Драго. Том 2 (СИ)

Маша Легран. Личное знакомство с которой – мой сильный козырь в рукаве.
Открыв в дополненной реальности меню командира отряда, создал предварительно боевую задачу – оставив пустыми большинство строк, утвердив лишь состав отряда. После этого нашел опрометчиво убранные с глаз разведанные, подтянув их и прикрепляя к боевой задаче. И после этого, зацепив взглядом пиктограммы бойцов отряда, выбрал иконку Войцеха, передавая ему командование операцией. Поляк, увидев перед собой сообщение, на пару мгновений замер, а после повернулся ко мне.
– Либерману надо отдать, – произнес он.
– Что ему отдать? – не сразу понял я.
– Командование операцией.
– Дядюшке Абраму?
– Да. Я простой отставной жандарм, а он уже командовал разведротой и гонял по пустыне эфиопов и легионеров еще тогда, когда нас с тобой даже в проекте не было.
– Он же сказал, что служил в разведроте, не командовал?
– Он сказал «начинал служить». Ты его биографию не знаешь разве?
– Эм… да нет, глубоко не копал.
Если честно, вообще не копал. Просто положился на мнение Моисея Яковлевича, что «…Аб-бгам Сег-геевич очень уважаемый и г-газностогонне газвитый человек, с весьма обшигх-х-х…. с весьма обшиг-х-х-гх-хными связями в самых газных сфегах».
Ну да, а ведь кстати: только сейчас вспомнил, что, рекомендуя мне дядюшку Абрама, Моисей Яковлевич, как мне сейчас очевидно, явно волновался и хотел многое рассказать. Я тогда, правда, как обычно торопился и даже слушать не стал. А зря.
– А зря, – словно эхом моих мыслей повторил Войцех.
– В пару слов?
– Опасный он человек, если в пару слов.
– Понял. Ладно, с этим позже. Передавай ему командование операцией.
Кивнув, Войцех замер, и через пару мгновений положение меню отряда изменилось, и командирский отсвет в отношение боевой задачи получила пиктограмма дядюшки Абрама. Тот никак не отреагировал, продолжая держать наизготовку стрелковый комплекс и водя стволом из стороны в сторону, периодически его опуская и поднимая. Явно настраивал прицел и отображение информации в дополненной реальности во время положения оружия наизготовку.
Еще примерно несколько минут потребовалось всем, чтобы интегрировать бронекостюмы с оружейными комплексами. Я, как обычно – из-за отсутствия личного терминала, оказался последним. Так что, закончив, все молча и терпеливо дожидались меня.
И когда я наконец закончил настройку, прошел в центр комнаты. Остальные встали рядом, образуя круг. Лишь Чумба маячил позади и в совещании-брифинге принять участие не мог – мы сейчас все уже в глухом режиме брони, общаемся посредством таксети.
Но Чумбе участвовать и нет необходимости. Во-первых, бурбону просто неинтересно обсуждение, а во-вторых, все что ему нужно – убивать. А когда и как это нужно будет делать, я скажу и покажу.
  
Глава 4
 
На некоторое время повисло молчание. Все ждали моих слов. Я же говорить не начинал – тема сложная. Думал, осматривая всех. Была такая возможность – несмотря на то, что забрала шлемов глухие, тактическая сеть дорисовывала лица.
Надо кстати это дело отключить. Надо вообще все лишнее отключить, чтобы в ненужный момент система не подвисла. Даже несмотря на модернизацию не думаю, что бронекостюм Варриор сможет выдавать боевые возможности на максималках.
Надо будет отключить, но потом.
– Сейчас попрошу всех слушать, и думать над услышанным. Считайте это не брифингом постановки задачи, а совещанием. Мне очень нужно ваше мнение.
Выдержав паузу, для осмысления остальными сказанного, я заговорил. Начав издалека:
– Однажды ученый рабби Иосиф Соловейчик разговаривал с учениками и один из них задал ему странный вопрос: разрешено ли пить молоко вместо вина на Седер Песах? «Тебе запрещено пить по состоянию здоровья?» – спросил рабби. «Нет, просто вино для меня сейчас – слишком дорого». Вместо ответа рабби дал ученику двадцать пять долларов, и ученик ушел. И когда он ушел, другие ученики начали задавать вопросы: «Рабби, почему ты дал ему двадцать пять долларов? Ведь пять долларов для покупки вина было бы более чем достаточно. – Если он собирался на Седер Песах пить молоко, – ответил рабби Соловейчик, – это значит, что у него нет денег на мясо, так как еврейский закон запрещает есть мясо с молоком. А это в свою очередь значит, что сейчас у него нет денег не только на вино, но и на мясо, и на все остальное. Я дал ему достаточно денег для того, чтобы он купил не только вино, и смог отпраздновать Седер Песах как следует».
 
