Восхождение

– Не мы выбирали место, – пробурчал майор, остывая. – Значит, вы изъявили желание подписать контракт в качестве вольнонаемного в китайскую армию?
– Я считал, что контракт будет с вами, с международными силами, контролирующими ситуацию на русско-китайской границе, – спокойно напомнил Хазарин. – С китайцами я не хочу иметь дело.
– Хм, вас правильно информировали, но мы не можем брать на службу вольнонаемных, – сказал Брюстер и поджал губы, когда снова посмотрел в папку с документами. – Международный контингент набирается из офицеров и солдат, служащих в определенной стране. Сейчас, например, здесь стоят англичане вместе с егерями из Баварии. А вы – неизвестно кто, пусть даже по документам и немец. Вся информация о контрактах уходит по цепочке наверх, где тщательно проверяется. Мы не хотим рисковать.
– И что же мне делать?
– Делать то, что я и сказал, – снова поморщился Брюстер. Кивнул на полог палатки, за которым слышались отрывистые команды, рык моторов и далекая частая стрельба с полигона. – Вы подпишете контракт с китайцами, а фактически будете подчиняться нашему наблюдательному контингенту. И обучать будете на наши деньги.
– Довольно мутная схема, – покачал головой Хазарин, тщательно просматривая ауру майора.
– Согласен, но здесь и таятся лазейки, чтобы можно было привлечь к работе иностранных специалистов. Вы, как маг, очень вовремя появились.
– В чем будет состоять моя работа?
– Все же решились?
– А у меня есть выбор? Просто я не хочу тащиться обратно в горный монастырь через полстраны. Китай меня утомляет своей безграничностью, майор.
– Хорошо. Ваша должность – инструктор-маг. Будете давать мастер-классы для местных чародеев, обучать их своим премудростям, которых вы сполна вкусили в России. Русские друиды – специфичный противник, и нам позарез нужен человек, знающий все слабые стороны их колдовства.
– Волхвы, – поправил майора Хазарин. – Мы – не друиды.
– Мне тяжело выговаривать такие вещи, – признался толстяк. – Пусть так, не спорю. Значит, вы формируете отряд китайских магов-даосов, довольно сильных, скажу вам прямо, и лепите из них нужный нам материал.
– Я понял, – кивнул Хазарин. – Сколько я получу за свою работу?
– Три тысячи рейхсмарок в месяц, – чуть подумав, ответил Брюстер. – Вы же немец по документам, Шварц? Ну, вот. Поступите в подчинение полковника Штаубе, и все вопросы будете решать через него. Встаете на полное довольствие, получаете обмундирование, койко-место в теплой палатке. Если понадобится съездить на выходные в город развлечься… девочки, выпивка – предупреждайте заранее. В Цитайхэ много русских агентов. Не дай бог, вас кто-то узнает. Вы же в розыске, господин… Ломакин?
– Все-то вы обо мне знаете, – усмехнулся Хазарин. – Полагаю, и разведка здесь крутится?
– Не могу ничего сказать, – развел руками Брюстер.
– А что с вашей шеей? Голова болит, как от мигрени, тяжесть на глазных яблоках, так?
– Проклятье, вы словно читаете мой анамнез, – попытался пошутить майор. – Ох, я и забыл, кто вы на самом деле? Может, целитель – ваша вторая ипостась?
– Нет, ни в коем случае, – встал Хазарин, разминая пальцы рук. – Я – боевой волхв, а купировать мелкие недомогания может любой маг. Позволите?
– Конечно, – немного неуверенно произнес Брюстер, закрывая папку от постороннего взгляда. – Только я должен быть уверен, что вы без оружия.
Хазарин засмеялся.
– Я же чародей, господин майор! Могу причинить вред на расстоянии, если бы так сильно захотел вам навредить! Но проблемы со здоровьем решаются тактильно, а не с помощью молний или заклинаний.
– Черт с вами, щупайте мои чакры, – пошутил англичанин. – Авось что-то и найдете.
