Восхождение

– Вы меня можете ругать, Самуил Игоревич, только не слишком эмоционально, – добродушно обратился к пожилому мужчине с ярко выраженным южным загаром и слегка облупившимся на солнце большим носом, слегка приплюснутым на кончике. – Имеете на это полное право.
Слегка прищуренные глубокие впадины глаз над сросшимися бровями, темные вьющиеся волосы без единой паутинки седины – и крупные тяжелые руки на поверхности стола, обитого синим бархатом. Посетитель сидел смирно и не проронил ни слова, пока император изучал досье. После предварительного вступления Александра он все же нарушил молчание, по-своему поняв паузу:
– Вашему величеству не за что извиняться. Тем более… вы еще ничего со мной не сделали. Пенсиона не лишаете, баронство остается при мне.
– Шутник вы, барон, – приветливо усмехнулся император, не двигаясь с места. – Я же лишил вас законного отдыха. Знаю, что каждую весну вы с супругой, детьми и внуками уезжаете в Крым. А как там поживают пляжи Феодосии и Севастополя? Произошли изменения после высочайшего недовольства?
Улыбка тронула губы Самуила Игоревича.
– Весьма значительные, ваше величество, – кивнул он. – Набережные отремонтированы, пляжи приведены к европейскому стандарту с твердым наказом еще больше улучшить конфигурацию мест отдыха. Даже открыли несколько открытых бассейнов, как вы и велели в своей записке губернатору Сидякину.
– А вы где отдыхали? Не возле моря?
– Караджинская бухта. Там очень тихо, людей мало, питание для моего желудка приемлемое. Местные – народ недокучливый. В общем, повезло.
– Даю слово, Самуил Игоревич, что верну вас туда, как только справимся с одним неприятным и непонятным делом, – без всякого раскаяния на лице – не положено по статусу – Александр развел руками. – К сожалению, Служба безопасности сейчас полностью загружена отработкой транзитного потока алмазов за рубеж и обратного трафика «радуги». Все лучшие кадры шерстят бреднем по стране, выявляют агентуру, курьеров. Нам, конечно, помогают все силовые структуры, но всегда рвется там, где тонко.
– Федор Ильич поддерживает нашу инициативу? – на всякий случай спросил посетитель, отлично зная, что нынешний глава ИСБ граф Возницын очень серьезно относится ко всем инициативам императора и даже имеет некое нахальство рекомендовать нужные и отбраковывать неподходящие.
– Мы уже обсуждали этот вопрос, – Александр оторвался от подоконника, к которому стоял спиной. – Граф одобрил мою инициативу. В кои-то веки!
Ирония так и плескалась в глазах монарха.
– Я же на пенсионе, – предупредил Самуил Игоревич. – Почитай, пять лет уже без мозговой практики, ваше величество. Боюсь опростоволоситься.
– Старый конь борозды не испортит, – усмехнулся император, – и не надо мне вторую часть цитировать. Я не приемлю ее.
– И какое дело вы хотите мне поручить? – подобрался бывший глава Имперской Службы безопасности, заслуженный ветеран, пенсионер Волошин Самуил Игоревич, получивший дворянский герб лично из рук отца нынешнего императора Михаила Николаевича и баронство за долгую и верную службу. – Надеюсь, не придется прыгать с самолета в самую гущу супостатов и разить их десантным клинком?
– Скучаете по прежней жизни? – пыхнул дымом Александр и вернулся в свое любимое кресло. – Завидую. Бурная молодость всегда вспоминается в ярких красках. Но… Немного не так. Дело требует вашего аналитического ума. В большей мере, чем владения ножом.
– Где? – подобрался Волошин.
– Вологда. Нужно проверить связи одной свободолюбивой организации. Называется «Новый мир». Есть стойкие подозрения, что под кричащей вывеской скрывается тщательно законспирированная лаборатория по модификации «радуги», которую можно вводить в организм посредством инъекции.
– Ага. Работа Четвертого отдела, – кивнул барон. – И на чем основаны подозрения?
– С некоторых пор в Вологде участились похищения людей, – Александр снова открыл папку, но в документы заглядывать не стал. – Исчезали в основном одинокие, нищие, сироты… В общем, все, о ком сердце не болит, и никто не спохватится. Криминал проходил по линии МВД, само собой. СБ никто не информировал. Сами хотели справиться.
