Люблю тебя (СИ)

Дима звонит через два дня. Меня удивляет, что он все сделал так быстро. Но потом я снова вспоминаю, что Соболев хакер, и все становится на свои места. Дима узнал, где живет Серый. По его словам, оба дня он выходил из дома и возвращался в одно и то же время. Это еще не все. Дима распечатал фотографии Серого с уличных камер видеонаблюдения, так что у меня теперь есть его физиономия крупным планом. Как Диме это удалось, не спрашиваю. Он хакер.
Долго сомневаюсь, показывать ли Лиле фотографии отморозка. На всякий случай. Вдруг все-таки не он? Мало ли. Может, Антон нас обманул. В итоге решаю показать Лиле снимки прежде, чем приступать к главному. От одного взгляда на морду отморозка Лиля сначала бледнеет, а потом начинает рыдать как не в себе. Сто раз пожалев, что показал ей фото, успокаиваю любимую, как могу.
Без слов понятно, что это один из них. Но потом Лиля произносит то, что заставляет меня возненавидеть отморозка еще больше:
— Это тот, что хотел меня изнасиловать.
Когда я слышу эти слова, у меня срывает чеку. Мне стоит огромных усилий усмирить свою ярость и не отправиться к отморозку прямо сейчас с пистолетом. Видимо, у меня настолько сильно перекашивается лицо от ярости, что это пугает Лилю. Перестав плакать, она хватает меня за плечо.
— Нииик, — зовет взволнованно. — Пообещай, что ты не убьешь его.
Молчу. Руки в кулаки сжимаю. Зубы стискиваю. Сука… Как же меня кроет.
— Нииик, — снова зовет. — Пожалуйста, Ник. Ты же не преступник, как они. А зачем ты вообще собрался с ними встречаться? Пойдем писать заявление в полицию! Мы же знаем имена исполнителей.
Глупое предложение Лили вызывает во мне только саркастичный смех.
— В ту самую полицию, которая закрыла твоё дело? Может, еще и следователю тому позвонить? У меня где-то был его телефон. Мама дала.
— А что ты собрался делать!? — паникует. — Решил устроить самосуд? Так тебя самого посадят!
У меня есть план, что сделать с этим отморозком. И Лиле его лучше не знать.
  
Глава 47. Демоны
 
Никита
К встрече с отморозком я готовлюсь тщательно. Выбираю помещение, в котором встречусь с ним, заранее привожу туда все аксессуары, которые мне понадобятся для нашего разговора, нанимаю бригаду врачей и закупаю новейшее медицинское оборудование. На случай, если отморозку придется спасать жизнь после нашего разговора. А я почему-то уверен, что именно так и будет.
Когда у меня все готово, отдаю команду привезти ко мне гопника. Двое людей, которых я нашел через Лилиного телохранителя, поджидают Серого возле его дома. Как только он выходит из подъезда, накидывают ему на голову мешок, пшикают баллончиком со снотворным и привозят ко мне.
Я жду, наверное, пару часов, когда он проснётся. Пока спит, привязанный к стулу, внимательно его разглядываю. Классический отморозок из сериалов про девяностые: спортивный костюм, вонища за версту дешевыми сигареты и алкоголем, помятое лицо. Достаточно молодой. Я бы дал ему лет тридцать, наверное. Живет в пятиэтажке в спальном районе Москвы. Вряд ли приезжий. Скорее всего, москвич. Антон сказал, что из всех троих, напавших на Лилю, этот самый конченный.
Отморозок сначала начинает мычать что-то нечленораздельное, а затем поднимает голову и открывает глаза. Сначала смотрит на меня бычьим взглядом, потом оглядывает пространство. Я арендовал большой ангар на окраине Москвы. Отморозка никто не услышит, когда он будет кричать.
— Ты кто такой? — басит.
Я сижу на стуле ровно напротив Серого. Примерно в метрах десяти. Устраиваюсь поудобнее, скрещиваю руки на груди.
— Меня зовут Никита Свиридов. Тебе о чем-нибудь говорит мое имя?
Отморозок прищуривается. В его дегенератной башке закрутились две извилины, запустив важный мыслительный процесс.
— Что тебе от меня надо?
Серый уже полностью очухался ото сна. Сел настолько прямо, насколько позволяют связанные сзади руки.
— Я хотел познакомиться с тобой лично. Поговорить о жизни, задать несколько вопросов.
Отморозок скалится, демонстрируя отсутствие нескольких зубов.
 