Хазарин зашел за спину Брюстеру и приказал тому сесть прямо, не прислоняясь к спинке стула. Он уже давно понял, что у майора обыкновенное защемление нерва и неправильно сросшийся шейный позвонок. Позволив своим рукам напитывать Силой весь позвоночник, Хазарин направил импульсы в сторону нерва, разогревая его. С этим проблем не было, а вот третий позвонок нужно было исправлять. В результате неправильного положения нарушалось кровоснабжение головного мозга. Аура в этих местах клубилась грязно-коричневой кляксой, как обычно бывает при большой проблеме. Болезнь запущена, и причем давно. Нерв он исправил сразу, а вот с позвонком повозился. Ведь нужно изменить структуру хряща, осторожно поместить его в то самое место, где он изначально и был. Придется руками поработать. Активировав внутреннее зрение, Хазарин стал осторожно разминать шею руками, постепенно «ломая» сросшиеся ткани. Искорки медицинских помощников в виде жгутиков и прыгающих клякс окутали проблемную зону наподобие местной анестезии. Брюстер уже поплыл и не понимал, что с ним делают. Расслабившись, он впал в какую-то прострацию, что для Хазарина было хорошим знаком. Лечение шло успешно. Коричневое проблемное пятно постепенно суживалось, теряя свои очертания. Позвонок легко встал на свое место. Теперь нужно его как-то обезопасить от резких движений. А то сейчас майор обрадуется небывалым легким ощущениям, поскачет аки подросток и получит новую проблему на ровном месте.
  
Надавив на виски толстяка, Хазарин погрузил его в медитативный сон, одновременно с этим ускорив процесс регенерации. А сам отошел в сторону и устало присел на свой стул. Спина неприятно взмокла; ему захотелось принять душ и освежиться. Внимание привлекла папка на столе. Оглянувшись по сторонам, особенно в сторону полога, за которым стоял часовой, Хазарин осторожно открыл тисненую корочку с металлическими замками и встал таким образом, чтобы внезапно вошедший кто-то из командного состава не поймал его на чтении секретной информации.
В папке ничего сверхсекретного не обнаружилось. Обычные списки по хозяйственной части, доклады, документация, квитанции. Видно, Брюстер занимался обеспечением контингента, а не рассматривал дело Ломакина. Пожав плечами, Хазарин оставил в покое документы, разбудил майора и еще долго выслушивал восторженные возгласы офицера. Усмехнувшись, напросился на рюмочку отличного коньяка, когда появится возможность.
После этого он вышел из палатки и поинтересовался у часового, где найти полковника Штаубе или баварских егерей. Придав своему виду суровости, молодой пехотинец с автоматом на плече махнул в сторону темно-зеленых палаток, тянущихся слева от командного штаба, где сидел Брюстер, и пренебрежительно ответил:
– Колбасники сейчас на полигоне, а Штаубе совсем недавно зашел в свою палатку. Видите, где штандарт с золотыми львами висит? Вот туда и топайте, сэр.
– Спасибо, – Хазарин выбрал направление и вскоре уже был у командной палатки полковника.
Штаубе, в противовес английскому майору, оказался высоким худощавым мужчиной лет сорока пяти; подтянутый, гладко выбритый и пахнущий одеколоном с резким запахом цитрусов. Слегка удлиненное лицо полковника уже успело набрать мартовский загар. Немудрено, так как в этих местах солнце светило небывало яростно, но воздух до сих пор был холодным.
Баварец сидел за походным пластиковым столиком и занимался разборкой пистолета, аккуратно раскладывая на газетном листе мелкие и крупные детали оружия. Тут же стояла масленка.
Подняв голову, полковник с удивлением взглянул на Хазарина, получившего разрешение на вход. Он-то ожидал кого-то другого, но никак не гражданского на закрытом объекте.
– Герр Штаубе? – на всякий случай вежливо поинтересовался волхв.
– Он самый, – у баварца были необыкновенные глаза с глубоким голубым цветом. – Кто вы такой, господин незнакомец?
От Штаубе внезапно повеяло Силой. Это было так неожиданно, что Ломакин слегка оторопел. Ранговый маг высокого уровня, хотя до него самого не дотягивает.
– Шварц, – коротко ответил он. Наверное, о таком персонаже здесь уже давно знают. Если резидент-британец не врал.
– А-а-а! Тот самый? – мгновение, и мощная защита, обволакивавшая баварца, исчезла. Он встал и энергично протянул руку Хазарину. – Добро пожаловать в нашу дыру, господин маг!