Никто пока (кроме дядюшки Абрама, который наверняка знал золотые правила еврейского бизнеса) ничего не понял. Но понимание мне пока и не было нужно. Завладевая вниманием слушателей серьезными проблемами, я заговорил, конкретизируя:
– Вы все сегодня видели мадам Жаклин, мою новую подругу и клиентку. Сейчас она преследуема каннибалами из Кигунгули за то, что, так получилось, случайно увела их деньги. Большие деньги. Наша задача – защитить мадам Жаклин, выбить каннибалов из Кигунгули, а после раздать призы всем сочувствовавшим, – многозначительно посмотрел я на Войцеха, намекая на «друга Вальдуша».
Войцех только многозначительно усмехнулся. Так, похоже друг Вальдуш свое уже получил – судя по улыбке Войцеха, сомнений в этом у меня не возникло. Когда он успел только? Ему и Жаклин надо было в надежное место определить, и с Вальдушом получается разобраться…
Спрашивать об этом не стал. Просто выдержал паузу, и довольно подробно рассказал всем о том, что узнал от Жаклин. И конкретно насчет ее деятельности, и более широко – по каннибалам, которые уже через несколько дней собираются стать частью мирового сообщества, будучи признанными Колониальным комитетом ООН. Что, в свою очередь, подарит нам таких соседей, который с поддержкой от ЧВК Карателей Легран просто выкинут нас с Полигона. И когда подробно рассказал обо всем этом, озвучив наши перспективы, вернулся к озвученной в самом начале совещания притче.
– Рабби, как вы помните, дал своему ученику не пять долларов, которых хватило бы только на вино, а двадцать пять, чтобы ему хватило на празднование Пасхи. Потому что сороковое золотое правило ведения бизнеса по-еврейски гласит: «Иногда надо дать больше, чем достаточно, если ты действительно хочешь дать достаточно». Поэтому, руководствуясь данным правилом, я думаю, что нам стоит разнести каннибалам будки так, чтобы их просто не осталось на этом острове. И думаю, это та самая черта, только лишь за которой мы сможем дать достаточный ситуации ответ.
Некоторое время стояло молчание, после чего дядюшка Абрам покачал головой.
– Если мы вынесем с острова каннибалов, превратив их в кровавый фарш, ты приобретешь очень серьезного врага в лице Карателей Легран.
– Я договорюсь.
– С кем?
– С Машей Легран, напрямую.
– Ты думаешь, Маша Легран – это вся корпорация?
– Нет, но….
– Представляешь, сколько усилий им потребовалось, чтобы провести признание Гамамбилу в Колониальном комитете? Причем вряд ли этим занималась сама Маша, с которой у тебя судя по всему есть знакомство, это плод работы всей корпорации СМТ. Ты это понимаешь?
– Понимаю.
– А ты, если таки уничтожишь каннибалов, просто превратишь в прах труд сотен людей. Причем труд, на который затрачено наверняка немало ресурсов – ты хоть представляешь, сколько стоит купить решение в Колониальном комитете?
– Представляю.
– Как думаешь, простят тебе такое? Безотносительно Маши, с которой ты порешаешь вопрос.
Об этом я, кстати, думал. Недолго, но очень плотно – в те моменты, когда время было. Пока, например, плыл к яхте по ночному океану. И додумался до того, что прекрасно понял заинтересованность Доминики в том, чтобы именно я поскорее разобрался с каннибалами. Потому что тогда я гарантированно оказываюсь на противоположной стороне баррикад от ЧВК Легран.
 
Понятно, что с Машей я могу договориться, поэтому подобное положение дел меня не особо пугало. Но с точки зрения Доминики, которая не знает о моей более чем тесной связи с Машей, я оказывался полностью в зоне ее контроля. И варлорд Драго Младич – после уничтожения каннибалов, становится управляемой пешкой корпорации Некромикон. Потому что если варлорд Драго Младич лишится поддержки корпорации Некромикон, после всех своих действий, дня не проживет.