— Шмуля так мало тебе платит за избиение людей, что ты не можешь сделать себе зубы? — спрашиваю. — Или у тебя такой стиль?
Молчит, впившись в меня маленькими глазами. Я встаю с места и принимаюсь расхаживать по ангару.
— Знаешь, а ваш криминальный мир очень занятен, — говорю громко. Мой голос отдаёт эхом в почти пустом помещении. — Я никогда раньше не сталкивался с криминалом. Если честно, даже не знал, что он существует. Ну, я, конечно, слышал всякие истории про девяностые, но что это все продолжает существовать и сейчас, честно, не знал.
— Потому что ты белоручка, который вырос на мамкиной сиське, — пренебрежительно бросает. — Что ты вообще знаешь о жизни? Ты ее даже не видел.
— О как! — поднимаю вверх указательный палец. — Я не видел жизни. Интересное заявление. Я его обдумаю.
— Выкладывай, зачем притащил меня сюда, — требует борзым тоном.
— А ты еще не догадался?
— Догадался.
— Тогда зачем спрашиваешь?
— Не понимаю, что ты хочешь от меня услышать. Извинений? Лучше спасибо скажи, что телку твою живой оставили, да по кругу не пустили. Все могло бы быть гораздо хуже.
Мои внутренние демоны срываются с цепи сразу, как только отморозок произносит слова «да по кругу не пустили». За пару секунд преодолеваю расстояние между нами и со всей силы бью его кулаком в пропитую морду. Серый валится на бетонный пол вместе со стулом. Из его рта вытекает ручеёк крови.
— Кажется, я выбил тебе еще один зуб. Ну, думаю, ты не расстроился.
— Гнида, я урою тебя, — шипит, выплевывая кровь. — Развяжи меня и сразимся на равных.
— Я тебя не развяжу еще очень долго. А когда развяжу, ты прямиком отправишься на скамью подсудимых.
В ответ мне глухой зловещий смех.
— Думаешь, напугал меня?
— И в мыслях не было тебя пугать. Просто предупредил, что тебя ждет.
— А тебя за похищение человека не ждет скамья подсудимых?
— Не-а.
— Мои кенты могут написать заявление в полицию о том, что я пропал.
Мне аж смешно становится. Начинаю громко смеяться. Хохот разносится по ангару эхом. Отморозок и бандит пугает долларового миллионера полицией. Где это записать? Нет, если бы мы находились в Германии, то за похищение человека меня, конечно, ждала бы скамья подсудимых, несмотря на мои деньги и статус. Но мы же не в Германии.
Поднимаю стул с Серым. У него продолжает течь кровь изо рта. Смотрю на часы на запястье. Пора приступать к делу. Некогда церемониться с ним.
— Ты работаешь под Шмулей. Расскажи, как с ним встретиться?
— Ни хуя я тебе не расскажу. Я своих не сдаю. А кто сдал тебе меня, обязательно вычислю и урою.
— Неправильный ответ, — даю ему ногой по морде. Левой. Своей самой сильной.
Отморозок отлетает на стуле на несколько метров.
— Гандон, — доносится до меня. — Ты только так сильный? Когда человек связан?
— А ты сильный только с беззащитными девушками?
— Все-таки надо было пустить твою телку по кругу.
Блядь. Зря он это повторил.
— Давай поиграем в футбол, — снова поднимаю стул с отморозком. — Мне надо отработать пенальти перед Чемпионатом мира.
Беру со стола футбольный мяч, который приготовил заранее. Настоящие футбольные мячи очень жесткие. Людям без опыта больно по ним бить даже в кроссовках. А если футбольный мяч со всей силы прилетит в какую-нибудь часть тела, то не исключён перелом.
— Итак, повторяю вопрос. Как встретиться со Шмулей?
— Сходи к нему в бункер, — зло смеется.
— Неправильный ответ.
Разгоняюсь и со всей силы бью левой по мячу. Он прилетает отморозку ровно в живот. Как я и целился.
Стул с Серым отлетает на несколько метров. Я распорядился купить очень крепкий стул, чтобы не развалился. Вроде пока мое поручение выполнено хорошо. Стул держится. Поднимаю его вместе с отморозком.
— Ну как тебе гол в моем исполнении?