчок уже выдворил меня в коридор. Дверь хлопнула перед носом, и я остался в полной темноте.
 
«Вот и поговорили! – Шепчу и настороженно оглядываюсь вокруг, звук захлопнувшейся двери мог привлечь внимание. Не заметив ничего подозрительного, я немного успокоился, и перед тем, как двинуться к выходу, приложил ухо к двери. Из комнаты не доносилось ни звука, словно Таис, также как я, замерла без движения.
– Зачем я это делаю? – Прошептал я, словно увидев себя со стороны и, устыдившись, резко отпрянул от нагретой ухом деревянной доски. – К демонам! К демонам эту девку, гранда, дурака Кабура с его выпивкой! – Бурча и ругаясь в темноте, я наощупь двинулся в сторону черного хода.
***
Просыпаюсь от ощущения жуткого сушняка. Башка тяжелая, и ощущение, что уже полдень, как минимум. В комнате без окон сказать точнее сложновато. Встаю и, прошлепав босыми ногами к двери, выглядываю в коридор. Солнечный свет пробивается сквозь закрытый люк на первый этаж. Прислушиваюсь и отчетливо разбираю гневный голос Лириана.
– Это что за дерьмо, Парс! Где твои люди?! Почему нет охраны?!
Небольшая пауза, и к гневному раздражению прибавляется удивление.
– Вы что тут пьянку устроили?!
Невнятное оправдательное бурчание Парса, и вновь голос Лириана, но уже с испуганной ноткой.
– А неприкасаемый где?!
Теперь у комита прибавилось уверенности, и я уже четко слышу его успокаивающее.
– Да здесь он, здесь! Дрыхнет там, наверху.
Звук поднимающихся шагов, скрип лестницы и слова, прозвучавшие как угроза.
– Тебе придется сильно постараться, Парс, чтобы я забыл об этом случае и не рассказал отцу.
Дальше я уже не стал слушать и метнулся обратно в комнату. Аккуратно притворив дверь, прыгаю в кровать и прикидываюсь спящим.
Дверь распахивается резко, словно на ней хотят выместить раздражение, и голос Парса звучит как лаянье пса.
– Встать! Господин в доме!
Вскакиваю и, вытянувшись, опускаю глаза к полу, как и положено при входе господина. Выгляжу сильно помятым, но, надеюсь, Лириан решит, что это со сна. Тот, действительно, придирчиво всматривается в мои мешки под глазами, но ничего не говорит. А затем мне становится не до этого, потому что вслед за братом входит Ильсана. Сегодня она – недосягаемая аристократка. На гордо вскинутой голове золотые пряди уложены в высокую прическу. Длинная до пят стола обнажает левое плечо, и белоснежная кожа контрастирует с синим шелком и благородным блеском сапфировых браслетов.
Лириан пропускает сестру и та, пройдя через всю комнату, садится на единственный стул. Меня так и тянет взглянуть на нее, но я креплюсь. Мне кажется, у меня еще будет шанс, поскольку господа, явно, покидать меня скоро не собираются. Наоборот, Лириан жестом отпустил Парса и обратился ко мне, лишь услышав, как захлопнулась дверь.
– Должен тебя огорчить, Юни, призовой фонд в этом году невелик. Организаторы собрали лишь пять империалов, а значит победителю достанется лишь три. – Тут он посмотрел мне прямо в глаза. – И как написано в нашем договор, ты получишь один.
Лириан прошелся по комнате и продолжил, повернувшись ко мне спиной.
— Это значительно меньше, чем мы рассчитывали, да и ты, наверное, надеялся на большее. – Он резко повернулся, желая поймать мою реакцию на свои слова, но ничего интересного не увидел. 
Мне, конечно, жаль. После рассказа демона, у меня появилась странная уверенность, что удастся покончить со всем одним разом, но сегодня, я слишком вял и измучен похмельем, чтобы хоть как-то реагировать и проявить разочарование.
Не получив от меня должного отклика, Лириан бросил взгляд на сестру, но та продолжила сидеть со скучающим видом, будто все происходящее не имеет к ней никакого отношения и абсолютно неинтересно. Пауза затягивалась, и младший Ашшур, раздраженно поморщившись, продолжил:
– Есть и еще одна проблема, Юни. К сожалению, ты слишком хорошо показал себя в первом бою.
На мой вопросительный взгляд, он иронично хмыкнул.