Возвращение не гарантируется

Она поперхнулась чаем. Есть расхотелось, наоборот — затошнило. Кто эти «задержанные подозреваемые»? Один, ясен пень, — Евгений! А второй — она сама, больше некому! Правда, ее еще не задержали, но уже, наверное, едут… Надо дергать отсюда! Джен сложила вещи в сумку, подбежала к двери, но замок открыть не смогла. Неужели он запер ее снаружи? Но зачем?
Джен подбежала к окну. Третий этаж. Правда, рядом пожарная лестница, но вылазить на нее рискованно: сорвешься — костей не соберешь! Да и люди внизу за воровку примут, враз ментов вызовут… Она снова попыталась открыть замок, но ничего не вышло. Позвонила Галке: может, приедет с пацанами да снаружи откроют? Но подруга не брала трубку. Она провозилась целый час и дождалась следующих новостей.
— Продолжается расследование трагедии на Щелковском шоссе, — сообщил тот же симпатичный диктор. — К сожалению, потерпевшие находятся в тяжелом состоянии и не могут дать показаний. С двумя подозреваемыми работают следователи, которые уверяют, что преступление скоро будет раскрыто…
Джен пришла в ужас. В тяжелом состоянии! Как же он смог так отделать их голыми руками?! Но хорошо, что она не входит в число подозреваемых! Да и Евгений, скорей всего, тоже. Видно, схватили тех, кто под руку попался! Да и чего ей бояться — она-то вообще ни при чем!
Тут снова позвонила возбужденная Галка:
— Ну, ты слыхала, что произошло на трассе?
— Да видела по телевизору. Драка какая-то…
— Какая там драка! Сёмку, оказывается, по этому делу вызывали! Рыбака и двух охранников завалили наглухо!
— Как, всех троих?! Передали — в тяжелом состоянии…
— Сёмка там был и все видел! Наглухо! И никаких концов! Так что не знаю, что там передают, только он лучше знает!
Подруга была права. Ее давний приятель Сёмка Борец, хотя не работал в полиции, прокуратуре или Следственном комитете, уже много лет входил в бригаду Подковы и всегда был лучше осведомлен о криминальных событиях, чем обыватели, получающие информацию из телевизора.
— Слушай, Галка, я не могу выйти из квартиры. Похоже, он меня запер! Не пойму, зачем он это сделал!
— А что тут непонятного? Чтобы ты не обворовала хату, пока его нет! Меня сколько раз запирали…
— Не похоже на него… Он очень хорошо ко мне отнесся!
— Ну и сиди под замком, раз тебе нравится!
— Ладно, сейчас не об этом речь! Ты можешь подтянуть своего Сёмку, чтобы меня вытащили? Или других ребят?
Галка помолчала.
— Днем дверь ломать… Не знаю, подпишется ли кто-нибудь… Сёмка точно не захочет, у него условка. Ладно, что-нибудь придумаю. Говори адрес!
— Так откуда я знаю?
— Ну хотя бы место назови!
— И места не знаю. Мы же ночью приехали…
Галка помолчала.
— Тогда надо ждать. Поешь, попей, поспи… Над тобой ведь не каплет. Придет — откроет. Может, прямо в ЗАГС поедете! — не удержавшись, съязвила она.
— Ладно, пока! — Джен зло нажала кнопку отбоя.
В холодильнике нашлось несколько яиц, она сварила пару и съела без хлеба, выпила чай. Жизнь налаживалась. И план дальнейших действий родился сам собой. Надо звонить Петру, он подтянет кого надо, если понадобится, то и участкового или полицейского начальника покрупнее, откроют дверь на раз-два… Только он не любит ранних звонков, вначале должен приехать в клуб, разобраться с неотложными делами… К часу или двум освободится, тогда можно забивать ему голову своими проблемами. Ждать осталось недолго, можно пока и подремать, все время быстрей пройдет…
Конечно, хорошо бы позвонить Евгению, пусть приезжает и освобождает ее из заточения! Но куда звонить? И кто ее новый друг? Может, и правда эмчеэсник, а может, и нет… И где его искать, опять-таки, не знала и знать не могла. Поэтому она уменьшила звук в телевизоре, легла на диван и быстро заснула.
