"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Не вытерпев этого зрелища, мужчина скосил злобный взгляд на хозяйку борделя:
— Мне сказали, у Вас можно найти лучших шлюх города. Мой старый знакомый, выпердыш Графа Трубецкого, уверял меня, что я найду здесь то, что ищу. Извольте поинтересоваться… КАКОГО ЧЁРТА⁈ — он вскочил с дивана и подошёл поближе к девушкам, брезгливо осматривая их с ног до головы. Дойдя до последней, он остановил на ней свой взгляд и сурово повернулся к хозяйке. — У этой… даже на губах ещё не обсохло! Это шутка⁈ Да я вас всех на корм псам пущу! Как Вы смеете пихать мне использованный товар⁈
Князь Григорий Гаврилович Волконский был не последним человеком в Империи, и некогда он даже имел права на престол. До того, как на трон сел узурпатор — Николай Геннадьевич Разумовский, он же Девяносто Восьмой и Николай Третий. Тогда власть ускользнула из рук Князя Волконского, но он был не намерен так просто с нею расставаться и искал сторонников, которые смогут помочь ему в этом нелёгком деле. Возвращение престола — трудная стезя даже для таких сильных Родов, как Волконские. И неудивительно, что отдых должен был быть подобающим.
Излюбленным отдыхом Князя были походы по злачным заведениям Петербурга. Жена его умерла давно, а новой любви он не нашёл. В Империи не было запрещено иметь несколько жён, полигамностью страдало большинство аристократов, но не Волконский. Жену он свою любил безмерно и даже после смерти той не смог найти в себе силы, чтобы снова жениться. Но против природы не попрёшь, и утолять свои самые похабные желания он решил именно в борделях, подальше от тех, кто мог его за это осудить.
Среди благородных было непринято покупать секс за деньги, да и связь с порочными дамами всегда считалась уделом черни. Ни один уважающий себя аристо не был готов скатываться до такого уровня. По крайней мере, прилюдно. Ведь если об этом узнают, могут не просто на порог не пустить, но и вызвать на дуэль. Особенно, если до этого между прокажённым и заявителем были дружеские отношения, который первый опорочил.
Волконский же был другого кроя. Ему, отчасти, было наплевать на все эти негласные правила, но и в открытую раскрывать свои истинные желания он не мог. Именно поэтому Князь и ходил по борделям, отдаваясь грехам в тенях этих сладострастных мест. Обойдя их почти все, он так и не смог найти ту, что могла утолить его голод. Последней живущей на планете женщиной, способной на это, была его жена. Сейчас её нет. Григорий даже решился на откровенный разговор с виконтом Трубецким. Но, когда увидел приведённый на показ «товар», сразу разочаровался в своём поступке. Риск себя не оправдал, и теперь, если виконту взбредёт в голову что-то недоброе, у Князя могут появится большие проблемы.
К счастью, он знал, как приструнить мелкого засранца, и при желании мог стереть его дом с лица земли. Его Род был сильнее, влиятельней, и гвардия у него была подобающая. Да и сын его был не последним человеком, неся службу в гвардии самого Императора, и забрался высоко, дослужившись в свои двадцать лет до лейб-гвардии подпоручика.
По мнению самого Волконского, Император был глупцом, раз позволил отпрыску своего злейшего врага так близко подступиться. Но он был далёк от истинных мотивов Императора, хоть и не догадывался об этом.
— Прошу прощения, Ваша светлость, — хозяйка заведения склонила голову и поклонилась. — У нас осталась одна девушка. Самая дорогая и искусная. Прибыла из Римской Империи. Ей нет равных в нашем городе, но у неё своенравный характер, и она сама выбирает, с кем спать.
— Что? — мужчина прыснул вином от удивления. — Шлюха сама выбирает себе клиентов⁈ Да где это видано! Я — Князь Григорий Гаврилович Волконский, и никто не смеет мне отказывать! Ведите сюда эту шваль! Бегом!
Хозяйка не посмела отказать Князю, и уже через две минуты в его комнату вошла девушка, красота которой превосходила любую, кого он когда-либо видел. Красивей неё могла стать разве что она сама. Когда его взгляд упал на неё, Князь сразу позабыл о том, зачем сюда пришёл. У Григория Гавриловича натурально отвисла челюсть.
 
Её фигура, лицо и запах, перебивший все ароматические свечи и терпкий запах вина, вскружили ему голову. Не веря своим глазам, он потянулся к мешку с монетами, желая отдать любые деньги, лишь бы вкусить этот запретный плод. К сожалению, его счастье едва от него не ускользнуло.
