Погоня за тенью (СИ)

- Будешь себя хорошо вести – не стану, - сказала она и моргнула пару раз. Ульф давно подметил это движение у девушек Пулара. Намекает на то, что на что-то намекает.
Он сам моргнул дважды. Она единожды.
- Но потом ты мне расскажешь кое-что, - сказал он. – Много кое-чего.
Таня закатила глаза.
- Какой из тебя скучный супершпион, - протянула она, мягко высвобождая плечи из-под боевой хватки. Её руки тотчас обвили его спину. – Всегда дела на первом месте.
- Эй, ты первая начала этот разговор, - напомнил Ульф.
- А ты в упор не хотел его вести, - парировала Таня.
- Чем глубже в МГБ, тем длиннее должностная инструкция. – Ульф стал чертить длинную извилистую линию от её правого плеча к левому нагрудному карману. Таня засмеялась.
- И на каком пункте можно передохнуть?
- Что-то не думаю, что ты мне дашь передохнуть, - многозначительно произнес Ульф.
Таня притянула ближе его голову, и Ульф почувствовал лёгкий укус в нижнюю губу.
- И не мечтай, - добавила она.
Уже совсем рассвело, когда Таня сама захотела взять передышку.
Лежа на боку, Ульф скользил глазами по её телу, освещенному с одной стороны тусклым светом из окна, а с другой – приглушенным свечением лампы. Таня была прекрасно сложена, и эту красоту только дополняли мельчайшие недостатки, создающие из неё совершенство. Ульф любовался каждым из них: большой родинкой в районе солнечного сплетения, тонким белесым шрамом чуть ниже пупка, левым соском заметно крупнее правого…
И правым – заметно мельче левого.
И ни одной модификации. Не так часто Ульф встречал на Эскаане человека без единого усовершенствования. Даже совсем уж бедняки стремились хотя бы подправить внешний вид, а лучше – установить пару стандартных аугментаций, просто чтобы не чувствовать себя безнадёжно отсталыми. Таня, видимо, не знала подобных комплексов. Её усовершенствования ограничивались чипом связи, который работникам силовых структур предписывалось иметь обязательно.
- Так что? – спросила она, не открывая глаз.
- Ммм?
- Ты обещал кое-что рассказать.
- К тебе вернулся деловой настрой? – усмехнулся Ульф.
- Я серьёзно, - сказала Таня, впрочем, довольно улыбнувшись. – Давай, выкладывай. Ты бы знал, как мне не терпится разобраться.
Ульф вкратце рассказал суть дела. О том, как ликвит попал на камеры слежения, как он угрожал Бергу и заставил помочь ему с заменой Мболи. И о сегодняшнем дне.
- Значит, ликвит, - подытожила она. – Так и думала.
Ульф фыркнул.
- Зачем тогда спрашивала?
- Может, хотелось тебя допросить. – Таня повернулась к нему, и Ульф почувствовал мягкое и тёплое прикосновение её бедра. – С пристрастием.
- Что ж, если так, ты блестяще справилась, - похвалил Ульф. - Из тебя отличный дознаватель.
С минуту они просто лежали, наслаждаясь моментом.
- На самом деле, - сказала Таня, - это как-то… нереально.
- Ты о чем?
- О ликвите. То есть… я не сомневаюсь, что они есть. Никаких других объяснений мне в голову не приходит. Просто как-то всё это фантастично. Я бы не поверила неделю назад, что столкнусь с подобным.
- Жизнь полна сюрпризов, - заметил Ульф.
- И чего он добивается?
- Кто знает. Чего вообще добиваются ликвиты? Что им нужно с самого начала?
- Они хотели жить, - сказала Таня. – Своей жизнью. Типичное наивное желание человека разумного.
- Что ж, на Ифисе у них есть такая возможность, - сказал Ульф. – Вопрос в том, зачем тогда бежать с Ифиса.
- Здесь им раздолье. В мире обычных людей у них есть преимущество, которое нечем перебить. Если кто-то поставит себе цель влиться в общество – он её достигнет, куда бы он ни метил.
Ульф задумался.
- Но что-то заставило его поставить эту цель. Почему ему не сиделось на Ифисе среди своих – вот где загвоздка. Понятно, там своя специфика. Но они ведь достигли своей общей цели. Или достигают.
- Если достигают – всегда есть отщепенцы, которым эта цель не по душе, - сказала Таня. – А если достигли – они ставят новые. Коллективный смысл жизни тоже не вечен, и кто знает, какую великую цель они себе назначили сейчас. Мы не следим за ними, а надо бы.