* * *
На исходную позицию они выдвинулись точно по графику. Кругом расстилались окруженные лесополосами поля и редкие деревеньки, а они разгрузились на площадке частного аэродрома, на котором стояли личные самолеты и вертолеты. Но сегодня для них небо было закрыто.
 
Как и положено, выставили оцепление, потом сняли тент с грузовика и выгрузили «Пчелку». И оцепление, и испытатели были в обычных рабочих черных комбинезонах, без оружия, не считая «стечкиных» под одеждой и, по легенде, представляли проектно-конструкторский институт сверхлегкой авиации Министерства спорта. Но если обычно энтузиасты полетов радуются своим достижениям и охотно хвастают новым детищем, то сейчас дело обстояло ровно наоборот: выход на летное поле запрещался всем без исключений, а широкое кольцо «черных комбинезонов» было призвано завернуть нарушителя запрета обратно и не подпустить к «Пчелке». Потому что невинное название было прикрытием истинного обозначения изделия — «НСДМ-3», которое не имело никакого отношения к ульям и меду и расшифровывалось как «носитель специальный десантный модернизированный, модель 3». Правда, по виду это был обычный мотодельтаплан: крылья, рама, шасси, кресла пилота и пассажира, двигатель, большой винт… Решетчатая сварная конструкция, издали напоминающая даже не пчелку, а огромную и опасную самку богомола.
Отличия на расстоянии не рассмотришь, хотя сам факт использования такой «Пчелки» специальным воинским подразделением является секретным, ибо проливает свет на разрабатываемые им тактико-боевые направления. Поэтому оцепление — не обычная, нередко избыточная перестраховка, а реальная необходимость поставить заслон если не возможным шпионам, то всяким любознательным типам, имеющим при себе смартфоны с фото- и видеокамерами. Хотя и владельцы личных самолетов-вертолетов, и обслуживающий технику персонал предупреждены заранее, что сегодня аэродром закрыт и вход на него запрещен.
После последних испытаний «Пчелку» несколько переделали: увеличили крыло, снизили шум двигателя, переварили раму, заменив трубы каркаса более легкими, убрали несколько крепежных конструкций, сняли круговую решетку, огораживающую винт, сняли защиту пилота и пассажира на случай неудачной посадки. В общем, добавили все нужное и поснимали все лишнее. В результате аппарат сохранил вес 550 килограммов, что имело большое значение. Теперь предстояло его облетывать.
— Ну что, парашюты берем? — спросил Ерш.
— Возьмем, — кивнул Скат. — Все-таки испытательный полет. Может, пригодятся.
— Но вес-то лишний! С кислородными масками наберется тридцать кэгэ…
— На боевых это как раз оружие и боезапас. А парашютов там, естественно, не будет.
— Тоже правильно, — согласился Ерш. — Тем более — ты командир, тебе видней!
Скат действительно был старшим. И хотя полковник Кленов, утверждая план-задание, дал команду действовать по обстановке, на свое усмотрение, он всегда предпочитал перестраховаться. Если, конечно, есть такая возможность. Хотя у них перестраховочные возможности случались не часто. Если вообще случались.
После короткого разбега «Пчелка» довольно легко взлетела и принялась не очень резво набирать высоту. Впрочем, скорость подъема от нее и не требовалась. Требовался ровный, стабильный полет, способность выходить на заданный «потолок», устойчивость к ветру, что является слабым местом аппаратов такого типа, бесшумность перемещения и возможность посадки в планирующем режиме. У Ската на карте был отмечен прямоугольник, по которому они должны проходить на разных высотах, а дежурящие внизу операторы зафиксируют шумность двигателя и оценят заметность аппарата на каждом эшелоне и качество траектории движения. В завершение им предстояло попробовать приземлиться в планирующем режиме.
Задание было опасным и закончиться могло непредсказуемо. Правда, непредсказуемо только по плану-заданию, но очень предсказуемо по суровой жизненной реальности. Впрочем, Скату и Ершу не впервые приходилось выполнять приказ, связанный с риском для жизни. Но если обычно опасность исходила от других людей, то сейчас им предстояло противостоять законам природы — в основном, закону всемирного тяготения. Но для бойцов, выполняющих приказ, это ничего не меняло.