Восхождение

– Это я-то слоник? – с наигранной обидой спросила Тамара и обняла сидящего Никиту за плечи. Через тонкий повлажневший халатик он ощутил изгибы ее тела и внезапно понял, что сейчас он ничего делать не будет. За окном уже сгущались сумерки, но времени, чтобы уделить любимой свое внимание, должно хватить. – Назаров, ты эгоистичный мальчишка, даже не замечающий, кто перед тобой стоит!
– Насчет эгоиста ты не права, – Никита встал и оглядел Тамару. Жена накрутила на голову тюрбан из полотенца и, раскрасневшаяся, уперла руки в бока. – Я очень даже хорошо вижу….
Сузившиеся от ожидания совершенно других слов ее глаза намекали на большие неприятности, если Никита не предпримет каких-то мер. Но потом Тамара фыркнула от смеха, увидев, что молодой муж уже не контролирует себя. Уперлась пальцем в его грудь и надменно произнесла:
– Пока я сушу волосы и крашу ногти, бегом марш в ванную комнату. Мыться, бриться и думать только обо мне, какая я хорошенькая. Никаких других мыслей, понял? Запрещаю даже на секунду думать о работе, учебе и прочих неприятных делах… Твой халат висит за дверью в ванной, не ищи его здесь. Полотенце там же на полке. Я уже все приготовила. Шагай уже, а не наглаживай мою попу!
И засмеялась, отталкивая Никиту от себя.
– Не понимаю, зачем на ночь красить ногти? – пробормотал Никита, отходя к столу и закрывая кейс с тетрадями.
– Вы, мужчины, никогда не поймете этого. Поэтому не задавай лишних вопросов.
На следующий день после занятий Никита выловил в длинных сумрачных коридорах полковника Затонского, удачно оказавшегося в этот момент в Академии. По расписанию сегодня у него не было лекций, но некоторые дела заставили его приехать из ВВА. Увидев Никиту, руководитель кафедры прикладной магии обрадовался. Видать, накопились вопросы, которые нужно было срочно разрешить. Затащив Назарова в свой кабинет, первым делом выразил соболезнования, а потом объявил:
– Твоя модель активной карты проходит апробацию в отделе боевой магии. Специалисты доводят до ума детали и через пару месяцев начнут обкатку планшетов на полигоне.
– И как удалось привязать клиента к точке на карте, господин полковник? – стало любопытно Никите. Он сел на скрипнувший стул напротив Затонского, разложившего на столе темно-зеленую папку с чертежами на калькированной бумаге.
– Пока решили взять у добровольцев кровь и внесли данные в базу. По ауре крови все работает отлично. Сами планшеты пока вышли громоздкие. Слишком много требований для них: устойчивость к ударам, водонепроницаемость, надежность корпуса. Но над этим работают. Посмотрим, как они поведут себя на испытаниях. Вижу какие-то сомнения?
– Нет, все просто отлично, – закивал Никита. – Теперь вопрос: а кто получит право на изготовление продукта, если он пройдет испытания?
– Ах, вот ты о чем! – засмеялся Затонский. – В молодом волхве Назарове, не лишенном честолюбия, вдруг взыграл коммерсант! Я так полагаю, дело в патенте и в желании взять в свои руки изготовление планшетов в промышленных масштабах?
– Ничего подобного, – покраснел Никита, уязвленный догадкой полковника. – Я же знаю, что планшет можно изготовить на колене в полевых условиях. Любой волхв справится с таким заданием. А вот по поводу патента я бы согласился.
– Деньги кончаются? – подтрунивал Затонский.
– Ага, считаю и рыдаю, – усмехнулся Никита. – Нет, я хочу оградить свою разработку от наглого копирования. В девяностых годах в Америке работал маг-прикладник, некий Джон Коулмен. С его трудами я ознакомился, откуда и черпал идеи. Он шел по тому же пути, что и древние алхимики: поиск человека по компасу с помощью крови. Поэтому все свои разработки строил на основе именно этого предмета, совершенно забыв о магнитных возмущениях, влиявших на прибор. Физические свойства земной стихии всегда проявлялись в аномалиях, сбивали точные настройки.
