Граф Брюс (СИ)
Что я буду потом объяснять — ума не приложу! Человек из моего родного мира, знавший, кто я такой на самом деле, явился в мой дом и настаивает на встрече. Тут довольно сложно придумать устраивающие всех объяснения.
Гость нарушил все протоколы безопасности и поставил под угрозу мою легенду. Предполагаю, у него были чертовски веские причины так поступить.
— Садись, — на родном языке произнёс я, делая приглашающий жест.
Мужчина лет сорока, высокий, худой, с густой рыжей бородой, придающей ему вид то ли геолога, то ли учителя географии, был одет неброско. Преимущественно в светлые тона: бежевые брюки, светло-зелёная куртка и выглядывающая из-под неё белая футболка с красно-чёрным принтом: «Если жизнь подкинет тебе проблемы — используй как трамплин».
Войдя в дом, он снял клетчатую кепку и оказалось, что его голова наголо выбрита. Отразив ею свет электрической лампочки, он безошибочно нашёл глазами меня и молча кивнул. После чего замер, ожидая, куда я его поведу. Вот тут-то наша перепалка с Ринко и состоялась. Я победил. Надеюсь.
На всякий случай показав лисе кулак и повторно потребовав от неё, чтобы она не подслушивала (во что не очень верил), вошёл в комнату вслед за Унием. Который тут же замер напротив гостя. Я закрыл за собой дверь. Уселся в кресло и требовательно произнёс:
— Кто ты и зачем пришёл?
Несколько секунд незнакомец молчал. Медленно переводил взгляд с меня на здоровенного мастифа. А потом неожиданно улыбнулся.
— Тебе понравилась сегодняшняя маленькая демонстрация?
Говорил он на языке нашего мира, но с каким-то неуловимым акцентом. Ни разу не слышал такой в Ленове. Он что, из другого города? Мостан, Андрил или Дажссан? И о чём он вообще говорит? О какой демонстрации?
— Уний! — шепнул я, и огромный пёс угрожающе зарычал, надвигаясь на гостя. Когда тот вжался в кресло, продолжил говорить уже с нормальной громкостью. — С твоей стороны крайне невежливо приходить в мой дом, и начинать беседу с загадок. У меня был сложный день, и я этого не оценил. Давай попробуем ещё раз. Твоё имя, из какого ты города, и какого чёрта тебе здесь понадобилось?
— А иначе спустишь на меня пса? — незнакомец быстро оправился от первого страха.
— Возможно.
Делать это было совсем необязательно. Незнакомец не был магом, так что мне хватит и собственных сил, чтобы с ним справиться. На всякий случай я даже начал строить каналы из «дымки», которые уже были готовы пробить его энергетическое тело и пустить ки.
— Не станешь. — он вновь оскалился, но тут же вернул на лицо серьёзное выражение лица. — Хорошо, признаю. Мы начали не с того. Меня зовут Иган Брен. И я из Неблина.
— Неблин погиб…
Ошарашить он меня сумел. После его слов в моей голове воцарился настоящий сумбур. Единственное, на что меня хватило, это высказать то, в чём я был твёрдо уверен. Неблин — пятый город моего родного мира — перестал выходить на связь много лет назад. Задолго до моего рождения. Все были уверены, что там отказали системы жизнеобеспечения. Или закончилась энергия, которая их питала.
И вот заявляется человек, и утверждает, что всё не так?
— Нет. Неблин жив, — поправил меня Иган Брен. — Я покинул его пять лет назад.
Его ответ породил множество новых вопросов. Что случилось с пятым городом? Почему он все эти годы не выходил на связь с другими поселениями? И зачем неблинец заявился ко мне сейчас, да ещё и в другом мире?
Но ни один из них я озвучивать не стал. Вспомнил, с чего начался наш разговор и спросил про это.
— Сегодняшний захват заложников в школе. Это сделано по моему приказу. — ответил мужчина.
— Но зачем⁈
— Чтобы привлечь твоё внимание и обеспечить более выигрышную позицию на переговорах.
Я, как дурак, захлопал глазами. Несмотря на полную абсурдность подобного заявления, оно, как ни странно, очень многое проясняло. Те несуразности сегодняшних событий, на которые я уже обращал внимание. В поведении лже-террористов, в частности.
