Возвращение не гарантируется

Галка пожала плечами. На барина Сёма походил мало. Он походил на обычного бандита. Но жрать хотел всегда, это правда! Если в этом проявляется барство, то Круглый прав на все сто процентов! К тому же она, независимо от правоты, всегда соглашалась с мужчиной, с которым находится в данный момент. Но Сёмку лучше ни с кем не обсуждать: он ведь бешеный, дойдет до него что-то — разбираться не будет… И она умело сменила тему:
— А чего ты только две устрицы заказал? Обычно дюжина на двоих…
— Так это не устрицы, — пояснил Круглый. — Анадару дюжинами не едят. Некоторые вообще не едят — продукт специфический. Поэтому попробуешь и решишь — будешь ты их есть или нет…
— Ты меня заинтриговал!
— И выпить тебе под них я предлагаю не шампанское, а хорошую водку.
— Ну, я никогда не возражаю мужчинам, ты же знаешь!
Официант принес заказ и поставил перед каждым рюмку, видно, только вынутую из холодильника и еще покрытую инеем, наполненную какой-то темно-красной жидкостью. И отдельно тарелку с половинкой раковины, в которой лежало бело-красное мясо, нарезанное мелкими кусочками.
— Ничего себе, что это? — спросила Галка.
— Боря, расскажи даме, как положено! — приказал Круглый.
— Это его кровь, — пояснил официант.
— Как кровь? — в ужасе она посмотрела на Круглого. Тот довольно улыбался.
— Это единственный в мире моллюск с кровеносной системой, — продолжил Боря. — Кровь имеет гемоглобин и массу полезных элементов. То есть это не просто модная еда, но и очень полезная!
Он разлил водку по так же охлажденным до инея стопкам.
Розочка замешкалась. Но, как говорится, назвался груздем, полезай в кузов… Тем более что она действительно никогда не отказывалась от того, что предлагали мужчины. Опыт показывал, что это всегда обходится себе дороже. А когда соглашаешься, то это, наоборот, — приносит хорошую прибыль.
— Ладно, — махнула она рукой. — Раз пошла такая пьянка… Кто не рискует, тот не пьет!
— И не ест! — в такт ей кивнул Круглый. — За новые впечатления!
Они чокнулись рюмками с красной жидкостью. Галка выпила. Ничего особенного. Характерного привкуса крови она не ощутила. Тем более что сразу же опрокинула рюмку «Серого гуся». И наколола на маленькую вилочку один из кусочков моллюска. Круглый с интересом наблюдал.
— Такой же, как и устрица, — сказала она. — Только плотнее.
— Молодец, — улыбнулся еще шире Круглый. — Ты самая крутая девушка из всех, кого я знаю!
Она польщенно улыбалась.
Боря налил им еще водки. Они выпили, и через некоторое время Галке стало хорошо. То ли от водки, то ли от крови моллюска она ощутила прилив сил и достигла обычного своего настроения, которое называла «шантанным». На основное блюдо заказали стейки из мраморной говядины. Круглый выбрал прожарку медиум — он любил есть с кровью. Галка заказала более прожаренный медиум-вел.
— Я уже достаточно сегодня напилась крови, — пояснила она.
Мясо оказалось мягким, сочным и вкусным. Оно хорошо шло под водку, бутылка быстро закончилась. Они расслабились. Вечер складывался хорошо. Дело дошло до десерта. Галка выбрала ассорти мороженого с лесными ягодами, а Круглый взял тирамису и заказал коньяк.
— А как поживает твоя подружка, эта, как ее… Женя? — между делом спросил он.
— Откуда ты знаешь, как ее зовут? — насторожилась Галка.
— Ты ж сама и сказала.
— А, да? Я уже и забыла. Ну, для освежения памяти надо еще выпить.
Они выпили коньяку за взаимопонимание между мужчиной и женщиной.
— Так как там Женя? — повторил вопрос Круглый.
— Кто ее разберет? Она от нашей компании отошла. Живет с одним парнем. Мы с ними были на приеме, он еще дружка своего для меня привел.
— Да? Интересно. А кто они такие по жизни?
— Она говорит, эмчеэсники. Ну, примерно на это и похоже. Они между собой говорили, я особо-то в этих делах не понимаю, ну что-то про дежурства, про какие-то ночные вызовы. Такое впечатление, что люди они служивые. Может, военные, может, менты, может, и вправду эмчеэсники.
— Так где она теперь живет?
— Да у него и живет, — пояснила Галка.
 
— Даже так? Ничего себе, — изумился Круглый.
