Сломленный(DC)

— Леди, попрошу без брани, иначе мне придётся задержать и вас, — другой офицер сделал ей замечание, и она сразу заткнулась. Типичная особа: когда чувствует безнаказанность, орёт больше всех, а как только почувствует угрозу, вся смелость исчезает.
Скорая помощь грузила бессознательного Дерека в машину. Я не жалею о своём поступке, я поступил правильно.
Когда пострадавшего погрузили, полицейские вернулись в машину и молча повезли меня. Я думал о последствиях своих действий: максимум, что мне должны предъявить, это нанесение побоев, а это всего лишь штраф, который я спокойно потяну. Придётся расстроить Элизабет, но тут уже ничего не поделаешь.
Когда машина подъехала к участку, меня вывели аккуратно, с обеих сторон поддерживая, так как я не мог самостоятельно передвигаться. Меня почти сразу отвели в дежурную комнату и приковали наручниками к металлической трубе.
— Так, парень, сейчас мы составим протокол. Как твоё имя? — произнёс офицер. Я стал отвечать на все его вопросы, это была стандартная процедура.
— Всё ясно. По закону ты самостоятельный, и опекунов мы не вызываем. Хочешь ли ты позвонить кому-нибудь? — спросил офицер, казавшийся добрым и сочувствующим.
— Нет.
— Понятно. Тогда следующее: ты нанёс удар Дереку Гимелтону? — спросил офицер. Очевидцев было слишком много, врать бессмысленно.
— Да.
— Какой мотив твоих действий?
— Они устроили надо мной розыгрыш. Облили меня сиропом и перьями, — произнёс я.
— Но сейчас ты вполне чистый, — сказал офицер, и тут я понял, что совершил ошибку. Я смыл следы издевательства, потому что мне ужасно не нравились липкий сироп и перья.
— Там было много людей, и это снимали на видео, — сказал я, точно помня у кого-то из людей камеру.
— Ты ударил его, потому что он был зачинщиком этого розыгрыша?
— Да.
— Мы допросим всех свидетелей, чтобы установить полную картину, — произнёс офицер. Внезапно дверь открылась.
— Так, парень, ты что ему рассказал? Всё, что сказал мой клиент, было совершенно под воздействием обстоятельств. Ну, знаете эту молодёжь: громкая музыка, веселье и алкоголь, — сказал вошедший мужчина. Он был с тёмными волосами, в ярко-синем костюме и с наушником в ухе. Вёл себя вызывающе и постоянно перебивал офицера.
— Тебя здесь не хватало, — сквозь сжатые зубы произнёс полицейский, с явной неприязнью глядя на вошедшего.
— Так, всё, заканчиваем. Вы знаете правила: я его адвокат, — произнёс мужчина. Я смотрел на него с недоумением, он явно не был моим адвокатом.
Офицер всё же подчинился, но с сильной неохотой вышел за дверь.
— Так, парень, я Сол Гудман, и тебе повезло, что пришёл я. Давай посмотрим, что у нас тут. Драка на вечеринке, побои, жертва, так стандартное дело — не больше двух тысяч долларов штрафа для пострадавшего, и на этом всё. Я это организую за совсем небольшую плату скажем — полторы тысячи долларов. Иначе дело может приобрести не самые радужные перспективы, например, арест на пятнадцать суток и штраф в десять тысяч долларов, — произнёс Сол Гудман. Я до сих пор не мог понять, кто он и что ему надо. Я не звал его и не знал, откуда он взялся.
— Извините, но кто вы? — спросил я. Может, это был знакомый, а я просто забыл его.
— Ты что, парень? Я Сол Гудман, адвокат, притом лучший, — произнёс он с улыбкой, словно я задал самый глупый вопрос.
— Но я не нанимал вас, — сказал я.
— Как же не нанимал? Ты совершил преступление, а я адвокат. Мы уже сотрудничаем, — ответил Сол Гудман, словно произнёс самую простую истину.
— Между нами нет никакого договора, я вас даже не знаю, — произнёс я.
— Так, парень, ты, похоже, что-то не понимаешь, да? Давай я тебе всё объясню. На твои перспективы в это деле, я видел того бедного паренька, что ты отделал, такого никому не пожелаешь, уверен он запросить кругленькую сумму за свои увечья, и поверь, потратить три с половиной тысячи долларов — это меньшее из зол, это выгодно, — произнёс он. Хотя он и казался странным, его слова были логичными. Я плохо разбирался в тонкостях закона, и адвокат мне действительно не помешал бы. Но тот факт, что он нашёл меня, а не я его, казался странным. Когда он успел увидеть пострадавшего Дерека?
