Немезида (ЛП)

Ноа упомянул ему, что я работал в частной охранной компании при правительстве, а затем перешел на самостоятельную работу в качестве частного детектива.
Это была моя история. Никто не знал, чем я зарабатываю на жизнь, даже моя семья, что и происходит, когда ты работаешь в организации по борьбе с преступностью.
Перед тем, как уйти в тот вечер, Ной признался, что он занимается расследованием деятельности наркокартеля и выяснил, что Моралес может быть одним из их близких сообщников.
Он объяснил все очень туманно, и я не знал, что Ной задумал и почему он не хочет, чтобы его команда из бюро принимала в этом участие, но я знал Ноя лучше, чем кто-либо другой. Если он был скрытным, то, вероятно, пытался защитить их.
Через несколько часов после его ухода я получил зашифрованную ссылку с дополнительной информацией о Моралесе. Затем я провел остаток недели, изучая работу Виктора и, самое главное, его жену. Информация о ней практически отсутствовала, и о ее жизни до замужества с Моралесом не было почти никакой информации, только то, что она попала в аварию и потеряла мужа.
Как будто она была призраком.
Во что я ввязался? Я и мое глупое чувство преданности.
Когда их дом показался в поле зрения, мои глаза мельком увидели его.
Это воспоминание навсегда отпечаталось на моей коже, тяжело давя на безымянный палец.
  
ГЛАВА 5
 
СОФИЯ
Прошла ровно неделя с момента доставки посылки, и Моралес был таким, каким я хотела его видеть.
Подозрительный ко всем и медленно теряющий контроль над собой и рассудок.
За последнюю неделю он уволил почти всю свою команду охраны, наняв совершенно новую, за исключением Джекса, своего самого надежного советника. Он вскользь упомянул, что хотел бы нанять кого-то специально для моей собственной безопасности, и мы не раз спорили на эту тему, но он больше не понимал эту тему.
Должно быть, он просто отмахнулся от этой идеи, что было бы неудивительно. Обычно он давал мне все, что я хотела, так что в этом случае ничего не должно было измениться. Кроме того, мне определенно не нужен был еще один человек, о котором нужно было беспокоиться.
Я заканчивала разговор с одним из поставщиков провизии для ежегодного благотворительного мероприятия компании, которое должно было состояться через четыре недели, когда услышала, что кто-то стучит в дверь моего кабинета.
— Войдите, — позвала я.
Джексон вошел внутрь, заложив руки за спину и кивнув в знак приветствия. Джексон не был многословным человеком. Он говорил только тогда, когда считал это необходимым. Очевидно, словесные приветствия не входили в эту категорию.
— Да, мистер Вальдес? — спросила я его.
Он слегка поджал губы, услышав формальность, особенно после того, как он постоянно просил меня называть его просто Джексом с тех пор, как мы познакомились. Но формальности гарантировали, что никакой связи или привязанности не возникнет. Джексон мне нравился, но если бы я обнаружила, что он угрожает моей мести, у меня не было бы другого выбора, кроме как убрать его.
— Por favor, señora (пер. Пожалуйста, сеньора), просто Джексон, — умолял он, прежде чем добавил — Сеньор Виктор хотел бы видеть вас в своем кабинете.
— По поводу чего? — спросила я, вопросительно сдвинув брови.
В его глазах мелькнул дискомфорт, но потом он сдержал свою реакцию и продолжил своим обычным спокойным тоном. — Я думаю, будет лучше, если он сам все объяснит.
Объяснить? Что мой муж должен объяснить?
Со стоном я вышла из электронной таблицы, содержащей список подтвержденных поставщиков для гала-вечера, и поднялась со своего места, прежде чем последовать за Джексоном.
Мои каблуки стучали по деревянному полу, пока мы шли к офису Виктора. Костяшки пальцев Джексона мягко почтучали по двери, возвещая о нашем присутствии. Он дождался слабого звука подтверждения, после чего открыл дверь и жестом пригласил меня внутрь.
 