— Да, у них там любовь-морковь. Он ее в певицы продвигает. А она у него как домохозяйка — и убирает в квартире, и обед готовит.
— Очень удивительно, очень удивительно, — повторил Круглый. Он научился психологии разведопроса у Карнауха. Тот говорил, что человек, а особенно женщина, любит, когда ее о чем-то спрашивают, интересуются ее рассказом, да еще его и одобряют.
«Тогда, — говорил начальник СБ, — она готова вообще всю подноготную выложить. А если ее подпоить, так и вообще расскажет то, чего и не было. Но тут надо точно знать, что нам нужно получить: что было или чего не было?»
Сейчас «то, чего не было» Круглого не интересовало. Поэтому он задавал вопросы так, чтобы у Сладкой розочки не было соблазна приврать.
— А как зовут этого ее парня?
— Ха-ха, — засмеялась Галка. — Да тоже Женькой, как и ее. Правда, он зовет ее Джен. А она его пару раз назвала Скатом, вроде проговорилась.
— Скатом? — еще больше удивился Круглый. — Почему Скатом? Кличка, что ли?
— Ну, не знаю. Рыба такая есть. Может, он рыболов?
— Да, может быть, — кивнул Круглый. — Ну, ребята-то серенькие, — поморщился он. — Что вы в них нашли?
— Это они с виду серенькие, — вроде как свысока ответила Галка. — Евгений крутой, думаю, он даже Сёмку заломает! На той вечеринке один борзой тип на него попер, дублер хренов, он ему так руку сжал, что тот чуть в штаны не наложил…
— Да-да, это я видел, это он молодец, — сказал Круглый, как бы подбадривая ее и подталкивая к дальнейшему разговору на эту тему.
— И Женька говорила, что он смелый. Я спросила: «А что он сделал такого смелого?» Только она замяла эту тему. И про обстоятельства знакомства не рассказывает.
— Странно! А ты что думаешь? Почему она такой туман напускает? — Круглый наполнил рюмки сам, не дожидаясь официанта. Борис подбежал, собираясь исправить оплошность, но Круглый отослал его резким взмахом руки. Они выпили очередную порцию водки, и Галка, понизив голос, сказала:
— Думаю, тут дело темное… Они как познакомились, так она сразу к нему и переехала. На нее не похоже!
— А когда они познакомились, не помнишь?
— Помню, конечно! В ту ночь, когда на Щелковке троих завалили! Мы как раз с Сёмкой отдыхали, а его туда вызвали. А у меня кольцо с бриллиантом пропало — разве такое забудешь? Правда, потом нашлось…
— В ту же ночь?! — На этот раз Круглому даже не пришлось разыгрывать изумление и подчеркивать свой интерес. Он просто был поражен. Даже положил ложку и перестал жевать, чего за ним обычно никогда не водилось, даже если на него направляли пистолет. — Надо же, какое совпадение!
На самом деле он хорошо знал, что таких совпадений не бывает. В кино и книгах — да, их специально придумывают, а в жизни — никогда, жизнь слишком рациональна…
— Да-да, вот так, — кивала Галка. — Во всяком случае, Женька в него сразу по уши влюбилась. Мечтает, что, может, поженятся.
— Конечно, и пусть женятся, раз хороший парень! А где ж он живет? Если крутой, то, небось, какие-нибудь хоромы в центре?
— Да нет, — сказала Галка и пренебрежительно махнула рукой. — Ты же их видел, какие у них могут быть хоромы?! Так, занюханная квартирка где-то на окраине…
— Ну, не в деньгах счастье, — сказал Круглый, и посмотрел на часы. — Ого, быстро время пробежало! У меня сегодня еще «стрелочка» назначена. Так что я пойду. Вот тебе, если захочешь еще чего-нибудь выпить… — Он положил ей в сумочку несколько крупных купюр. — Тут отличные коктейли! Кстати, можешь вообще не платить, я предупрежу, чтобы на мой счет записывали.
— Странно как-то, — сказала Галка. — То прибежал, как в жопу клюнутый, то убегаешь, как будто второй раз в то же место! Ну беги! Главное, не забудь расплатиться за обед!
— Обижаешь, — оскорбился Круглый, чмокнул ее в щечку и, рассчитавшись с Борей, быстро ушел. А Галка пошла в соседний зал, где начиналась развлекательная программа. Ей было все равно, с Круглым идти или одной. Там и круглые, и квадратные, и треугольные мигом нарисуются. Об этом свидетельствовал ее большой жизненный опыт, а он ее никогда не подводил.