Пряник и Пшёнка (СИ)

Кажется, Марина Олеговна радовалась за нас больше, чем мы сами смогли бы.
Помыв руки, мы с Тёмой присоединились к готовке. Следом за нами прибежали и девочки, которые сильно нам не помогали, но зато кружили рядом, дегустируя всё, что попадалось под пухлые загребущие ручки.
— Я не понял, — вошёл в дом Михаил Захарович, пахнущий дымом и шашлыком. — А меня забыли, что ли? — скользнул взглядом по столу. — И банки без меня открыли. Списали старика?
— Кто тебя спишет? Самой такой нужен. И где ты найдёшь вторую такую, которая тебя, ворчуна, вытерпит? — делано закатила глаза Марина Олеговна и подошла к мужу, мимолетно чмокнув его в щеку.
— И всё? — совсем ненатурально возмутился мужчина. — Чмок в щёку? Мы пятиклашки, что ли? А розетка?
— Миша! — цокнула Марина Олеговна, вмиг покраснев.
— Ладно. Вечером тебя спою. Вина хватает. А малых на молодежь скину.
— Мы без ночевки, — сказал Тёма, не отвлекаясь от нарезки хлеба.
Эта информация меня не обрадовала. Почему-то я была уверена, что после ужина мы останемся с ночевой. Даже сменную одежду с собой прихватила. Помечтала о том, как мы вместе будем спать в Тёминой комнате в обнимку, разговаривать до рассвета…
— Скучная молодёжь пошла, — вздохнул Михаил Захарович разочаровано, и я вместе с ним.
  
Глава 27. Ольга
 
— Твой приехал, — дёрнул мой напарник по смене в сторону окна.
Слегка отклонившись назад, пригляделась. Точно — мой!
— Подождёт, — нарочито деловито изрекла я, теперь уже трясущимися руками расставляя товар по полкам.
Артём уже месяц заезжает за мной после работы, а я всё никак не могу к этому привыкнуть. Каждый раз как первый. Дрожь, мурашки, желание показать всем, что обо мне заботиться мой парень. Уиии!
— Иди уже, — хохотнул Даня. — Похеришь сейчас весь товар. Сам закончу.
— Золотой ты человечек с плешивой головой, Данька. Целую твой полуостров, — отправила я ему воздушный поцелуй и побежала в раздевалку, где быстро переоделась в своё. В платье разумеется.
Теперь несовместимость Тёмы с моими платьями мне очень даже нравилась.
Я выскочила из магазина и почти вприпрыжку дошла до Тёминой машины, на заднем сиденье которой сидел Кай, вывалив розовый язык наружу.
— Привет! — плюхнулась я на сиденье и, минуя облизывания Кая, потянулась к Тёминым губам. — Оу! Кое-кто соскучился? — выдохнула я блаженно, когда Артём нашёл в себе силы, чтобы разорвать поцелуй и не взять меня прямо на парковке.
— Соскучился, — ответил Тёма, не скрываясь. — Ко мне?
— Через магазин. Я голодная, — кивнула я и пристегнулась.
— Я приготовил мясо. Или ты еще что-нибудь хочешь?
— Всё, что я хочу уже готово.
— И что это?
— Мясо и ты. Или ты не готов?
— Я всегда готов, — подмигнул мне игриво Тёма и весьма красноречиво поправил стояк в джинсах.
В Тёминой квартире я привычно оставила сумочку в прихожей, прошла в кухню и помыла руки, пока Тёма ставил чайник и доставал из духовки мясо.
— Вау! — присвистнула я. — Я думала приготовил мясо для того, чтобы его приготовила я. Ну, то есть поставил его размораживаться.
— Недооцениваешь. Обидно, — деланно вздохнул Тёма, разрезая мясо на порции.
— Поедим перед телеком? Не хочу сидеть на жестком стуле.
— Согласен.
Мы устроились перед телевизором. Начали есть, делиться эмоциями о прожитом дне, иногда поглядывая боевик, который выбрали для просмотра.
После ужина, убрав посуду, мы устроились на диване просто так, балдея от сытости и комфорта. Я почти задремала, чувствуя прикосновение пальцев Артёма к своим плечам и рукам.
Но в какой-то момент Артём решил поменять положение и перетянул меня к себе на колени, а затем расставил свои ноги шире, чтобы я села между ними.
— Тебе точно так не тяжело? — спросила я, откидываясь на Артёма спиной.
— Точно, — шепнул он, прижав меня к себе. Убрал с моего плеча волосы в сторону и уткнулся носом в сгиб шеи. — Расслабься, — шепнул он.
— Я и не напрягалась, — выдохнула я, предвкушая, что именно он собирается делать.
  