 
Ульф молчаливо согласился.
- А откуда ты знаешь про ликвитов? – поинтересовался он. – О них вообще мало кто помнит в наш век. Некоторые предпочитают думать, что это легенда.
- Я тоже так думала, когда впервые услышала от родни. Но когда решила узнать поподробнее, оказалось иначе.
- Родня? – недоверчиво переспросил Ульф. Как-то слишком просто. Или это он слишком подозрителен?..
- Тебя это удивляет?
- Да нет, просто… я почему-то думал, что ты… ммм…
- Иммигрировала, - закончила Таня. – Нет, мои предки давно перебрались на Эскаан. Я родилась в трущобах Эскавиля, в квартале, где живут одни мои соотечественники.
- Отчего же они переехали? – Каково же им было, мысленно добавил Ульф, на родине, если они променяли её на самые грязные и бедные кварталы Эскаана?
- Без понятия. У нас говорят: и журавль тепла ищет.
- Кто-кто ищет? – Ульфу показалось, что речь о древнем морском животном, эндемике Земли. Но без выхода в ГалаВеб он не мог проверить догадку.
- Неважно, - махнула рукой Таня. – Я как-то бабушку спросила, в чем причина – а сказать-то ей и нечего…
- Не помнит?
- Если есть что помнить.
- У нас поговаривают, - сказал Ульф, - будто в Космонации чёрт те что творится.
Таня фыркнула.
- Поговаривают... Слышала, как же. Враки. Ну, то есть я так думаю, я ведь там не была. Но из того, что рассказывают, процентов девяносто – такое, на что мой народ неспособен. Так же, как и твой. Между нами гораздо больше общего, чем принято считать. И вообще, - добавила она, - ты же разведчик, ты и скажи мне, как там на исторической родине.
- Примерно то же, что у нас, - сказал Ульф. – Только Аналитическая сеть. В основном вокруг неё и вертятся мифы. И если хотя бы один из них правда, стало бы ясно, почему оттуда уезжают. Но скорее всего, ты права: всё врут.
- Мне и так понятно, почему уезжают. Люди – странные существа, вне зависимости от гражданства.
- Не то слово.
- Забавно, - сказала Таня. – Наверно, для тебя я тоже странное существо, хотя на самом деле…
- О чём это ты? – не понял Ульф.
- Аугментации. У меня ни одной, как ты, думаю, заметил. Даже стандартного набора. Удивлён?
- Наследие предков? – предположил Ульф.
- Вроде того. У нас к этому настороженно относятся. У нас – это в нашей общине в Эскавиле. Не то, чтобы я разделяла эти взгляды, но… желание не появилось. Вот и парадокс, видишь? Я, может быть, единственный в радиусе сотни миль обыкновенный человек, и именно это меня делает странной.
- Не сказал бы, что это странно, - возразил Ульф. – Мы ещё не настолько срослись с аугментациями, чтобы забыть, как жить без них.
- В сознании – может быть, - сказала Таня. – Но в душе ты, наверное, видишь меня как ходячий архаизм.
- До меня тебе далеко, - сказал Ульф. – Я вместо лазерного пилера бреюсь пеной.
Таня рассмеялась.
- Да уж, до такого ретроградства мне ещё расти и расти!
Ещё несколько минут продлилось молчание, но назвать его неловким Ульф уже не мог.
- Ты вроде бы тоже хотел что-то узнать, - сказала Таня.
Напомнила. Ну надо же.
- Насчёт Кармен, - осторожно начал Ульф. – Мне показалось, - извини, если лезу не в своё дело, - что у тебя тут какой-то личный интерес. Уж очень ты разволновалась поначалу.
- Ах это…
Таня снова прикрыла глаза и несколько секунд помолчала. Думает, как сказать, промелькнуло в голове Ульфа, или думает, что сказать?
- Ты удивишься, - заговорила Таня, - но я её хорошо знала. Ещё до полиции. Вместе учились в старшей школе в Эскавиле. Помнится, моя родня последние копейки отдавала, чтобы приткнуть меня туда. Её тоже. Её родители бежали с Окситании-2 от гражданской войны. Помню, она чуть ли не каждый день говорила – мол, вот бы Лига ввела туда войска. До того дня, пока не ввела… - Таня на пару секунд умолкла. – Впрочем, это другая история. Как ты понимаешь, мы обе были там отщепенками. Оттого и сдружились.