— Ты отправил ряженых, чтобы привлечь моё внимание? Захватил целую школу и устроил какой-то цирк только для этого? А по-другому нельзя было? Сейчас же тебе ничто не помешало прийти поговорить!
Иган Брен покровительственно ухмыльнулся.
— Понимаю, как это выглядит. Но выбора у нас не было. Нужно было продемонстрировать свои возможности.
— Зачем?
— Позволь мне сперва рассказать тебе немного о Неблине, — ушёл от вопроса гость. — Некоторое время назад наш город работал с другим миром. Но потом столкнулись там с джассанцами. Мы не знали, что они тоже его выбрали. Сначала не придали этому значения — мир был плотно заселён и нам казалось, что места хватит для всех. Вот только святоши из Джассана думали иначе. Им удалось выявить наших Кочевников и уничтожить их. Судя по тому, что сообщил Маяку последний из них перед тем, как перестал выходить на связь, эти фанатики поставили себе полностью искоренить конкурентов.
Про город Джассан в Ленове знали немного, но то, что говорил Иган Брен было похоже на правду. Там действительно жили нетерпимые религиозные фанатики, которые могли поступить таким образом.
— Для чего ты мне это рассказываешь? — спросил я.
— Немного терпения, — попросил гость. — Чтобы ты лучше всё понял. Так вот, когда наша программа Перехода в тот мир закончилась гибелью Кочевников и потерей связи, Джассан нанёс новый удар. Им удалось проникнуть в Неблин, и ударить по Школе. И хотя мы перебили всех диверсантов, своей цели они достигли. Неблин потерял большую часть одарённых, которые только готовились стать Кочевниками.
Как бывший житель Увядающего Листа, я понимал, что это значило для города. Почти полная остановка колонизации других миров. С одного неблинцев уже вышвырнули — сомневаюсь, что после убийства Кочевников джассанцы оставили в покое простых людей — а для освоения нового не было Кочевников.
— Почему они так поступили? — несмотря на то, что сам Иган Брен был мне не очень приятен, история падения Неблина меня зацепила.
— Кто знает, что в голове у фанатиков? — вопросом на вопрос ответил тот. — Может быть, они решили, что спасения заслуживают только истинно верующие, а все остальные должны погибнуть вместе с миром? В любом случае после того нападения Джассана, Неблин полностью отказался от общения с другими городами, усилил меры безопасности и начал готовить тех немногих одарённых, что выжили. Через несколько лет нам удалось отправить первого Кочевника в этот мир. Спустя годы — ещё двоих. У жителей появилась надежда. Но прожила она недолго.
Я уже примерно понимал, что он скажет.
— Ваших Кочевников снова стали убивать?
— Да. Четыре года назад был убит последний. Те, кто уже совершил Переход, оказался отрезанным от Неблина. Мы больше не знали, стоит он ещё или фанатики вновь атаковали его.
— Мне жаль, — я в самом деле сожалел о том, что пришлось на долю неблинцев. Но куда больше меня интересовало другое. — Как они находят ваших Кочевников? И как вы нашли меня?
Но тут мой словоохотливый собеседник вместо ответа лишь со значением ухмыльнулся. И я понял, что он мне ничего не скажет. При этом чётко давая понять, что способ такой у них точно имеется.
— Теперь, когда ты понимаешь, в каком мы оказались положении, тебе должно быть ясным и то, почему мы хотели привлечь твоё внимание, — произнёс Иган Брен.
— Можно было просто прийти и поговорить…
— Мы больше никому не верим. И разговоры предпочитаем вести так, чтобы не услышать отказа. Акция со школой должна была тебе это показать. Теперь ты отлично понимаешь, кто мы, в насколько отчаянном положении находимся, и какими ресурсами располагаем, чтобы добиться своего. Нам нужен Кочевник. Ты.
К этому предложению, от которого, по мнению гостя, я не мог отказаться, всё и шло.
— Если я скажу «нет»? Убьёте меня?
— Нет! Зачем? — мужчина даже рассмеялся. Но после этого сразу же сделался серьёзным. — Но сделаем так, что ты больше ни одного леновца сюда не приведёшь.