"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Я не стала краснеть и мяться, просто попросила спутников отвернуться, разделась до белья и нырнула в воду. Креатин избавился только от рубахи, под которой обнаружилось худосочное бледное тельце. За дни путешествия, лицо мага загорело и сильно контрастировало. Глянув на него, Косарь глумливо хмыкнул.
Сам занялся лошадьми – гривастые проявляли к воде не меньший интерес. Вешенцу пришлось отвести их на несколько десятков метров и искупаться с каждой поочерёдно.
Мне отчаянно хотелось воспользоваться случаем и поговорить с Креатином, но подслушанный разговор пробудил совесть. Не хочу, чтобы мальчишка пострадал, несмотря на то, что он враг. Как бы то ни было, он всё‑таки спас Косаря, да и в дороге помогал… К тому же, новые знания ничего не изменят, из этой западни нет выхода.
– Хочешь? – спросил Креатин, выдернув из раздумий. На ладони мага лежал серый кирпичик. – Это мыло.
Мыло! Почему от меня столько времени скрывали, что в этом мире есть мыло?! Я одиннадцать дней о нём мечтаю!
Мой восторженный взгляд не остался без внимания. И воодушевлённый Креатин добил окончательно:
– У меня ещё шампунь есть…
Чёрт, да я просто обожаю этот мир!
Через полчаса я была чиста и прекрасна. У Креатина даже расчёска нашлась и флакончик с настоем душистых трав, заменяющих духи. Впечатление только одежда портила – стирать бессмысленно, переодеться всё равно не во что.
– Чувствую себя человеком, – с улыбкой сообщила я.
Маг всерьёз удивился:
– А раньше кем чувствовала?
Вот так всегда. Одно неуместное слово способно испортить самое хорошее настроение.
– Загнанной мышью. – И добавила: – Сейчас я всё та же мышь, но чистая и за запахом пота можно различить аромат благовоний.
– Тебе не нравится наш мир? – В этот момент передо мной стоял не враг, а обычный мальчишка. Очень молодой и очень наивный. И удивлялся он искренне.
– Не нравится. Я не понимаю, что творится вокруг. Я не понимаю, почему за мной гоняется такая тьма народа, что им от меня нужно. Я не знаю, чего ждать, на что надеяться и как отсюда выбраться.
Юноша глянул странно, спросил:
– А дома лучше?
В сердце кольнула горькая обида. Тут же вспомнился недавний сон. Правдив он или нет – не знаю, но разговор мамы и Натки казался реальней, чем всё, что случилось со мной здесь. Голос дрогнул.
– Дома, по крайней мере, знаю, за что наказывают.
– Ясно, – Креатин кивнул, отвёл взгляд. И уже отойдя на пару метров, оглянулся и спросил: – А если здесь…
– Ты посвящён в планы архиепископа Ремвида? – перебила я.
Маг помотал головой.
– Так может быть… тебе известно, почему за мной гонится отряд горанцев?
В глазах Креатина вспыхнул страх, он снова помотал головой. На мгновенье показалось – всё‑таки скажет, расколется. Ведь юности свойственно не только ошибаться, но и сострадать.
– Вот видишь, – прошептала я.
Чёрт! Ну почему не могу взять его за грудки и вытрясти правду? Почему я должна мучиться догадками, изводиться и плакать?
Нет, ничему меня жизнь не учит! Как была мямлей, так мямлей и останусь. Может быть, поэтому я в такой глубокой… дыре? Другая на моём месте давно бы подцепила какого‑нибудь принца, встала с мечом на защиту Ремвида, облапошила архиепископа, а я… Буратино. Говорящая деревяшка с волшебным ключом в кармане.
Словно подслушав мои мысли, злобный, чужой мир сжалился и подарил ещё одну передышку – много после полудня, мы въехали в большое село. Короткий разговор с трактирщиком, обрадовал больше, чем вкусный обед, за который традиционно платил Креатин – до крепости всего полдня пути.
Что ж, осталось сделать последний рывок и мы в безопасности. Мои спутники были по – прежнему уверены, что едем в столицу, поэтому радовалась в одиночестве, ловя недоумённые взгляды. Видимо, «смех без причины» и здесь является признаком неадекватности.
