"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Я осмелилась поднять глаза на сидящего напротив мужчину. Его, в отличие от старика Нила, не боялась, но во всём происходящем была какая-то ужасная неловкость и даже несуразность. Я понятия не имела, что думать и как реагировать.
Гертон моё состояние точно понял – таких, как он, учат различать чужие эмоции. Думаю, именно поэтому он обернулся и жестом подозвал подавальщицу. Через две минуты перед нами появилась тарелка с лёгкими закусками, а кувшин с морсом сменился стеклянным графином…
Угу, бойтесь своих желаний.
– Мы думали, что тебя уже нет в живых, – разлив вино по маленьким керамическим стаканчикам, сказал Гертон. – Тем удивительней, что ты нашлась.
Я подхватила стаканчик, пригубила и поморщилась. Нет, сам напиток был замечательным, особенно по меркам такого заведения, как «Разудалое копытце», и вина действительно хотелось, но Гертон заказал его в явном намерении расслабить беглянку. Это настораживало.
Метаморф и теперь всё понял, однако сделал вид, будто ничего особенного не происходит, словно никакого умысла нет. Тоже выпил, потом окинул пространство внимательным взглядом, наклонился вперёд и заговорил снова!
– Тебя искали на протяжении трёх лет. После твоего побега половину наших сорвали с мест и заставили колесить по империи. Но поиски ничего не дали. Объясни, где ты была?
Объяснять не хотелось. Причём совсем! И я решительно помотала головой.
– Но старейшинам сказать всё-таки придётся, – прошептал Гертон убеждённо.
Я пожала плечами – а что ещё ответить? Да, старики будут настаивать, но некоторые эпизоды жизни среди людей я и под пытками не выдам. И пошли они все лесом со своим любопытством!
– Астрид… – позвал сородич. – Не сердись. Злость ничего не изменит.
– А я разве сержусь?
Гертон красноречиво сощурил глаза, а я фыркнула. Потом хлебнула вина и попыталась внести в ситуацию необходимую ясность:
– Не думай, что ты меня поймал. Я возвращаюсь добровольно. Это трезвое, взвешенное решение и, если что, в попутчиках не нуждаюсь. В конвоирах – тем более.
– Верю. – Собеседник кивнул. – Но ты же понимаешь, что отпустить тебя одну не могу. Я обязан проконтролировать.
В голосе метаморфа не было ни осуждения, ни превосходства. Мимика тоже никаких неприятных эмоций не выдавала. И пусть я точно знала, что это спокойствие – результат уроков по актёрскому мастерству, которые дают всем одарённым, решила Гертону поверить.
А почему нет? В конце концов, у меня лишь один путь – домой. И смысла искать какую-то правду, кому-то что-то доказывать, уже нет. Я уже проиграла.
– Как думаешь, что меня ждёт? – придвинувшись, прошептала я.
Фальшивый граф пожал плечами, сказал после паузы:
– Твой поступок равносилен предательству, и принимать решение будут после тщательного допроса. Если ты не совершила ничего, что может навредить народу, то смертной казни точно избежишь.
– Не совершила, – поспешила заверить я.
Собеседник улыбнулся уголками губ и кивнул.
– Верю. Если бы ты что-то сделала, мы бы уже знали. Но за годы твоего отсутствия ничего не изменилось, значит ты, вероятнее всего, была осторожна и благоразумна.
Подавить нервный смешок, вызванный последними словами, удалось лишь чудом. А Гертон продолжал…
– Публичную порку тоже вряд ли назначат – уж слишком давно всё случилось. Думаю, тебя просто посадят под замок, а потом отдадут мужчине, который сможет держать столь строптивую женщину в узде.
Предположения Гертона полностью совпадали с моими собственными выводами, но я всё равно поёжилась.
– В прошлый раз мне предлагали список из…
Договорить я не смогла, запнулась под насмешливым взглядом сидящего напротив метаморфа. И немного смутилась, потому что осознала: список был девять лет назад, а теперь надеяться на право выбора – невероятная наглость.
Мужа назначат старейшины, и муж этот точно будет из одарённых – так больше вероятность передать родовую магию детям. А учитывая тот факт, что одарённые в городе не живут, присматривать за «строптивой женщиной» будет вовсе не супруг, а его родня.