– Да, я тоже читал об этом, но мельком, – признался полковник. – Не мои интересы, всего лишь общее развитие для учеников. Ну, так что с этим Коулменом?
  
– Прибор он доработал, запатентовал некоторые фишки, – пожал плечами Никита. – А вот нанести на активную карту, причем любого формата и назначения, не догадался. Если наши волхвы придумают, каким способом еще закрепить на карту ауру человека – буду только рад.
– Что ж, тогда придется подготовиться для получения привилегий. Заседание Бюро патентов проходит раз в месяц. Когда хочешь выступить?
– Через месяц, – тут же ответил Никита. – У меня почти вся документация готова. Отшлифую за оставшееся время… Но я с другим вопросом к вам, господин полковник.
– Слушаю…
Через четверть часа после обстоятельного доклада Никиты полковник Затонский молча созерцал этого юнца, поражаясь, насколько он переполнен идеями, опережающими развитие военной мысли. О защитных комплектах для бойцов действующей армии дело не дошло по причине дороговизны изготовления и просто нецелесообразности вводить новейшие разработки в области военной магии. Да, у спецподразделений были бронежилеты повышенной прочности, с вмонтированными в них амулетами дополнительной защиты… Но чтобы создать индивидуальную защитную броню из композитных легких материалов, пропитанных насквозь магическими плетениями защиты и нападения, с возможностью увеличить физические кондиции бойца, облаченного в такой артефакт, – до такого даже архимаги Генштаба не додумались, потому что вовсе не озадачивались таким вопросом. Зачем, если есть апробированные «сферы», «купола», «отражатели» и прочие магические способы защиты боевых подразделений?
Затонский опустил взгляд и разложил перед собой бумаги, которые ему дал Никита. Изучал несколько минут, но думал о другом. Полковник сразу сообразил, что материал для легкого защитного костюма обойдется казне в кругленькую сумму, а вот энергия, запитанная в его слои – почти даром. Назаров обещал в своей докладной записке взять на себя дополнительные расходы по изготовлению опытных образцов в количестве десяти штук. Вот только композиты ему недоступны на данный момент. Затонский напряг память. Надо выяснить, кто изготовляет полипропилен, фибру, различные наполнители для компонентов «живой» брони. Этот термин полковник прочитал в докладной записке Назарова. Хм, действительно, «живая» броня получается. Костюм состоит не из пластинчатых модулей, а представляет некий однородный комбинезон с многослойным наполнителем из упругих композитов в виде пчелиных сот. Основу защиты составляют нанесенные на внешнюю ткань магические руны, которые будут подпитываться из второго слоя, так сказать, «аккумуляторами» в виде микроскопических модулей высокой мощности. Они растекаются по всему слою и подпитывают тот участок «брони», который получил повреждение. Время восстановления – от пяти до десяти секунд, вычисленное теоретически. Это пока не дошло дело до боевых испытаний. Неплохо, совсем неплохо. Десять секунд хорошо подготовленный боец переживет. Что еще? Третий слой тоже представляет собой амортизирующую прокладку, чью роль будут играть определенные по функциям модули. Тоже неплохо. Четвертый слой – страхующий, и самый главный, если «броня» не выдержит близкого разрыва обычного артиллерийского снаряда или прямого попадания пули калибра 12,7. Затонский несколько раз перечитал эту характерную запись. Да. С глазами у него все в порядке. Именно так, с припиской, что допускается попадание и большего калибра.
– А выстрел из базуки броня такого уровня выдержит? – решил пошутить полковник.
– Могу доработать, – серьезно ответил Никита. – Увеличится лишь вес комбинезона на несколько граммов. Как ни странно, магические скрипты тоже имеют некоторый вес. А для отражения выстрела из гранатомета потребуется расширить площадь применения закладок.
– Вот значит как, – медленно проговорил Затонский. – А ведь может и выгореть проект, хотя чувствуется лихая авантюра в данном проекте. Постараюсь быть убедительным. И все же, ответь мне, Назаров. Для каких надобностей сея броня? – с любопытством, придя в себя, спросил полковник, аккуратно складывая листы в стопку.