Здравый смысл подсказал – в крепость лучше придти утром, ночью все приличные люди спят и нас могут просто не пустить. Но тот же здравый смысл нашептывал, что времени не так много, а оказаться в лапах горанцев, когда до крепости всего ничего, крайне обидно. Впрочем, с моим везеньем, я могу оказаться в стане врага раньше, чем чихну.
После обеда Креатин слёзно попросил десять минут свободного времени и удрал, чтобы по возвращении вручить мне свёрток.
– Подарок, – гордо провозгласил маг. Только во взгляде мелькнуло сочувствие, с которым глядел на меня всю дорогу от озера.
Тяжело вздохнув, развернула свёрток и обнаружила лёгкое синее платье местного покроя. Конечно, девушку из эпохи «Космополитен» таким не удивишь, но мне было до чёртиков приятно. Даже слёзы на глаза навернулись.
– Прости меня, – прошептал Креатин. – Меня и наш мир.
После этих слов, слёзы хлынули ручьём, а жизнь показалась не такой мрачной.
Чёрт! Всё‑таки нам, девчонкам, для счастья нужно совсем немного! Доброе слово и новое платьишко. Почему мужчины этого не понимают?
Тучи, набежавшие с утра, даже не думали убираться восвояси. С лёгким пренебрежением игнорировали внезапно поднявшийся ветер и откровенно плевали на недовольное бурчание людей, которые надеялись, что к ночи небо вновь станет ясным, а парилка, наконец, закончится.
Косарь деловито озвучил очевидное:
– Гроза будет…
– Скорей бы, – в тон подхватила я.
На меня уставились две пары выпученных глаз.
– Молчи! Накликаешь! – выпалил Косарь. – А нам, как понимаю, постоялого двора не встретится, ночевать придётся в лесу! Знаешь, какого это, в грозу? Когда ветер деревья валит!
Я не ответила, уставилась вперёд. Мы как раз выехали из объятий очередного леса, впереди распростёрлось широкое, пару километров в диаметре, плато. Вдалеке, ровная земля обрывом уходила в море. В наступивших сумерках, под небом, укрытым плотным одеялом туч, море казалось мрачным, почти чёрным.
Крепость высилась на самом краю. Казалось, достаточно одной хорошей волны, чтобы обрушить её в воду.
– Эй, Настя, не зевай! – позвал Косарь. Тракт поворачивал на северо – восток, к столице, далеко обходил крепостные стены. Спутники уже развернули лошадей и не слишком радовались моей заминке.
Язык чесался соврать. Сказать, мол, мы только переночуем в крепости и дальше поедем. Но сказала правду – в конце концов, Креатин уже не сможет помешать нашим планам. Даже если сообщит своим, что пункт назначения поменялся, горанский отряд уже не настигнет.
– Настя, ты с ума сошла?!
Крик возмущения принадлежал не магу, а вешенскому верзиле.
– Вовсе нет, – ответила я, направив вороную к крепости.
– Да кто нас туда пустит?!
– Кто, кто… Турук Макто. Кто ворота откроет, тот и пустит, – буркнула в ответ.
Нервное хихиканье за спиной навело на мысль, что не всё так гладко, как я себе представляю. Я не стала останавливать лошадку, а когда Косарь и Креатин нагнали, сказала мрачно:
– Были времена, когда мой мир был так же чист и наивен, как ваш. В случае войны, всё мирное население пряталось в замках и вот таких крепостях. Разве у вас по – другому?
Косарь перестал хихикать, голос прозвучал серьёзно:
– Всё так.
– И в чём проблема? – менторским тоном продолжила я. – Горанг напал на Ремвид. Мы – мирное население и нам нужна защита. Они обязаны её предоставить.
– Но горанцы не вредят мирному населению, – встрял Креатин. Для парня, планы которого только что рухнули, он держался очень достойно.
– А мы не верим. Мы всё равно боимся горанцев. К тому же… я беременна.
– Беременна?! – хором выдали парни.
– Ну да. От Косаря, – я озорно подмигнула вешенцу. Но тому потребовалась ещё пара минут, чтобы осознать новую деталь нашей легенды. После, деревенский верзила расправил плечи и выпятил грудь, только яркий румянец выдавал его смущение. – Беременную женщину точно не прогонят.
В крепости тем временем загорались огни. На макушке несколько больших, ярких – видимо, крепость служила ещё и маяком. Остальные – мелкие и тусклые, в окнах и на вершине внешней стены.