 
— Ладно, я предварительно согласен на это, — сказал я.
Давайте продолжим редактировать и улучшать текст.
Отступление
Вспоминая те события, я понимал, что это было ещё тем приключением. Наши судьбы связались неделимой нитью, и даже сейчас я не могу уйти от него. Забавно вышло, кто же знал, что всё так повернется. Вернувшись к тому времени, дал бы я по морде тому ублюдку? Однозначно нет, я бы добавил ещё несколько ударов сверху.
Забавно, что потом Сол Гудман рассказал мне, как он нашёл меня. Это было случайно: он ходил по делам в полицейский участок и увидел меня, решил взять клиента в свои руки. Тогда он и вправду даже не знал и не видел того, кого я побил, но умело манипулировал словами и хорошо убедил меня довериться ему и вправду профессионал. Тогда он содрал с меня почти в три раза больше денег, чем взяли бы другие адвокаты.
Что ж, так сложилась моя жизнь, мне не о чем жалеть, лишь становиться всё лучше. Заварив ещё одну кружку ароматного кофе, я вновь принялся ностальгировать.
Конец отступления.
Дальше этот странный для меня адвокат начал раскладывать мне кучу информации: как себя вести, что нужно делать и говорить. Он был необычным представителем данной профессии. Хотя я видел мало адвокатов, у меня было представление, что они все официальные, говорят словами закона и жутко прагматичны. Он же был своеобразный: яркий костюм, небрежная манера речи. Ты не хочешь его перебивать, да и не смог бы даже если бы хотел, он умел говорить это точно.
Я уже видел, что он и вправду знает своё дело, и заплатить ему полторы тысячи — это не так уж и много с учётом моих доходов. Человек стоит своих денег. Всё же полиция предварительно выставила мне обвинение в умышленном причинении вреда. Дерек пока так и не очнулся, ему диагностировали сотрясение мозга, и он находился в коме. Меня отпустили под залог с условием не выезжать из города.
Стало небольшой проблемой то, что трость никто не забрал, и она, похоже, осталась у того дома. Боль и неполноценность в ноге вернулись, поэтому передвигаться самостоятельно мне было трудно. Сейчас была уже ночь, и найти магазин с тростью было невозможно. Поэтому, хромая и напрягаясь, я всё же смог выйти из полицейского участка, где уже подъезжало вызванное такси.
Я не хотел ехать в общежитие, поэтому попросил отвезти меня почти на другой конец города, ко мне домой. У меня не было желания находиться среди тех, кто так разыграл меня, тех, кто ради веселья, готовы унижать других.
Выйдя из машины, я попросил довести меня до дома. В зале горел свет — похоже, Элизабет смотрела фильмы. Поблагодарив таксиста, я зашёл внутрь. На звук открывшейся двери сразу кто-то вышел. В коридоре появилась Элизабет и увидела меня немного потрёпанного. Она сразу подошла ко мне.
— Боже, что с тобой случилось? Ты так неожиданно приехал, мог бы позвонить, я бы забрала тебя, если ты хотел вернуться домой, — произнесла она осторожно, заметив, что я стою, опираясь на тумбу. — А где твоя трость?
— У меня был действительно плохой день, — грустно улыбнулся я.
— Пойдем, я заварю чаю, и ты мне всё расскажешь, — произнесла она, помогая мне дойти до кухни.
Тогда я начал свой рассказ обо всём, что произошло сегодня. У меня даже от эмоций пошли слёзы, но она успокаивающе гладила меня по голове, прижимая к себе. Я был так рад, и мне действительно стало легче от её успокаивающего голоса. Выпив чаю и приняв душ, избавившись от грязной одежды, я лёг в кровать своей комнаты и почти хотел заснуть, как в дверь постучали.
— Брайан, не спишь? — раздался голос Алисы, и, открыв дверь, она прошмыгнула внутрь. — В последнее время я вела себя с тобой плохо, знаешь, прости меня за всё. И те, кто так поступил с тобой, они настоящие подонки. Ладно, не буду тебе мешать, отдыхай. Спокойной ночи, братик, — произнесла Алиса, не дождавшись ответа, и вышла из комнаты.