Виктор закончил печатать на своем компьютере, затем закрыл его и поднялся со стула. Обойдя свой стол, он сел на край и взял меня за руку, притянув к себе между бедер.
Он взглянул через мое плечо на Джексона, который остался возле двери, и сказал ему пренебрежительное "спасибо". Дверь закрылась за ним с тихим щелчком, оставив меня наедине с моим любимым.
— Ты хотел меня видеть, mi amor? — спросила я, сглатывая поднимающуюся желчь от этого ласкового слова.
Боже, я чертовски ненавидела называть его так, но в конце концов я должна была играть роль его любящей жены.
Он хмыкнул.
— Да, cariño. Сейчас мы познакомимся с твоим новым телохранителем.
— Моим что?
Я подняла на него глаза, сведя брови вместе. Мои внутренности свернулись от его заявления, и мои пальцы дернулись в его руках. Желание сжать их в кулаки вырвалось на поверхность, но я восстановила самообладание, проглотив свое разочарование.
— Виктор, я думала, мы уже говорили об этом? Мне не нужен личный телохранитель. У нас уже есть команда, и я сказала тебе, что со мной все в порядке. Я просто немного испугалась, когда мы получили ту записку. Я уверена, что это была просто глупая шутка одного из ваших конкурентов, чтобы выбить тебя из колеи, тем более что ты объявил о желании расширить компанию.
Я слабо улыбнулась ему, пытаясь развеять его беспокойство по поводу ситуации на прошлой неделе.
Руки Виктора прошлись по моим бокам, и мне пришлось бороться со своим отвращением под тщательно подобранной маской. Мой желудок сжался, когда он провел руками по моим бедрам, где он крепче сжал их.
Ну вот опять.
— Это не тебе решать, Оливия, — холодно ответил он. — Никогда…
Мягкий щелчок дверной ручки прервал его следующие слова.
— Извините что прерываю, мистер Моралес, — раздался глубокий бархатистый голос у меня за спиной, отвлекая гнев моего мужа от меня.
Знакомая дрожь пробежала по моему позвоночнику, узнавание поглотило мое тело, прежде чем мой разум успел это осознать. Потому что каким-то образом я знала, просто знала, хотя вероятность того, что он здесь, была практически невозможной. Потому что это никак не мог быть он.
Мой разум явно разыгрывал меня. Это было единственное правдоподобное объяснение.
Я повернулась, чтобы опровергнуть свою гипотезу, когда мой взгляд наконец сфокусировался на вошедшем мужчине.
Нет… Этого не может быть.
Кровь отхлынула от моего лица, и моя маска дрогнула, когда я столкнулась лицом к лицу с человеком, которого я никогда не думала увидеть снова, единственным мужчиной, которого я когда-либо любила.
Человеком, которого я семь лет пыталась забыть.
Человека, которого я оставила, чтобы убить другого.
Он переступил порог, и комната мгновенно стала меньше. Воздух изменился, приветствия Виктора отошли на задний план, и все словно остановилось. Словно услышав мои мысли, он поднял голову, и знакомые темные глаза остановились на моих, удерживая меня на месте.
Я не могла отвести взгляд, даже если бы захотела.
Этого не может быть. Не может быть, чтобы он был здесь. Это, должно быть, сон.
Давление воздуха в комнате упало, и что-то тяжелое навалилось на мою грудь, сдавливая ее своим весом и затрудняя дыхание в легких. Мое сердце билось о ребра, а кровь грохотала в ушах.
Как такое вообще возможно?
Я была готова к любому препятствию, которое могло бы встать на моем пути, но я никогда не была готова к этому.
Никогда не была готова к нему.
Он еще красивее, чем я помню.
Передо мной, одетый в черный костюм, стоял единственный мужчина, который когда-либо преследовал мои самые темные желания. Единственный человек, который показал мне, что я не одинока в этой жизни после тех смертей.