  
– Правильно, мы же не лезли в их епархию, – подтвердил Волошин.
– Факты вскрылись случайно. Люди, причастные к этому, решили сами провести расследование, имея для такого случая неплохую квалификацию и подготовку. Они вышли на подпольную лабораторию, но желание отличиться самим, а не передать дело вашей конторе, закончилось банальным правежом. Иначе я никак не назову то, что произошло.
Император с досадой сжал кончик сигары и замолчал, буровя взглядом застывшего в ожидании продолжения барона. Тот не вытерпел, тщательно скрывая не любопытство, а профессиональный интерес.
– Что именно?
– Лаборатория почему-то взорвалась, погибло несколько сотрудников «Нового мира», в том числе и его основатель – господин Тихорадов. Так себе человечек, публичный скандалист и либерал. Вину списали на газ, точнее на банальную утечку, которую не предотвратили. Казалось бы, что здесь такого в этой истории? Но…
Александр аккуратно потушил тлеющую сигару и положил ее на край хрустальной пепельницы. С хрустом сомкнул пальцы рук.
– Дело на этом не закончилось. Начались непонятные движения, направленные на мужа моей племянницы – Тамары Константиновны. Почти полгода назад на него устроили покушение.
Волошин недоуменно приподнял бровь, незаметно, но это не укрылось от взора императора.
– Хотите спросить, при чем здесь Назаров? – Александр усмехнулся. – А я вот хочу узнать, какая гнида решила извести парня, всеми силами борющегося с заразой?
– Он причастен к взрыву лаборатории?
– Доказательств никто не предоставил. Местная полиция опросила всех, кто был связан с организацией. Интересно, что никто не знал о содержимом подвалов. Или умело притворяются, или «Новый мир» в самом деле хорошо конспирируется.
– Прелестно, – хмыкнул барон и в полном замешательстве налил себе минералки в стакан. – На вашем столе я вижу папку, в которой находятся косвенные улики? Или какие-то зацепки?
– Угадали, Самуил Игоревич, – Александр хлопнул тяжелой рукой по папке. – Здесь вся информация, которую смогли собрать. Протоколы допросов, характеристики подозреваемых и опрашиваемых, аналитические записки – все, как вы любите. Вам осталось лишь совместить обрывы ниточек в единый узелок. Езжайте в Вологду инкогнито, тихо проведите свое следствие и выясните, кто там дергает за веревочки «Нового мира».
– То есть дело вовсе не в Назарове?
– Да, так и есть. Меня волнует, в первую очередь, эта чертова организация. Назаров предоставил свои предположения Службе безопасности, мотивируя тем, что не может заниматься таким щекотливым делом. Собственно, на ситуацию в Вологде мы обратили внимание только благодаря его докладной записке.
– Предусмотрительный юноша, – усмехнулся Волошин, отодвигая от себя стакан. Сухость в горле отступила.
– Любой здравомыслящий человек поступит так же… Самуил Игоревич, мы предоставим вам группу из трех человек, которые помогут в сборе конфиденциальной информации и защитят вас в случае непредвиденных ситуаций. Я знаю, что вы и сами не промах: умеете за себя постоять. Но для меня важна ваша безопасность. В папке – самое главное, выжимка. В Вологде о миссии знает начальник губернской СБ – полковник Петровский, и губернатор – граф Суховеев. Они всецело помогут в организации быта, предоставят транспорт, людей – если надо – и всю информацию, которую накопали по этому делу. И еще: если в ходе расследования выяснится причастность Назарова к акции – дайте знать, но так, чтобы не произошло утечки информации. Даже Возницыну пока лучше побыть в неведении.
– Я все понял, государь. Когда вылетать? – Волошин понял, что аудиенция закончилась, и молодцевато встал, одернув гражданский костюм из тонкой ткани.
– Завтра за вами заедет служебный автомобиль и отвезет на аэродром. Полетите на самолете из моего личного авиапарка. С подчиненными познакомитесь на месте, – Александр тоже встал, чтобы проводить барона до двери и заодно вручить ему документы.