Мне не требовалось даже воображать эту ситуацию, чтобы ощутить холодок и отчаянное желание плюнуть на всё и сбежать снова. Причём немедленно. Прямо из-за стола. Но я, разумеется, осталась.
– И кто же нынче свободен? – Мой голос прозвучал ровно и даже равнодушно. – Кому глазки строить? Кого очаровывать?
– Ну, например, меня, – сказал Гертон. И добавил, как для тупых: – Я не женат.
Удивление? Нет, ни капли. Зато чувство неловкости, которое сидело внутри с момента встречи, усилилось.
– А почему ты не женат?
Метаморф пожал плечами, подарил долгий взгляд, но всё-таки пояснил:
– Очень много работы. Некогда было о таких вещах думать.
Вот это «было» я подметила… Но, как ни странно, никакого возмущения или внутреннего протеста не почувствовала. Я восприняла слова сородича очень спокойно. Потом улыбнулась и ответила:
– Я даже лица твоего не видела.
– Я покажу, – сказал Гертон и кивнул на лестницу, ведущую к комнатам.
Всё. Остатки моей репутации рассыпались в прах, а прислуга и хозяин постоялого двора, сделав выводы, потеряли всякий интерес к моей персоне. Но я не могла поступить иначе. И дело не только в любопытстве, просто… Гертон один из кандидатов в мужья, мой конвоир и внук старейшины Нила. Мне совершенно незачем с ним ссориться. Лучше попытаться наладить отношения – это единственный разумный вариант.
Так что да… Мы поднялись по лестнице и вошли в мою комнату, которая в данный момент напоминала выпотрошенную гардеробную – ну не успела я упаковать чемоданы, что поделать?
Гертон не обратил на бардак никакого внимания. Тут же запер дверь на щеколду и, прикрыв глаза, расслабился. Зато я глядела в оба… Внутренне съежившись, наблюдала, как меняются черты лица, как вытягиваются руки, сужаются плечи и увеличивается рост. Как стильная дорогая одежда превращается в очень несуразный костюм – слишком широкий и короткий для этого «человека».
Настоящий Гертон оказался угловатым брюнетом, почти таким же, каким я его помнила. А глаза светло-голубые, точь-в-точь как у старейшины Нила. Гертон был намного стройнее графа Бонора, и в какой-то момент я испугалась, что в результате трансформации с него спадут штаны.
Но казуса не случилось. Допроса на тему «и как я тебе?» тоже не произошло. Вместо этого меня уведомили:
– Выезжаем на рассвете.
Я кивнула.
– Почтовая карета на Донтокс… – начала было я, но осеклась. Просто кое-кто недвусмысленно разулыбался.
Ну да, ну да… Это я нищенка и трусиха, а Гертон вполне может позволить себе наёмный экипаж. Вот только… сам он тоже в экипаже поедет? Или всё-таки верхом на том чистокровном жеребце?
Я хотела спросить, но подумав, промолчала. Вдруг конвоир даже не предполагал составить мне компанию в тесном пространстве кареты? Что, если подам ему идею? Нет-нет, мне такого счастья не нужно! И если выбирать, то я выбираю поездку в одиночестве!
Пока я терзалась сомнениями, Гертон провёл обратную трансформацию, вновь превратившись в Сартоса, графа Бонора. На меня опять глядел шатен с вьющимися волосами, симпатичный и благородный. Но в данный момент я оценила не внешность, а мастерство сородича. Сразу ясно – очень много перевоплощался, и уровень самоконтроля имеет бешеный.
– Астрид, только давай без глупостей, – вырвал из раздумий Гертон. – Договорились?
Возмущаться или прикидываться, будто не поняла, о чём речь, было бесполезно. Поэтому я кивнула и сказала прямо:
– Если с твоей стороны, – и этот момент я подчеркнула, – глупостей не будет, то клянусь быть самой послушной девочкой в мире.
Мужчина подарил сдержанную улыбку и покинул комнату. А мне не оставалось ничего другого как заняться багажом. Платья, бельё, обувь, шляпки… бес меня пожри, зачем я столько всего накупила?
Ах да… Я должна скрыть, что жила драконом. Анимализм – тоже преступление, и в моей ситуации он может стать последней каплей. Я и без всякого анимализма виноватая.