Делая вид, что я всё ещё смотрю фильм, я с трепетом ждала, когда Артём перейдёт к активным действиям, а не будет просто водить носом по моей шее.
Наконец, тонкой кожи шеи коснулись первые поцелуи. Мурашки мгновенно пронеслись по коже, а картинка перед глазами размылась.
Умелые пальцы ловко стянули с плеча бретельку легкого летнего платья.
— Тёма, я кино смотрю, — протянула я будто бы строго.
Девушка я или нет? Ломаться же кто-то должен! Хотя бы приличия ради…
— Смотри. Я не мешаю, — невозмутимо ответил Артём.
Снова поцеловал меня в шею и спустил вторую бретельку платья. А затем и вовсе обнажил грудь.
— Тём! — вяло дёрнулась я в попытке отвоевать свою грудь.
— Я не мешаю тебе, а ты не мешаешь мне, — произнес он в ответ, убрав от груди мои ладони. — Мы же договорились.
— Я чую в этом договоре некоторый подвох, — протянула я, следя за тем, как Артём подхватив мои ноги под коленями, поочередно поставил мои ноги одну за другой стопами на край журнального столика.
— Просто расслабься и ни о чем не думай, — шепнул он и прикусил мочку уха, вместе с тем расставив мои ноги шире. — Ммм, розовые! — выдохнул Артём удовлетворенно, когда задрал подол платья и увидел цвет белья.
— Угу, — во рту пересохло, веки опустились, а вся я выгнулась дугой, когда Артём мягко сжал мои затвердевшие соски кончиками пальцев. — Ох!
— Тише-тише, — шёпот искусителя. — Смотри фильм. Не отвлекайся.
Как я могу смотреть фильм, когда по моему клитору поверх белья скользят подушечки пальцев?
Никак!
Я не в силах сосредоточиться на каких-либо других предметах и ощущениях, кроме тех, что мне дарит Артём.
Он сдвигает в сторону мои трусики и размазывает выступившую влагу по клитору. Погружает в меня два пальца, играет ими и снова размазывает влагу по самой чувствительной на данной момент точке.
— Сильнее, — молю я, вцепившись ногтями в его колени.
— Волнительный момент в фильме? — дразнит меня Артём, тем временем увеличивая давление и скорость пальцев на клиторе.
— Обожаю Джекки Чана, — выдыхаю я сорвавшимся голосом и рассыпаюсь на миллионы осколков в Тёминых руках.
Когда волна эйфории отступает, я снимаю трусики, разворачиваюсь и седлаю Тёму. Знающе тянусь к карману его джинсов, достаю презервативы и помогаю парню расстегнуть ремень, ширинку и немного приспустить ткань, чтобы высвободить твердый, как и мои намерения, член.
Разрываю зубами блестящую упаковку и сама раскатываю резинку по всей длине.
Артём подхватывает меня за талию, приподнимает и позволяет медленно-медленно осесть по его члену.
Шумно втянув носом воздух, Артём смотрит в мои глаза заволоченным похотью взглядом. Его глаза кажутся практически черными. Стального цвета радужка лишь слегка поблескивает в моменты, когда Артём, впившись пальцами в мои бедра, помогает мне двигаться и следит за эмоциями на моём лице.
Когда всё закончилось, мы с Тёмой еще около часа пролежали на диване, бездумно глядя в телевизор, и смотрели фильм, сюжетную линию которого уже безнадёжно потеряли.
— Уже поздно, — шепнул Тёма. — Давай, я отвезу тебя в общагу.
С каждым разом это предложение начинало меня всё больше коробить и выбивать из равновесия. С ночевкой у Артёма я осталась лишь один раз после лишения девственности. И всё. После этого, почти сразу после секса он увозил меня в общагу или мы ехали куда-нибудь гулять, но потом он всё равно увозил меня в общагу.
— Поехали, — согласилась я, поправляя платье и понимая, что пора обсудить наши отношения хотя бы пути до общаги.
— Что с тобой? — спросил Тёма, когда на одном из светофоров положил свою ладонь на моё колено.
— Ничего, — качнула я головой. — Просто нам нужно поговорить.
— Обычно после таких слов начинается лютая хрень, — выдохнул Артём недовольно. — Что случилось?