Студентка по неосторожности, или факультет для избранных (СИ)

– Лаки, – Рем нежно обхватил мои ладони и поднёс к своим губам, обжигая дыханием. – Лаки, я бы очень хотел, чтобы ты стала моей айхе, моей наречённой, моей суженной, моей единственной… 
После каждого слова он целовал мою руку, то нежно едва касаясь, то жадно прикусывая чувствительные места и царапая щетиной кожу. Сначала кончики пальцев, потом ладонь, запястье, и так поочерёдно, сокращая дистанцию между нами. Я же, словно бабочка летела на свет, не в силах остановится. Его серые глаза пронизывали меня насквозь. Они будто смотрели в самую душу, сковывали моё тело и разум. И я ждала... ждала, спросит ли он моего согласия… Кажется, предложи Саммерс мне прыгнуть с обрыва, я бы согласилась. Но тут моё здравомыслие забило тревогу и вытащило меня из пучины грёз и фантазий. Я постаралась придать лицу больше серьёзности, я же еще не решила: прощать мужика или нет. 
– Я знаю, что прошло ещё слишком мало времени, и ты меня совсем не знаешь, но просто позволь мне стать твоим другом… Изредка ходить с тобой в кино, а потом… Потом я спрошу у тебя ответ. 
Я смотрела на него с лёгким недоумением и хлопала ресницами, это он, что, так в любви признаётся, подкатывает или что? Делает предложение руки и сердца? Чёрт! Быстрый какой! И как ловко очаровывает. Конечно, Рем мне нравился. Мне в обычной человеческой жизни, такой мужчина мог только сниться. Куда нашим мужикам, с гейскими наклонностями - красится, носить каблуки и делать подтяжку лица - до оборотней… Они стали идеалом любой современной женщины: красивое мужественное лицо, никакой слащавости, развитая мускулатура, с сильным характером, твёрдо идущие к своей цели. Отрицать свои чувства к оборотню, чей взгляд пленил половину девушек, я не собиралась, как и то, что реакция моего тела на него и лёгкая влюблённость не повод для свадьбы._____Желаю всем отличного, плодотворного дня и шикарного настроения!Продолжение завтра)
  
Глава 9.1
 
Со своим бывшим Арсением я встречалась два года, но даже там речи не шло о свадьбе. А что говорить о мужчине, которого я знаю всего пару дней. Да, он меня спас, да он фантастически красив, да, рядом с ним моё сердце замирает, а в животе порхают бабочки, но этого слишком мало, чтобы лечь с ним в постель, и уж тем более мало для помолвки. Мне нужно знать, что это не инстинкты, что это не ради моего тела с геном оборотня, а потому что я действительно ему нравлюсь как внешне, так и внутренне, со всеми своими тараканами и полоумной семьёй. А главное, что все мои чувства не навязаны моей второй животной половинкой и действительно принадлежат мне – человеку. 
Я посмотрела на Рема, перед глазами снова начала подниматься белая пелена, захотелось податься ему навстречу, но я задушила этот порыв. Прикрыла глазки, скромно улыбнулась и ответила тоном леди из пансиона благородных девиц: 
– Конечно, – правда, голос таки выдал моё волнение. 
Рем хищно улыбнулся, потянул меня за руки, которые всё ещё сжимал в своих ладонях, и я упала в его объятия. Дыхание внезапно перехватило, колени начали подгибаться, а мои глаза утонули в его серебристых озёрах. Мне ничего не оставалось, как ухватиться за его мощные плечи, чтобы не упасть. А Рем с удовольствием обнял меня за талию и прижал к себе. 
– Кошечка, – восхищённо прошептал он, касаясь ладонью моей щеки и прижимаясь лбом к моему, – ты будешь моей, – закончил почти в самые губы и целомудренно поцеловал в  уголок. 
Я терялась в его аромате, в нежных касаниях и, кажется, могла упасть, если бы он отпустил меня. Я просто таяла в его руках, слушая жаркий неразборчивый шёпот, и у меня не было ни сил, ни желания сопротивляться. 
– Кошечка, знала бы ты, как действуешь на нас. Ты сводишь с ума… Твой запах слаще всех плодов вселенной. Ты самая желанная женщина во всех мирах… Самый экзотический цветок… Самая… 
Я не знаю, сколько бы мы ещё так стояли в коридоре, если бы не зазвонил мой телефон, напоминая о том, что сегодня у меня занятия по самоконтролю. Громкая музыка подействовала, словно ведро холодной воды, и вернула меня с небес на землю. Я с трудом оторвалась от конфетки, по имени Рем Саммерс, и с лёгким румянцем на щеках пробормотала что-то невпопад, ощущая себя наивной пятнадцатилетней девчушкой, побежала собираться на занятия. 
 