Обведя глазами упитанного Князя с телом свиньи и взглядом похотливого самца, девушка фыркнула носом и сказала хозяйке, что не собирается его обслуживать. Поначалу, Князь не поверил в услышанное и проводил уходящую девушку удивлённым взглядом. Когда осознал, что произошло, его окутала ярость. Подорвавшись, он рванул с места и побежал за девушкой. Хозяйка пыталась его остановить, но он никого не слушал и жаждал получить то, зачем пришёл. Он буквально обезумел.
Девушку он догнал без проблем и даже успел схватить за руку до того, как она вышла в главный зал, где клиенты ожидали своей очереди, но девушка оказалась не из робкого десятка. Перекрутившись вокруг своей оси, она вывернула Князю руку, а второй схватилась за яйца, сжав их так крепко, что у мужчины глаза на лоб полезли.
— Хочешь меня? — издевательски-ласковым голосом произнесла она. — Настолько сильно хочешь, что готов лишиться причиндалов? Только скажи, и я откручу твои яйца, а после повешу на шею и буду носить как талисман.
— От-отпусти! — завизжал Князь. — Я приказываю тебе отпустить! Я — Князь Григорий… ай, Волконский! Если ты меня не отпустишь, я…
— Приказываешь? — девушка усмехнулась, с ещё большим усердием сжимая свою ладонь. — Давай, продолжай. Заверши то, что начал, а я последую твоему примеру…
Девушка перекрутила хозяйство и оскалилась. Князь издал комариный писк и упал на колени.
— Умоляю! — взревел он. — Умоляю, пощади!
— Что Вы готовы дать взамен, Ваша светлость? — девушка освободила руку мужчины и подняла его подбородок, чтобы он мог посмотреть ей в глаза.
Князь дрогнул, увидев нечто в глазах незнакомки. Что-то в ней завораживало, порабощало беспомощного Князя. Несмотря на его благородное происхождение, в нём не было и капли магии. Он не мог сопротивляться тому, с чем столкнулся.
— Ты… — прошептал он. — Кто ты?
— Я просто шлюха. — девушка улыбнулась и отпустила достоинство князя, позволяя тому передохнуть. — И отныне я позволю тебе пользоваться мной.
Григорий не поверил своему счастью и взвизгнул, совсем как свинья, чем только рассмешил девушку. Заметив чрезмерную радость в резко поменявшемся Князе, незнакомка поспешила добавить:
— Вот только… ты должен будешь для меня кое-что сделать.
— Всё, что угодно! — «бубенчики» брякнули, оповещая владельца о переходе в боевой режим, совсем позабыв о том, что совсем недавно находились на грани катастрофы. — Проси всё, о чём только пожелаешь! Деньги, слава, земли! Я могу достать всё, только скажи!
— Мне не нужны ни деньги, ни слава, ни эти чёртовы земли, — брезгливо произнесла девушка. — Мне нужны души…
— Души? — Князь непонимающе вздёрнул бровями. — Вы имеете в виду крепостных?
— Можно и так сказать, — девушка одобрительно кивнула. — Приводи по два десятка крепостных каждую субботу. Я заберу у тебя их ненадолго, всего на пару часов, а после отдам обратно. И помни, всякий раз мне нужны новые души, ты понял? Будешь хорошо справляться со своими обязанностями, то получишь не только меня, но и нечто большее…
Князь нервно сглотнул слюну, глядя под приподнятую девушкой юбку.
— Х-хорошо! — заикаясь, ответил Князь. — Я буду приводить тебе столько крестьян, сколько пожелаешь! У меня их полно!
Он попытался нырнуть девушке под юбку, но она остановила его, улыбнувшись, и игриво покрутила пальчиком перед носом.
— Ну же, дорогой… — указала кончиком в сторону ширмы, за которой находилась приватная ложа. — Здесь слишком много лишних глаз. Я люблю уединение.
Поместье Багратионов. 
Первый день в поместье выдался интересным, но утомляющим. Пару раз у меня случались провалы в памяти, но я каждый раз возвращался обратно быстрее, чем Давид успевал сотворить непоправимое. Так, что никто и не успевал ничего заметить. Тело юного Княжича Давида оказалось простой добычей. Пускай я и жалел этого парня, ведь он погиб, чтобы мы с Первым жили, но своя рубаха ближе к телу, и я старался не забивать себе голову лишней рефлексией.