Рем провожал меня лёгкой блуждающей улыбкой и томным взглядом. 
Едва я добежала до своей комнаты и закрыла дверь, как тут же прижалась к холодной стене и сползла вниз, пытаясь осознать то, что натворила и сколько народу нас видело. Хорошо хоть Саммерс держал себя в рамках, но даже это было на грани приличия. Опять его фан-клуб разукрасит стены общаги или мою дверь, а мне отмывать. Я стукнула по стене кулаком. Неужели это стоит бессонной ночи?! «Не попробуешь, не узнаешь!» - шепнуло сердце, бьющееся маленькой птичкой в клетке. 
Я пошла умываться холодной водой, чтобы унять эту слабость и выкинуть ненужные чувства, затмевающие мой разум. 
Только сколько бы воды я ни выливала себе на шею и лицо, ноги продолжали трястись, а жар не унимался. Как итог: пришлось залезть в душ, чтобы прийти в себя. Помогло. 
Быстро переоделась, высушила волосы и перекусила. Всё же обед я пропустила, так как не хотела ни с кем встречаться. Да и ужин тоже. Решив провести это время в душе. Перекусив бутербродом и съев пару конфет, меня потянуло в сон, и жизнь показалась прекрасной. Особенно в связи с тем, что занятие будет проходить на улице, как сообщил Блеквел, на том же месте. Я положила флешку в карман и отправилась на тренировку, с чётким намерением сдать Эндрю ректору, едва тот нарушит границы допустимого. 
Эдриан Блеквел сидел на коврике для йоги в позе лотоса и смотрел на заходящее солнце. Я же глядела на его обнажённый торс, ноги в спортивных узких трениках и гадала: будет он проводить занятие или соблазнять меня?!---------Доборого утра и плодотворного дня)Продолжение завтра)
  
Глава 9.2
 
Куратор, услышав моё приближение, даже не обернулся, и как-то чересчур равнодушно отреагировал: 
– Присаживайся, Лакшми. 
– Так просто: без упрёков, нотаций и обвинений? 
– Савицкая, давай просто спокойно начнём занятие, – устало попросил Блеквел, продолжая любоваться закатом. 
А вечерняя заря и вправду казалась волшебной картиной, только вышедшей из-под руки художника. Красный солнечный диск почти садился за кромку леса, окрашивая небо в лилово-розовые тона. Облака походили на белые клочья сахарной ваты… смотреть на такой закат, хотелось бесконечно. Но, к сожалению, я здесь была не за этим. 
Потому быстро взяла коврик, расстелила его на ровной подстриженной траве, рядом с Блеквелом и, улыбнувшись, уточнила: 
– Что, даже взаимными оскорблениями не обменяемся? 
– Савицкая, ты … ты… 
Куратор явно не мог подобрать слов, в чём я решила ему помочь: 
– Красива, умна и совершенно неподражаема. 
Блеквел бросил на меня усталый взгляд и покачал головой: 
– Савицкая, тебе никто не говорил, что ты слишком высокого мнения о себе? 
– Бабушка всегда ругала меня за слишком низкую самооценку. К тому же бриллиант, всегда будет бриллиантом независимо от огранки и оправы. 
Блеквел о чём-то задумался, сегодня он вообще вёл себя странно. Не кидался на меня с упрёками, не убивал взглядом тёмных глаз. Он выглядел совершенно обычно и совершенно непохожим на себя хотя кто знает, какой он на самом деле. Лично мне всё равно, единственное что важно, Эндрю – источник знаний и временный союзник. 
Поэтому, не задавая лишних вопросов, я тоже приняла позу лотоса. 
Так, мы просидели в молчании несколько минут, пока мне не надоело, и на моё плечо не опустился жук. 
– И долго мы ещё будем смотреть на закат? – поинтересовалась у, решившего превратиться в окаменелость, куратора. После чего скинула с плеча противного жучка. 
Блеквел удручённо вздохнул. 
– Мы обретаем внутренний покой, гармонию с природой, и ты пытаешься самостоятельно вернуться на ту полянку без моей помощи.